Астра Голд – Искушение ангела (страница 5)

Женщина закатила жирно накрашенные глаза и долго вспоминала, о каком Питере речь.

– А-а-а! Ты про нашего гения? – она подняла палец к потолку. – Этажом выше офис. А зачем он тебе?

И правда, зачем он мне? Из-за Карти я толком не успела придумать легенду и пришлось фантазировать на ходу.

– Да… это… вопросы по документам.

– Отправь почтой, зачем к нему тащиться? Он немного странный парень, терпеть не может, когда с ним говорят.

Я не нашлась что ответить, поэтому глупо улыбнулась. С той же дебильной улыбкой схватила со стола пачку бумаг и побежала наверх. Киры, Тины и прочие люди мне совершенно неинтересны, тратить на них время не хотелось. Ещё вчера казалось, что семь дней – это чертовски много, но секунды неумолимо бежали, а я до сих пор не увидела моего клиента. Да и Костлявый схитрил: мы хоть и работаем вместе, но не рядом. Не факт, что Питер Удно вообще в курсе, кто я такая.

Этажом выше людей было гораздо меньше, а вместо открытых офисных пространств без перегородок, у каждого был свой кабинет. Ещё и с красивой надписью.

Мой клиент – большой человек, а я всего лишь мелкая сотрудница. И как же найти подход к гениальному небожителю заурядной офисной сотруднице?

Да плевать! Я добуду его дар, и никто меня не остановит! Мой клиент – учёный, такая же серая мышка, погрязшая в науке. Ещё и странный, по словам соседки по столу. Странные люди отпугивают девушек, так что пусть спасибо скажет, ведь я обращу на него внимание.

Осторожный стук в дверь. Не дожидаясь ответа, я проскользнула в кабинет, словно воришка в чужой дом. Помещение «гениального вирусолога» разделено на две комнаты: прямо передо мной небольшой закуток с компьютером и какими-то приборами. За стеклянной перегородкой спряталась настоящая лаборатория, ну или что-то очень на неё похожее.

Что удивило – идеальный порядок. Почему-то казалось, что все гении – неряхи с растрёпанными волосами, с головой погруженные в исследования и величайшие открытия. Вокруг них обязательно должен быть беспорядок и хаос, ведь именно бардак помогает в работе.

В кабинете Удно всё было иначе: каждая бумажка лежала на своём месте, компьютерная мышка скучала ровно посредине коврика, ручки и карандаши расставлены в подставке по цветам. В целом, тоже сойдёт за безумие. Даже у Костлявого на стеллажах творится больший бардак, чем у моего клиента.

Из лаборатории вышел мужчина в идеально выглаженном белом халате и остановился посреди кабинета, вопросительно глядя на меня.

Интересный мужчина. Не слащавый красавчик, как чёртов Карти, но по-своему шикарен: высокий, подтянутый, густые волосы едва тронуты сединой. И взгляд тёмных глаз такой пронзительный, словно видит тебя насквозь и знает все секреты.

– Ты что здесь делаешь? – не здороваясь спросил Питер, нахмурив брови.

Странное начало. Мы даже не знакомы, а он уже на «ты». И хмурится так, словно я ему денег задолжала.

Сердце от волнения забилось быстрее. Есть тысячи вариантов знакомства, но с этим Питером всё пошло не по плану. Я растянула дежурную улыбку до ушей, стараясь выглядеть непринуждённо.

– Привет! Простите за беспокойство, я только хотела спросить…

– Разве я разрешал что-то спрашивать?

Вот это наглость. Я, конечно, понимаю, что у гениев свои заскоки, но больше похоже на вопиющую невоспитанность.

Мужчина прошёл мимо, сел за компьютер, но монитор не включал. Длинные пальцы нервно застучали по поверхности стола.

– Подойди-ка сюда, – не попросил, а приказал он.

Мне почему-то понравился его тон, будто ничего другого от него и не ожидала. От мужчины веяло силой, властью. С таким не спорят, а молча выполняют его приказы.

Пока покорно шла к его столу, пыталась выудить из памяти хоть какие-то мысли о Питере. Анна молчала. Либо никогда с ним не пересекалась, либо так глубоко спрятала воспоминания, что даже я не могла до них добраться.

Едва поравнялась со столом, Питер резко встал, схватил за шею и прижал к столу. Я даже сообразить не успела, как из ровного положения оказалась придавленной тяжёлой рукой.

– Маленькая шлюшка совсем потеряла страх? – прошептал он, медленно приближаясь к удивлённому лицу. – Я же предупреждал: никогда не подходи ко мне на работе и не открывай рта, если я не прошу.

Когда он об этом говорил? При каких обстоятельствах? Память Анны превратилась в чёрную дыру, из которой яркими вспышками вылетали совершенно несвязные картинки и эмоции. Трепет, вожделение, покорность, – вот что испытывало тело, пока я пыталась обуздать память девушки.

Они любовники! Твою же мать, тайные любовники!

Ха, Костлявый, считай ещё одна склянка почти в твоей коллекции! Мне нужно всего лишь подыграть и уговорить отдать дар. Да что может быть проще!

– Я соскучилась, – прошептала совсем тихо, словно нас могли подслушивать.

Питер склонился к уху, обдавая кожу горячим дыханием:

– Мне плевать. Ты нарушила правила, и за это придётся тебя наказать.

Рука мужчины скользила от шеи по спине, оставляя за собой след из мурашек под блузкой. Не торопясь, он добрался до края юбки и юркнул под неё, нагло изучая бёдра.

Мне бы воспротивиться, дать хорошую пощёчину, но тело Анны отзывалось на прикосновения крупной дрожью, растекаясь по телу сладостным удовольствием. Стоило ли останавливать нахала, когда внутри всё пылало от удовольствия?

Без ласк и предупреждения, пальцы забрались под трусики и бесцеремонно ворвались между влажных складочек в самое сокровенное местечко. Я подскочила на столе и едва удержалась, чтобы не сползти на пол. Руки Питера не позволили упасть. Одной ладонью он зажал мне рот, чтобы из него не вырвалось ни звука, другой продолжал двигать между ног, то погружая пальцы глубже, то вытаскивая и дразня набухший клитор.

Тело Анны дрожало, извивалось и двигалось навстречу движениям мужчины. Пока чувства чужого сознания не завладели целиком, мне оставалось удивляться серой мышке, которая оказалась той ещё развратницей.

Мужчина резко вытащил пальцы и замер над извивающимся телом. Ещё немного! Ещё чуть-чуть!

– Молю! Ещё! – мычала я под его большой ладонью.

Он медленно наклонился к уху и прошептал:

– Ещё получишь завтра, если будешь хорошо себя вести и молчать. Ведь будешь?

Я активно закивала, готовая на всё, лишь бы достичь вожделенного пика.

– Хорошая девочка. Жди завтра машину. А сейчас убирайся из моего кабинета.

6 глава

Бесцельно пялиться в монитор весь день – самое утомительное занятие в мире. Удивительно, что за это ещё и деньги платят. Хотя, судя по нулям на счёте, не так уж много и получает Анна за глупую работу.

Зато появилось время хорошенько обмозговать следующие шаги.

Питер Удно – удивительно странный мужик. Я-то думала, что он безумный гений, с головой ушедший в работу. А всё повернулось куда интереснее. Тайный любовник, да ещё и с богатой фантазией.

Между ног продолжало ныть после его неоконченных ласк. Вот же негодяй, мне не хватило всего минуты! За четыре сотни лет я попадала в ситуации, когда последние мгновения происходили во время секса. Но когда умираешь не до оргазма. А здесь такой шанс выпал!

Между размышлениями о любовных утехах и лёгкости добычи дара, как-то мимолётом мелькнула мысль, что Питер не так-то прост. Он не любит разговоры. И как же, интересно знать, предложить человеку жизнь в обмен на ум, если нельзя говорить ртом? Как его подвести к сделке? Как должно выглядеть его согласие?

Не в этом ли хитрый план Смерти? Любовники, которые встречаются не для разговоров. Тайны, которые не должны вырваться наружу. Ну же, Анна, дай подсказку! Как подобраться к Питеру Удно?

Из груди вылетел едва слышный стон отчаяния. Сидящая рядом Кира странно покосилась.

Похоже, придётся до конца дней заканчивать жизнь ради идиотских светящихся баночек. Оно того стоит? Нет! Пугающая лестница в Ад как никогда ярко сверкала перед глазами. Лучше уж туда, вариться в серных озёрах, чем снова и снова переживать последние мгновения.

– Твою же мать…

– Анна, с тобой всё в порядке? – не выдержала Кира.

Совсем забыла, что люди могут не только думать, но и говорить мысли вслух.

– Да, да, всё круто! Мозги что-то разболелись.

Женщина взглянула на часы и покачала головой:

– До конца рабочего дня полчаса. Отпрашиваться смысла нет, но могу предложить таблетку. Я тоже часто мучаюсь мигренью, особенно летом, когда ночи совсем короткие.

Киру как прорвало. Оставшиеся полчаса она без остановки болтала про мигрень, дорогие таблетки, зависимость от светового дня и прочую чушь. У меня и правда разболелась голова от её бесконечного монолога.

Едва стрелки часов завершили круг, я была среди первых сотрудников, которые ломанулись на выход. Ни с кем не прощаясь, не дожидаясь Тину, я поспешила на парковку, к тому неприметному уголку, где утром остановился Карти.

Серый седан стоял на том же месте. За рулём и правда сидел знакомый силуэт, откинув башку на подголовник и едва слышно похрапывая.

Стук по стеклу и мужчина резко встрепенулся, испуганно оглядываясь по сторонам.

– Проснись и пой, Птенчик!

– Да что б тебя! – Карти резко выпрямился на кресле, делая вид, что бодр и полон сил.

Что ж отлично, бодрый Карти мне как раз и нужен.

Я нагло села рядом на пассажирское место и ещё раз взглянула на дорогие часы.