Ash Solenne – Пробуждение (страница 2)

Кобура справа. Элеонора достала пистолет – “Солнечная кара”, так она его называла в уме, хотя никогда не произносила вслух. Имена были глупостью. Оружие было оружием, инструментом, не живым существом. Но каждому инструменту нужно было имя в её голове, чтобы не путать, чтобы в бою рука сама знала, за что тянуться. Или, может быть, имена делали их чуть менее мёртвыми. Чуть более реальными в мире, где она сама чувствовала себя призраком.

Пистолет лежал тяжело в ладони. Револьвер, шестизарядный, ствол удлинённый для точности на средней дистанции. Серебряный металл, потемневший от пороховых газов и времени, покрытый тонкой патиной использования. Рукоять из тёмного ореха, гладкая от тысяч прикосновений, отполированная до блеска её собственной ладонью. Оружие знало её руку так же хорошо, как она знала его вес.

Она открыла барабан одним точным движением большого пальца. Механизм откликнулся с мягким щелчком, цилиндр качнулся в сторону. Шесть патронов на месте – латунные гильзы, каждая с серебряной пулей, сердцевина заполнена освящённой ртутью. Дорогие. Один патрон стоил столько же, сколько обычный ремесленник зарабатывал за неделю тяжёлого труда. Шесть патронов – цена, которую многие не видели за месяц.

Но серебро убивало то, что не убивала обычная сталь. А ртуть, благословлённая жрецами Соляриса, освящённая молитвами, которые Элеонора когда-то знала наизусть… ртуть выжигала изнутри. Даже если вампир выживал после первого попадания, яд делал своё дело. Медленно, болезненно, неотвратимо. Эффективно. Эффективность была всем, что имело значение.

Элеонора закрыла барабан. Щелчок – идеально отъюстированный механизм, выверенный мастером-оружейником до последнего градуса. Вернула пистолет в кобуру.

Шшш-клик – кожа обхватила металл, фиксатор защёлкнулся с финальностью замка. Оружие сидело плотно, но вытаскивалось одним плавным движением. Три десятых секунды от покоя до выстрела. Она тренировала это тысячи раз, в дождь и жару, днём и ночью, пока движение не стало инстинктом, быстрее мысли.

Подсумки на поясе следующими. Она проверила содержимое каждого, методично, по часовой стрелке. Дополнительные патроны – двенадцать штук, два полных перезаряда. Три фляжки со святой водой, малые, по две унции каждая – жидкость внутри слабо светилась в тусклом свете, если присмотреться. Серебряный кинжал в ножнах, запасное оружие на случай, если основное откажет. Моток тонкой серебряной проволоки для ловушек. Кремень и огниво в промасленном кожаном мешочке. Всё на месте. Всё проверено. Всё готово.

Винтовка – "Последний рассвет" – лежала в длинном кожаном чехле у изголовья кровати. Элеонора подошла, расстегнула кожаные ремешки чехла один за другим, звук тихий в утренней тишине. Вынула оружие, держа обеими руками.

Винтовка была длинной, тяжёлой – почти четыре фута от приклада до дула, весом двенадцать фунтов без патронов. Ствол восьмигранный, чёрный, потемневший от бесчисленных выстрелов, от пороховых газов, въевшихся в металл. Ложе из тёмного дерева, масляное от регулярного ухода, с тонкими царапинами, каждая – история, которую она не помнила, но которая была частью оружия. Затвор гладкий, отполированный до зеркального блеска постоянным использованием.

Прицел, установленный на ствол, был особенным – магически усиленный, линзы выгравированы рунами увеличения и стабилизации, светящимися тускло-голубым в сумраке. Подарок Виктора, год назад, перед тем как он исчез. Последнее, что он ей дал.

"Если стреляешь издалека, стреляй правильно. Нет смысла в дистанции, если не можешь попасть."

Его слова. Его голос. Она сохранила и то, и другое, как сохраняла всё, что могло помочь выжить.

Проверка началась автоматически. Затвор – открыла, закрыла, движение плавное, без заеданий, идеально смазанное. Магазин вынула, осмотрела: три патрона. Каждый размером с мизинец, латунная гильза толщиной с карандаш. Серебряная пуля с выдолбленным наконечником, внутри – концентрированная святая эссенция, кристаллизованная, нестабильная. Один патрон стоил месячный заработок обычного человека. Три патрона – цена маленького дома в деревне, цена жизни, которую она никогда не проживёт.

Но один выстрел мог убить древнего вампира с трёхсот ярдов. Пробить кость, выжечь плоть изнутри, не оставить ничего, кроме пепла. Цена была оправдана. Жизнь – её собственная, жизнь тех, кого она защищала, жизнь будущих жертв – стоила больше, чем деньги.

Элеонора вставила магазин обратно. Клик – встал на место, зафиксировался. Проверила прицел, поднеся к глазу: линзы чистые, без пыли, без отпечатков пальцев. Руны светились ровно, стабильно. Активны. Хорошо. Повесила винтовку на спину, ремень через правое плечо, перекинутый по диагонали через грудь. Оружие легло привычно, приклад над левым плечом, ствол указывал вниз вправо. Вес сбалансировался с пистолетом на поясе. Всё распределено правильно, ничто не тянуло в сторону, не мешало движению.

Рапира оставалась последней среди оружия.

"Сумеречный клинок" – она не помнила, когда начала так его называть. Имя пришло само, однажды ночью, после особенно долгой охоты, когда она чистила кровь с лезвия при свете умирающего костра. Как будто оружие прошептало своё имя в тишине, и она просто услышала. Глупость, конечно. Оружие не говорит. Оружие не живое. Но имя прилипло, укоренилось в сознании, и теперь было невозможно думать о клинке иначе.

Она подняла ножны – чёрная кожа, простые, без украшений, с латунным устьем и наконечником. Вынула клинок медленно. Шшшшинк

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.