Ашира Хаан – Тот самый парень из порно – 2 (страница 4)

Наш первый скандал случился слишком уж скоро.

– Ты сам говорил, что верность – это честность, а не кто там с кем спит!

Буквально как только я проснулась.

За ужином из модной веганской-кето-лакто-фри пиццы – не хочу даже думать, из чего ее сделали! – Дэрил сообщил, что помимо контракта с Изабель у него есть еще обязательства.

Одно дружеское: студия его старой знакомой снимает обучающее диверсити-порно: в роликах довольно подробно и на практике объясняют, как заниматься сексом с инвалидами, трансгендерами и прочими людьми, не похожими на большинство.

Дэрил не подписывал с ней никакого контракта, но обещал участвовать и помогать по мере сил. Что-то вроде благотворительности по-порноактерски, я так поняла.

Если не хочешь, чтобы тебя считали бессердечным, – потрахайся на камеру с кем-нибудь странным, это научит людей быть добрее к угнетенным меньшинствам!

Ладно, допустим…

И одно деловое: еще у него был контракт с крупной студией, заключенный на десять лет.

На десять.

– Я только начинал в порно, и после первых удачных месяцев оказалось, что в этой индустрии все точно так же, как в «большом кино». Могут неделями никуда не звать, а могут назначить три съемки на один день. Предсказать это было невозможно, жить в таких условиях – тоже, и когда мне предложили гарантированный заработок на ближайшие годы, я просто не нашел никаких минусов в договоре.

Пицца из ореховой муки с грибами и соевым сыром застряла у меня в горле. Она и так-то с трудом в меня пролезала: слишком уж экзотическим оказалось это правильное питание – а от таких новостей захотелось напиться и заесть самым сладким и жирным в мире тортом.

– Дэрил! Бесплатный сыр бывает только в мышеловке! – забывшись, я перевела идиому дословно, потому что английская версия про «не бывает бесплатных ланчей» показалась мне недостаточно выразительной.

Он-то спокойно и привычно поедал этот чудовищный суррогат, запивая протеиновым шейком, который пах химической ванилью.

Пожал плечами:

– Теперь я это понял… а тогда мне показалось достаточно честным условием, что компания тоже должна выплатить гигантский штраф при досрочном разрыве контракта. Не только я.

– Ну вот теперь зато ты мировая порнозвезда и они имеют тебя каждую неделю за смешные деньги. Что им – жалко поснимать тех неудачников, которые так никуда и не выбились, если на одном тебе они отбивают затраты с такой дикой прибылью, что не снилась даже российским нефтяным олигархам!

Я закатила глаза. Если бы мой сын подписал подобный контракт, я бы решила, что он ударился головой и потерял половину мозга.

Но эти наивные летние дети из благополучных стран… Даже такие, вроде Дэрила, что выросли в бедных районах.

Девяностые в России настолько крепко вбили в мое поколение установку, что халявы не бывает, что до сих пор на распродажах я машинально беру те продукты, на которых нет скидки. И никогда не заказываю самое дешевое вино в меню. Самые недоверчивые из нас, говорят, переписывают цены за месяц до «Черной Пятницы» и вычисляют потом, на сколько их обманули.

Так, чтобы совсем не обманули, – просто не бывает.

– Все-таки я был честен с тобой, – вернулся Дэрил к сути нашей ссоры. – Да, не рассказывал подробности, но ты знала, чем я занимаюсь. И что я не прекращу этим заниматься – тоже знала.

Знала, да.

И соглашалась попробовать принять его работу. Но, кажется, где-то в глубине души все равно надеялась, что скоро он поймет: я ему дороже силиконовых красоток.

И он что-нибудь придумает: откроет свой спортзал, придумает систему фитнес-упражнений «Тело, как у порнозвезды», попытается еще раз с радио или инвестирует заработанные на фильме о богатой половой жизни пиратов деньги как-нибудь так удачно, что можно будет жить на проценты.

Контракт с гигантскими штрафами и многолетними судами в перспективе: никто не захочет терять курицу, несущую золотые яйца, – меня как-то основательно подкосил.

– Еще пять лет… – Я покачала головой.

Встала, открыла гигантский глянцево-красный холодильник, тупо посмотрела туда и достала самую вредную вещь, которую смогла найти в этом доме безумного поклонника ЗОЖ, – протеиновый батончик с темным шоколадом и ягодами годжи.

А что? Дэрил сказал чувствовать себя как дома – я и чувствую.

Чувствую, что мне нужна Асель и шоколад!

И горячая ванна.

– Шесть. Шесть лет. Я подписал договор не сразу.

Или холодный душ.

 Дэрил сидел за кухонным столом, закинув ноги на соседний стул, и смотрел на меня с состраданием. Я уже попросила пока до меня не дотрагиваться, чтобы не переводить все опять в постельные игры.

Проблему с сексом – сексом не вылечить.

Особенно, если эта проблема – секс моего будущего мужа с одноразовыми актрисами, дешевыми фальшивыми куклами такого низкого пошиба, что я подобные ролики даже не смотрела никогда. Механические движения, охи-вздохи, вскрики и шлепанье тел без эмоций и смысла. Школьникам подрочить, если других фантазий мозг не наплел.

И все это – прямо в доме.

Как Дэрил и сказал – в другой спальне. Той, что на первом этаже. Оказывается, это нормальная практика в их кругу – снимать дома у кого-нибудь из команды. Подстелили простыночку на дорогую мебель, сменили постельное белье на кровати, декорировали по-быстрому комнату, чтобы отличалась от предыдущего ролика, – и понеслось!

Для дешевого порно не нужны павильоны и декорации. Это продукт с колоссальной маржой. Себестоимость – копейки. Прибыль – миллионы.

Как наркотики.

Иногда порно снимают в номерах самых обычных отелей. Современные камеры позволяют не заморачиваться даже с качественным светом. Поставил на штативы две штуки – чтобы с разных ракурсов, да запустил юркого оператора – пусть снимает крупные планы, уворачиваясь от рук, ног и других… конечностей.

И все.

Пришлось продышаться, когда я представила, что могла спать в гостинице на матрасе, где втроем трахали какую-нибудь едва восемнадцатилетнюю девчонку.

– Шесть лет…

Я стояла, опираясь двумя руками на кухонный стол, и пыталась осознать, во что я вляпалась. Кураж схлынул, пришло время отвечать за свой выбор. Само собой ничего не решилось и любовь не совершила чуда.

Дэрил поднялся со стула медленно, не отводя от меня взгляда, словно я зверек, которого он боялся спугнуть. Подошел ближе, обнял со спины, сцепив руки на моем животе, прижался губами к плечу, открытому сползшей майкой.

– Что мне сделать, чтобы помочь тебе? – спросил он тихо.

– Хочу посмотреть на тебя во время съемок.

Я развернулась в его руках и встретила потрясенный взгляд голубых глаз.

Он даже улыбаться перестал.

Невеста порнозвезды. Это просто работа

– Нет.

Я начинала злиться.

Какого черта Дэрил, оказавшись на своей территории, решил, что теперь ему можно еще и договоренности не соблюдать?

Вроде согласился, покивал, хоть и с недовольным лицом: если я хочу, я могу посмотреть на его съемки.

Несколько дней все шло хорошо: я даже уговорила его купить нормальную еду, которую можно было бы приготовить, а не только разогреть в микроволновке или залить водой и взболтать. Хотя он утверждал, что сырое мясо покупают только иммигранты, у которых огромные семьи.

– Все вы тут иммигранты-переселенцы! – парировала я и приготовила-таки чертов ростбиф с черносливом, который никак не выходил у меня из головы. Теперь я точно «тихая гавань».

У нас был и нежный секс, и прогулки вдоль океана, и коктейли в «настоящих американских» барах, как мы с Асель мечтали.

И тут внезапно, в тот день, когда должны были начаться съемки на пиратском корабле, Дэрил заявил мне:

– Нет. Ты не поедешь.

Вот какого черта?

– Мы же договорились?

– Я не понимаю, зачем тебе это нужно. Тебе будет неприятно, мне будет неудобно.

– Почему вдруг тебе неудобно? Ты же сам обижался, что я отношусь к тебе не как к обычному актеру, – напомнила я размолвку в «Национале». Тогда все съехало на тормозах, теперь пришло время расплаты. – К обычному актеру можно прийти на съемки, и он не будет смущаться.

Дэрил собирался на «работу». Как всегда, обнаженный и наготы своей не смущающийся, ходил из ванной в гардеробную, проходя мимо меня, сидящей по-турецки в центре кровати. Оказалось, мой «плохой мальчик» – редкий педант. Кровать должна быть заправлена. Точка.