Астра Дильс – Та Кристина (страница 5)
– Не принижай свои способности! У тебя, между прочим, много талантов.
– Мы особо не разговаривали с Виктором, у меня не было сил. Ну теперь ты обязана мне рассказать!
Кира победно ухмыльнулась:
– Я лучше покажу.
Глава III
«– Ты как помешанная кидаешься на первого встречного, стоит ему обратить на тебя хоть чуточку внимания. Нельзя так жить, нельзя уходить в немыслимые фантазии. Строишь воздушные замки, как только встретишься с кем-то взглядом. Ты не бережёшь своё сердце, к зрелости оно совсем пропадёт. И не спрашивай почему – его расхватают. Ты себя рвёшь на части!
– Ты просто ревнуешь.
– Тебя? Мне наплевать!»
Сантиментальное настроение.
Лев и не думал, что, заснув в автобусе, можно увидеть чёткий сон – маленькое кино про две ругающиеся тени.
Ещё несколько секунд Лев ошалело хлопал глазами, пытаясь прийти в себя и понять, где он. Дождь барабанил в стекло, сильными потоками вода стекала по окнам. Водитель плохо видел дорогу, поэтому ехал на самой медленной скорости по скользкому шоссе.
Виктор предлагал подвезти, и Кира, кажется, была не очень-то и против. Она расстроилась, когда Лев ответил отказом, решив ехать на автобусе. Теперь он и сам жалел – они ехали уже час в невыносимой влажности и жаре, несмотря на ранний час, как в коробке.
В выходные мало кто выезжал в город утром, поэтому из попутчиков попались только пожилая дачница, читающая жёлтую прессу (изредка она смачно сплёвывала на пальцы и комично переворачивала страницу), и парень в капюшоне – его то и дело кренило в разные стороны, видно, ночь выдалась бурной.
Лев наблюдал за ними, пока не задремал.
А теперь он смотрел на Киру, а она смотрела на запотевшее от её дыхания стекло. Она слушала музыку и притоптывала в такт. Проводок от наушников она продела через футболку – он утопал где-то в её маленькой груди. Со своей высоты Льву удалось разглядеть только очертания лифчика, чашки которого топорщились из-за отсутствия содержимого. Кира тяжело дышала: от жары или подхватила насморк? Льву подумалось, что ей нужно избавиться от такого экзотического цвета волос, волнистые пряди выглядели сожжёнными и неухоженными.
Кира, видно, глубоко задумалась, она совершенно не замечала исследующих взглядов Льва. Но его прервал неуклюже опустившийся рядом парень в капюшоне, который он теперь снял. Его почти наголо выбритая голова была усеяна шрамами, глаза как две сливы налились красным, они лихорадочно бегали, не в силах сфокусироваться на одном предмете. Парень протянул руку и попросил закурить. Лев хотел прогнать его, раздражённый тем, что его так бесцеремонно оторвали от созерцания, но Кира, покопавшись в своём рюкзаке, достала пачку сигарет и отдала ему несколько. Парень заулыбался, и, вставив в беззубый рот сигарету, выбежал на следующей остановке.
– Зря ты, он её всё равно намочит. Не думал, что ты куришь.
– Ты, между прочим, тоже. Но мечта сбылась – ты бросил!
Кира пожала Льву руку. Так слабенько, она, наверное, даже консервную банку сама не откроет.
– Не совсем. Мне постоянно хочется.
Но она будто не услышала отрицания.
Через несколько остановок автобус грузно затормозил, и после объявления о конечной остановке Кира будто опомнилась. Спешно засобиравшись, она снова схватила Льва за руку, и они выбежали в дождь. Одежда и волосы моментально промокли насквозь. Лев понял, что обходить лужи нет никакого смысла, и шлёпал прямо по воде, кеды его захлюпали. Кира же предусмотрительно сняла обувь и носки и шла босиком. Лицо то и дело заливали крупные капли, Лев вытирал его тыльной стороной ладони.
Это был настоящий циклон. Вода реками сливалась по тротуарам и тропинкам дворов, сбитые с деревьев листья быстро плыли в бурных потоках. А сами деревья устрашающе шатались от ветра.
Лев представил, как одно из них падает на чей-нибудь автомобиль, а ещё лучше на них с Кирой. Вообще, он поймал себя на мысли, что представляет только трагическое развитие событий.
Вчера, возвращаясь, домой в машине Виктора, Лев чётко увидел аварию, в которой он от столкновения вылетает через лобовое стекло и катится по асфальту, ломая конечности. Он даже услышал хруст, когда череп лопнул от удара.
Да уж, богатое воображение, видимо, не захотело уйти вместе с памятью.
Кира резко повернулась к Льву (она бежала немного впереди):
– Это какой-то
Как оказалось, Кира жила в девятиэтажном доме, на последнем этаже. Дом стоял немного отдалённо, на отшибе. Ни детской площадки, ни парковки, вокруг – редкий лесок да мусор. За пеленой дождя серая высотка выглядела устрашающе.
В подъезде было грязно: в нос сразу ударил запах мочи, наверняка, из-за плохо функционирующего мусоропровода здесь водились крысы. Обшарпанные стены были увешаны объявлениями о помощи нарко—алкозависимым.
Пака они ехали в лифте, тот пару раз останавливался. Кира с улыбкой начинала прыгать, и он возобновлял движение. Лев подумал, что Кира ездит в этом лифте поздними вечерами невесть с кем, судя по антуражу. Девушке опасно жить совсем одной в таком доме.
– Может, тебе переехать? Не боишься? Здесь наверняка рассадник криминала.
– Ну это не ваши хоромы! – Кира засмеялась. – Квартирка у меня маленькая, зато своя. Мне её выдали как сироте.
Ключ щёлкнул в замке, и Лев, замёрзший и вымокший до нитки, прошёл в обиталище Киры. Тут же в коридор прибежал противно мяукающий рыжий кот. Классический беспризорник. Лев наклонился, чтобы погладить его, но тот зашипел.
– Он диковат. Я его на улице подобрала. Даже имени ещё не придумала.
– Зачем?
– Крысы. Ужасно надоели. – Кира наклонилась к коту, который тёрся о её ноги. – Он их мне в носки засовывает, бывает, по три штуки в день. Трофей приносит мой хороший.
– Жуть. Тебе лучше найти, что подороже, когда выйдешь на стабильную работу.
Кира закатила глаза. К её босым ногам прилипли веточки и песок.
– Я пойду переоденусь в сухое. Чёрт, для тебя есть только махровый халат.
– Я мог бы и так.
– Ну уж нет, хочешь, чтобы диван из-за тебя отсырел? Мокриц мне только не хватало.
Кира закрылась в ванной и включила воду, чтобы не было слышно, чем она там занимается.
Лев остался в некой растерянности. Он с трудом стянул с себя кеды и носки, что прилипли к ногам. Кот с недовольством наблюдал за незваным гостем. Лев по-детски показал ему язык и, подойдя к зеркалу, пригладил волосы – мокрые они были очень податливы.
Выглянув в окно, Лев впервые в новой жизни увидел мир с высоты птичьего полёта, но из-за дождя городские пейзажи плохо просматривались. Потеряв интерес, он бестолково прошёлся по маленькой комнатушке Киры. Все её вещи были аккуратно сложены. Все на своих местах. На трельяже были составлены разные склянки и женская парфюмерия. Их было такое множество, что Лев растерялся, что ему взять. Понюхав первые попавшиеся духи, он скривился – очень кислые. Запах груши напоминал забродившее вино.
В шкафу Лев нашёл несколько комплектов одежды, не так уж и много для девушки. Но кажется, одежда была не из дешёвых, хорошего качества. Нижнее белье было также сложено стопочкой. Только чёрный цвет разного кружева.
Лев не успел рассмотреть всё детально: в ванной резко наступила тишина, и он, испугавшись, с грохотом захлопнул дверцу шкафа, отскочив в сторону. С самым непринуждённым видом он уставился в телефон.
Кира прошлёпала по линолеуму и вошла в комнату, посреди которой неловко стоял Лев. Она заулыбалась, увидев его. Кажется, Кира была довольно жизнерадостной, такая лёгкая. Лев даже засмотрелся на неё. Она как будто сияла, надев довольно короткое белое домашнее платье-лапшу. Волосы её завились волнами от влаги, а губы поблёскивали от гигиенической помады.
Кира кинула Льву свёрнутый махровый халат серого цвета, который был неимоверно велик даже ему.
– Знаешь, нет ничего лучше, чем укутаться в такой халат, как в одеяло, зимними вечером и пить какао.
Лев не разделил удовольствия от такой привычки, но переоделся прямо в комнате. Кира тактично отвернулась.
Лев позабавился: «Сколько раз она смутилась сегодня?»
Облачившись в халат, он сразу почувствовал, как тепло разлилось по озябшему телу. Стало неимоверно хорошо, не хотелось думать, как он будет возвращаться домой в кедах, которые в пору выкинуть в мышиный мусоропровод. Лев расположился на диване, взъерошив волосы и нахохлившись, будто голубь.
Кира заварила чай – запахло ромашкой. Кот без устали семенил за ней, выпрашивая еду, не переставая мурчать и повякивать.
– Так зачем мы сюда приехали?
– Я хочу отдать тебе то, от чего ты оказался, раз мы снова дружим.
Кира поставила поднос с кружками на диван рядом со Львом и стала рыться в тумбочке. Из неё она достала плёночный фотоаппарат и свёрнутые трубочкой холсты.
– Вот. Твои бывшие увлечения. Прошу любить и жаловать. – Кира повертела в руках камеру. – В городе есть проявочная комната. Ты там частенько пропадал.
– А фото, что я снимал?
– Понятия не имею, где они. Есть только рисунки.
Лев стянул с холстов резинку, которой они были перетянуты.
– Это я рисовал?!
На рисунках были изображены море с одиноким парусником, что плавно покачивался на бирюзовых волнах; маковое поле с задним планом, слившимся акварельным красным дымным пятном. Ещё была целая коллекция графики. Натюрморты: например, лоза винограда, ваза с разбросанными вокруг неё фруктами, выполненная углём.