Ашира Хаан – Идеальный хищник (страница 7)

А вот насчет извращений – вопросики!

Есть мнение, что богатые мужики уже настолько все перепробовали, что обычный секс их не привлекает. Только какая-нибудь дичь.

На дичь я не была готова даже в качестве эксперимента.

Я вообще весьма консервативна в сексе и считаю, что чувства – лучшая приправа.

Но деловой мужчина – есть деловой мужчина.

Филипп не стал делано оскорбляться и даже комментировать мои опасения.

– На этот случай предложение выглядит так: если не понравится, возьмешь сотню и больше мы не увидимся, – сказал он спокойно. – Если понравится – заключаем договор.

– Шестьсот тысяч в месяц? На какой срок? – я тоже решила вести себя по-деловому.

– Не знаю. Пока мне не надоест.

Если не брать в расчет мораль, то предложение получать в три раза больше, чем я зарабатывала в лучшие времена за секс с симпатичным мужчиной выглядело так хорошо, что мнилась какая-то подстава.

Но если мораль все-таки учитывать – то сразу сумма начинала казаться не такой уж и большой. Продавать совесть и душу даже не за машину мечты, а за часть ее… Ну не знаю!

Надо все-таки дать пощечину и уйти.

– Я реалистка, – сказала я вместо этого. – Я столько не стою. Наверное, никто не стоит. Кроме какой-нибудь Веры Брежневой или Волочковой. Или кто там из медийных подрабатывает так… Петь не умею, шпагат тоже не делаю.

Я хотела добавить, что и с глубоким минетом у меня есть проблемы, но решила приберечь эту информацию на случай, если мы каким-то чудом доберемся до постели.

Пусть Филипп Завадич узнает, что я тоже умею удивлять.

Он усмехнулся:

– Я плачу не за шпагат и не за песни. Я плачу за свой комфорт. Ты не студентка, которой хватит нового телефончика или браслета Картье. У тебя другие потребности, и я готов их закрыть.

Мда…

Я только хватала ртом воздух.

Разреженная атмосфера у них на вершине мира.

В моем кругу телефончики дарят по большим праздникам.

Ладно.

Все-таки пора кое в чем признаться Филиппу.

Если не испугается…

6. Решение

– Знаешь, должна тебя предупредить. С моей стороны было бы безответственно не рассказать тебе о рисках в подобной ситуации. Раз уж у нас деловой разговор.

Я изо всех сил делала очень серьезный вид.

Но если без шуток – тема деликатная, Филипп мог и в суд потом подать, если бы я умолчала.

Наверное.

– Я тебя слушаю.

Он тоже посерьезнел, даже нахмурился.

Мне вдруг захотелось провести пальцами по его безупречно вычерченным бровям.

Идеальным, как будто девочка рисовала их принцу, а не сами выросли у мужика на лице.

Физический контакт с Филиппом оказался слишком… безопасным.

К нему тянуло. Хотелось опять ощутить эту осторожную нежность.

И именно это было самым опасным, учитывая что сейчас происходило.

– В общем… – начала я, выдохнув. – Я девочка взрослая, как ты сам сказал. Не девственница. Бывало всякое. Но вот как-то так получается, что если у меня случался секс на первом свидании – это всегда, в ста процентов случаев переходило в долгие отношения. Один раз даже в брак.

Филипп смотрел на меня, не меняя выражения лица, словно ожидал, что дальше еще будет какое-то откровение. А я смотрела на него, потому что откровения закончились, и мне нужна была реакция.

– Ну и… что? – наконец спросил он.

– Ну и все! – развела я руками. – Не боишься? Я так понимаю, ни брак, ни отношения в твои планы не входят.

Он смотрел мне в глаза еще несколько секунд, а потом отщелкнул свой ремень безопасности и наклонился ко мне. Я вжалась в спинку кресла, не зная, чего ожидать, но он просто положил ладонь мне на щеку – и снова поцеловал.

Неглубоко, легко, нежно.

Летние солнечные зайчики даже не успели толком разгуляться, только повеяло полуденной дремой и запахом густой травы – и уже все кончилось.

– Набиваешь себе цену? – сухо спросил Филипп, отпуская меня и возвращаясь на свое место.

Он снова открыл мини-холодильник, достал оттуда бутылку воды, свинтил крышку и сделал несколько глубоких глотков. Я испытала сожаление – ведь он смыл со своих тот самый вкус виски с карамелью, который придавал дразнящее очарование его поцелуям.

– Может и набиваю! – с вызовом сказала я. – Почему всего шестьсот тысяч? Почему сразу не машина целиком? Как ты определяешь сумму? Был у тебя кто-то дороже меня? Или наоборот – я самая дешевая?

– Хммм… – он снова задумчиво сделал глоток воды и отставил бутылку в сторону. – Это не похоже на согласие. А вот это…

Он снова наклонился ко мне, и я с готовностью подставила губы, ловя его нежность и теплое дыхание.

– А вот это похоже, – с удовлетворением кивнул он, отстраняясь. – Я не буду ввязываться в торги, Вера. Мои условия названы. Так что ты решила?

– Ясногорская, семнадцать, корпус один, – ответила я.

– Что это? – удивился он.

– Отвези меня домой, как обещал.

Ленивая усмешка пробежала по его губам.

– У меня удобнее, – снисходительно бросил Филипп.

– Трешка в центре? – не выдержала я, снова вспомнив стендап.

– Что? – не понял он. – Нет, дом в лесу.

– Так ты замкадыш у нас! – Почему-то развеселилась я.

– Да-а-а-а-а… – протянул Филипп. – За твой острый язычок, возможно, стоит накинуть еще процентов десять.

Я фыркнула. Десять!

Мама говорила, что друзья семьи в моем детстве уверяли, что «Вождя краснокожих» О’Генри писали с меня. Как только я научилась выговаривать длинные предложения, от моих шуточек гостям спасения не было. Отчасти поэтому, думаю, она так муштровала меня в области этикета. Чтобы хоть как-то держать в рамках.

– Нет, – серьезно пояснил Филипп. – Дом рядом с Нескучным садом. В парке. Пять минут пешком до метро.

– И часто ты… пешком до метро? – не могла не поинтересоваться я.

– Нет, Вера, нечасто. Я люблю водить машину и кататься ночами. Совсем как ты. У нас вообще больше общего, чем тебе кажется.

Его пронизывающий взгляд заставил меня поежиться. Ничего особенного, но эта холодная сталь в глазах – как острие ножа, разрезающего на мне одежду.

Но не для того, чтобы наброситься, как дикий зверь. Для того, чтобы оставить обнаженной, без защиты – и увидеть, как я реагирую.