Astra Maore – Любимая для эльфа (страница 13)
Сама Наоко сегодня Лукаса не ждала и не стала наряжаться.
Ей нравились объемные и уютные вещи, а не всякие там «сексуальные».
— Ха-ха! Так обыграй Роберта снова! А вот что мне делать с Лукасовым заявлением, что он вампир…
Раз Юми сохранила отношения с Робертом, а у Наоко был Лукас, у Наоко появилось, с кем обсуждать личную жизнь.
Юми неожиданно посерьезнела.
— Знаешь… Лукаса же с Эрис видели.
Имя ровным счетом ничего не сказало Наоко.
— Эрис? А кто такая Эрис?
Юми встала с постели, приблизилась к Наоко и доверительно прошептала ей на ухо, словно опасаясь произнести такое громко:
— Она… Вообще она женщина местного криминального авторитета, но еще она жрица чего-то там или кого-то там. Какого-то культа. А самое главное, Эрис просто помешана на сексе!
Женщина авторитета? Это хорошо. Сам авторитет ее тогда за измену и прибьет.
А вот жрица культа… Какие у них в городе культы???
И как это вообще вяжется с авторитетами?
Наоко выдавила:
— Капец…
На этом плохие новости не кончились:
— Говорят, у Эрис бешеный темперамент. Мужчины от нее сходят с ума.
Темпераментная опытная женщина в соперницах? Еще чего не хватало!
Наоко заставила себя успокоиться и прикинуть трезво.
Скорее всего, Эрис тоже пообщалась с Лукасом по каким-то делам.
Ну не мог же он оставить Паолу, чтобы тотчас завести новую любовницу, но при этом флиртовать с самой Наоко? Не мог?
Или мог?
Вдруг Лукас… намеренно собирает коллекцию из самых разных женщин? Противоположные типажи ищет.
Наоко осторожно поинтересовалась:
— А что-нибудь еще про эту Эрис известно? Кем она вообще работает?
Юми понимала, что новости у нее неприятные. Потому она отошла к шкафу и принялась делать вид, будто что-то в нем ищет.
Так ей от Наоко меньше достанется.
Пробормотала из шкафа:
— Экономистом вроде. Я точно не знаю.
— Мда, легче и понятнее не стало. А кто их с Лукасом видел хоть?
Юми выудила из горы сваленной в кучу общей одежды оранжево-белую кофточку.
— Тамико.
О господи! Опять эта настырная девица!
Тамико нравилась Наоко все меньше и меньше, но не стоило говорить об этом Юми — вдруг Юми той нечаянно проболтается.
Наоко произнесла:
— Что-то Тамико слишком много за чужими мужчинами следит! Своего-то нет. Надо бы ее от наших отвадить. Но спасибо ей хотя бы, что с тобой поделилась.
***
Все вокруг заволок опасный серый туман.
А по центру него стоял Лукас.
Полуобнаженный — литые мускулы красиво перекатывались под его кожей — и красноглазый!
В объятиях Лукас держал почти до черноты смуглую женщину с угольными волосами, взиравшую на Наоко бесстыдно алыми глазами.
Эрис.
Лукас широко улыбнулся, и Наоко увидела его длинные клыки.
— Зря ты не веришь мне, Наоко!
Наоко очнулась в своей комнате.
Подскочила прямо в постели с бешено колотящимся сердцем.
Вещи вокруг были привычными и уютными. Ее кровать с балдахином, аккуратный шкаф, декоративное розовое дерево в кадке… Все милое и гармоничное.
Наоко встала с постели попить воды. Горло совсем пересохло, а ноги ее не держали.
Она обняла столб, поддерживающий балдахин кровати.
На сердце разливалась болезненная тревога, и Наоко знала: она не успокоится, пока не обсудит этот мрачный сон с Лукасом.
Глава 18. Во что я ввязываюсь?
Влюбленный мужчина съест все, что женщина ни приготовит. Даже пересоленное и пережаренное. Даже совсем необычное.
Так утверждает народная мудрость.
Наоко решила проверить чувства Лукаса и позвала его на… пирожные.
Ответ она ждала с замиранием сердца, и… Лукас согласился. Опять даже не удивился никак.
Может, он сладкое любит?
С их предыдущей встречи прошла всего пара дней. Лукас больше никуда не пропадал, не мучил Наоко ожиданием и сейчас сидел напротив нее за столом.
Элегантный, подтянутый. Спина прямая, плечи широченные, взгляд острый. Наоко и верилось, и не верилось, что настолько необычный и настолько потрясающе красивый мужчина не просто сидит рядом, но и ест ее блюда.
Зато о себе он так ничего и не рассказывает.
Кто он, что, чем он вообще занимается. Сплошные загадки.
Любопытство терзало Наоко все сильнее.
Она решилась:
— Лукас, а ты давно в городе?
Лукас выдержал небольшую паузу:
— Относительно.