Astra Maore – Любимая для эльфа (страница 174)

Без него теперь только иллюзии.

***

Анамаорэ помнили абсолютно все, но Анеля отвыкла от ощущения, когда мужчина настолько большой, что закрывает собой солнце, и оно искрится в ярких прядях его волос.

Аш был в черном, красивый и строгий, зато его серо-желтые глаза глядели тепло.

— Значит, вот ты как…

Анеля стушевалась, выражая чувства в невольном танце на месте — она покачивала бедрами и поводила плечами. Аш обожал ее манеру нервничать.

— Что ж, если ты счастлива, я рад… Но зачем было столько прятаться? Я же не укусил бы тебя…

Анеля по-прежнему молча накручивала локон на палец.

Как сердиться на такую?

— Ладно, раз тебе уже нечего мне сказать, я пойду, — Аш начал было разворачиваться, когда услышал приказ.

— Стой! — Анеля, подпрыгнула, обхватив руками шею Аша, а ногами его торс, и впилась в его губы долгим поцелуем.

Оливер не узнает, а перед Ашем у нее долг.

— Вот… Теперь все. Я больше не буду от тебя прятаться, — Анеля так же ловко соскочила с Аша обратно на землю.

— Все… Я могу узнать, почему? — голос Аша был тих и печален.

— Ох… Аш… Не нааадо…

Аш положил руки Анеле на плечи.

От него ощущался избыток энергии и жизненной силы. Даже когда Аш специально не занимался лечением, его близость исцеляла.

— А все-таки?

— Ты очень добрый… Ты слишком много отпускал меня и позволял мне… — Анеля шмыгнула носом, — а я плохая девчонка. Ты меня разбаловал…

— Ясно, Нели… Я понял… — Аш убрал ладони с ее плеч.

Анеля снова начала пританцовывать.

— Ты не держишь на меня зла?

— Нет… Но с твоим… человеком я хотел бы поговорить. Ты ведь не будешь возражать?

Анеле захотелось завопить: «Буду!!! Нет! Не смей!», но она только опустила голову.

Оливер ждал этой встречи, а Магнус даже на ней настаивал.

— Хорошо, — Аш развернулся и пошел прочь.

Солнце весело играло бликами в его черных прядях, и росла свежая трава, и голубело небо, но Анеля ощущала неимоверную тяжесть на душе.

Ей оставалось только догадываться, насколько сильнее переживает Аш.

***

— О, это ужасная женщина! Когда ты жесток, ее цепляет соперничество. А когда ты мягок, она упивается прелестью вашего дополнения! — Магнус лежал в траве, положив руки под голову. Его золотые волосы живописно разметались. Тамико сидела рядом, подобрав ноги и опираясь ягодицами на пятки. — Ты у меня невероятно смелая, Тами, но умоляю, не встречайся с Люцией! Тяни, избегай встречу, сообщай обо всем мне или ее братьям… Здесь в Городе меньше магических барьеров, останавливающих Люцию.

— Мда, — Тамико ощутила раздражение, — и хватило ума этой твари припереться!

— Не только ума, скорее изворотливости. Ты в курсе, что я мало чего боюсь, но Люция совсем одержимая мной сумасшедшая. Именно так, — Магнус устало прикрыл глаза.

— Хорошо, любимый.

— Она знает, что ты ревнива и начнет давить на твою ревность. Будет рассказывать всякие небылицы. Не поддавайся. Она даже может напасть на тебя из-за угла.

— Уж тогда я ее поколочу!! Еще чего, бояться какой-то безумной идиотки! Эти царевны первого года слишком охуевшие.

— Не надо, Тами. Люция — мое «наследие», и я буду справляться с ней сам по всем правилам войны. Иначе с этой особой никак. Я спускал все на тормозах, но раз уж она явилась сюда, это перешло всякие границы.

Тамико посмотрела в янтарные глаза Магнуса.

— Братья ее не любят?

— Недолюбливают. Общаются с ней мало. Беги хоть к Эрику за помощью, если что. Тем более, Люция наверняка вцепится в Джунко, а это ей Эрик не простит.

Глава 182. Лучшее вино

Камилла была сама страсть, сам порыв.

После разговора с Ванессой она, немного поразмыслив, побежала к Лукасу.

Такео тут не поможет, не стоит ему даже говорить. И нужных связей у него нет, и за Ванессу он распереживается, а то и приревнует Ванессу к Леону — Камилла была уверена, что прожив много месяцев с Ванессой, Такео до сих пор относился к ней с долей тепла.

Камилла знала секретную дверь: специальную дверь-портал для людей, позволяющую попасть в пространство вожделенного кабинета, думая, что просто переходишь холл.

Ворвавшись в кабинет без стука — разумеется, Лукас знал о появлении Камиллы, едва она дотронулась до ручки двери — Камилла рухнула перед Лукасом на колени, молитвенно прижав руки к груди.

Это удивило и встревожило Лукаса. Даром, что царевич, он не требовал такого обращения, тем более от красивых женщин.

Вмиг оказавшись около Кэм, Лукас поднял ее и усадил в кресло, а еще нашептал легкое заклятье, чтоб немного Камиллу успокоить.

— Напитки я предлагать не буду. Потом. Что случилось?

И Камилла, бурно жестикулируя, передала ему все, что Ванесса сообщила ей.

Лукас сидел в соседнем кресле, иногда постукивая подушечками пальцев по подлокотникам.

Когда Камилла закончила, Лукас налил ей водки — совершенно по-человечески, вынув графин и стопку из бара.

Только сейчас Камилла отметила прелесть столика между их креслами — антикварного, с каменной столешницей. Вид кабинета Лукаса изменился с тех пор, как она приходила в последний раз. Другие цвета, оттенки, материалы. Все богатое и со вкусом подобранное.

— Кэм, ты уверена, что твоя сестра не сгущает краски, описывая свои эротические игрища? Я, конечно, могу принять меры, но это будет весьма плачевно для Леона. Если он реально не дружит с головой, поделом ему, а если нет, утешать потом двух рыдающих сестриц мне неохота.

— Она такая хрупкая, Лукас… Пожалуйста!! — мольба сияла в голубых глазах.

Лукас не видел серьезных причин отказать бывшей любовнице. В конце концов пусть Магнус сходит и проверит, в чем там дело.

Лукас сказал:

— У меня единственное условие: Ванесса не должна покидать ваш дом, пока я не разрешу. Запри ее у себя. Если Леон нормальный парень с небольшими причудами, ничего с ним не случится, а если нет, твоей сестре только на пользу избегать его. Она слишком впечатлительная.

Лукас догадывался, что будет дальше, и позволил Камилле сделать это: Камилла вскочила с кресла, бросилась к Лукасу и крепко его обняла.

Волнующий запах духов, упругая роскошная грудь.

Пройденный этап.

***

Весело поблескивали склянки — не простые, каждый материал был обогащен изощренными чарами, отчего вещества в них претерпевали более интересные метаморфозы, чем при простом томлении.

Очередная порция склянок, наполненная темным и светлым, густым и полупрозрачным стояла на рабочем столике, но взгляд Магнуса, золотоволосого блондина неописуемой красоты, был устремлен не на результаты эксперимента — на самую прекрасную для него женщину в мирах.

В полумраке лаборатории его чуть раскосые миндалевидные глаза янтарного оттенка горели, как у кошки.

Тамико стыдливо закуталась в свои густейшие пушистые волосы: