Асазон Хэтчер – ФРС. Антитень (страница 11)

Когда агенты уселись в чёрную «Парэнтеллу» и та, через несколько секунд заведясь, выехала на дорогу, водитель белой «Бета-Ламиры», уже успевший к тому времени докурить свою сигарету, проводил уезжающую машину досадливым взглядом и, слегка повернувшись, что-то недовольно ответил сидящим в салоне людям. После чего тоже завёл свою машину и направил её в противоположную сторону.

Конспиративная квартира ГРК.

Город – столица Баррипорт.

10:00 утра.

Алтон Пелингтон снова сидел за компьютером, но на этот раз занимался не составлением отчёта, в чём больше не было необходимости, а просмотром одного довольно интересного видео. Впрочем, по его твёрдому мнению, интересно оно могло быть лишь для определённого круга лиц, к числу которых себя не относил. А потому смотрел его не для собственного удовольствия, поскольку интерес к данному видеоматериалу у него был сугубо профессиональный, а, конечно же – для работы.

На мониторе двое совершенно голых атлетически сложенных парней «обрабатывали» на широкой кровати с двух сторон стройную длинноволосую брюнетку. Судя по ракурсу, съёмка велась со скрытой камеры, расположенной где-то под потолком но, несмотря на это, само изображение было цветным и очень качественным, что позволяло видеть мельчайшие анатомические подробности всех участников совокупления. Однако это совсем не вызывало у Пелингтона должной половой реакции.

Он периодически нажимал на клавиатуре на «паузу», выбирая более пикантные фрагменты, и сохранял кадры на компьютер. Но это было только полдела. Над ними ещё предстояло провести некоторую доработку, чтобы придать им необходимый ему вид. Но заниматься этим уже придётся не ему. Он лишь распечатает готовый материал с помощью фотопринтера. Грязный приём, но что делать?

«Действительно, не делиться же мне секретной информацией!» – Подумал Алтон, сохраняя очередной кадр, на котором брюнетка, стоя на коленях перед одним из парней, обслуживала его оральным способом. Второго в поле зрения не наблюдалось. – «Хотя этот вариант тоже нужно будет учесть. Но только на самый крайний случай. А то вдруг этот их заместитель директора окажется непрост?»

С другой стороны, ему ли – Пелингтону гнушаться грязи? Работая на самую главную спецслужбу правительства страны, и при этом остаться чистеньким по любому не получится. Тут всегда нужно действовать по принципу – цель важнее используемых для её достижения средств! Поэтому человеку с моралью и совестью делать на такой работе решительно нечего.

Да они и сами туда, как правило, не идут.

«Ха! Можно подумать – журналисты эталоны чистоты!» – В своё оправдание подумал Алтон. – «Они и не такие приёмчики выделывают! Да ладно журналисты… Это даже мелко. А адвокаты? Или бери выше – судьи?! Да те за деньги каких только опасных преступников не оставляли на свободе! А я, по крайней мере, не ради материальной выгоды это всё делаю, а для безопасности общества. И страны!»

Обдумывая всё это, Пелингтон мысленно игнорировал тот факт, что сам лично приложил руку к попытке уничтожения десяти человек из созданного им подразделения «Выводок». Ведь он подставил их самым гнусным образом. И кого? Своих же ребят! Тех, кого обучал и над которыми по его указанию проводили эксперименты. А потом решил от них избавиться, как от бракованного материала. И тоже ради безопасности страны! И если уж говорить про грязные приёмы, тогда это что?

Да и сейчас он собирался выйти на Пантеру для того, чтобы её сперва взять, а после этого – убить. Поэтому в Кувентас и отправил троих своих человек, заранее им предоставив её фото. Но у них так ничего и не вышло.

По плану они должны были дождаться её появления, а после опознания по фото, проследить за ней и схватить в более подходящем для этого месте, поскольку похищать федерального агента средь бела дня у здания бюро ФРС – идиотизм! Ведь тогда начнётся масштабное расследование, при котором могут быть обнаружены какие-нибудь ниточки, ведущие к нежелательным для обнародования секретам. Потому что в ФРС тоже не дураки работают и когда надо – найдут то, что ищут.

Но как назло к Пантере потом присоединился ещё федерал, не иначе как её напарник, и они, усевшись в машину, куда-то поехали. Таким образом, план «А» не удался, и поэтому Алтону оставалось перейти к плану «Б».

Посчитав, что уже достаточно понаделал снимков, Пелингтон сохранил последний кадр и, закрыв видео, с хрустом потянулся, запрокинув руки за голову. После чего довольно улыбнулся и, встав из-за стола, произнёс:

– Готовься, Каролайн. Скоро буду.

Дорога А-10.

10:20 утра.

– А вот ещё один случай! – Продолжая улыбаться, вспомнила Каролайн, расслабленно держа ладони на покрытом упругой резиной ободе рулевого колеса и смотря на несущийся навстречу, как лента бегового тренажёра, тёмно-серый асфальт дороги. – Но это в академии уже было. К нам тогда приезжал генерал из Марланской разведки… С дружеским визитом, так сказать. Посмотреть на нас – на курсантов. И на сами учения… А это было как раз перед выпуском. Ну, так вот… Мы стоим на плацу, а он выходит, встаёт на трибуну и, обращаясь ко всем нам, говорит: «Профу вас миня исфинить за маё кхринофое пфоисносение…»

– Да ладно! – Повернув к ней лицо, недоверчиво воскликнул Джек. – Серьёзно?

– Ну конечно! – Согласно кивнув, подтвердила девушка, ничуть не задетая его сомнением. – Ну а что тебя удивляет? Он долгое время сотрудничал с нашими, вот от них и нахватался… Да и во время совместных посиделок они там и не таким выражениям научат!

– Ну а вы, конечно же, все заржали? – Почти уверенно предположил Харрисон.

– Напротив – никто не рассмеялся. – Отрицательно мотнув головой, опровергла Каролайн его предположение. – Улыбнулись, правда. Не без этого. Но всё же отнеслись с пониманием. Откуда ему было разобраться – какая у нас лексика цензурная, а какая – нет?

– Ну, в принципе, да. – Пожав плечами, не стал спорить с ней Джек и замолчал.

За разговором девушка полностью успокоилась и больше не вспоминала того водителя белой «Бета-Ламиры», который заинтересованно наблюдал за ней около часа назад, ошибочно посчитав его действительно случайным человеком, что посматривал на неё без всякого злого умысла. Кроме того, её сейчас больше волновало налаживание контакта с её теперешним напарником. Поэтому она и стала рассказывать ему смешные истории из своей жизни. Однако ей было необходимо как-то перед ним объясниться за свою так некстати случившуюся при рукопожатии судорогу. Но вот только сказать ему правду никак не могла.

– Джек, послушай… – Начала Каролайн, когда молчание стало слишком затягиваться. – Я знаю, что ты заметил, как моя рука судорожно сжалась…

– Это меня не касается. – Уклончиво сказал Харрисон.

– И всё же я хочу объясниться. – Произнесла настойчиво девушка. – Чтобы ты ничего такого не подумал. И не сделал обо мне ошибочные выводы.

– Честность превыше всего? – Улыбнулся Джек. – Да?

– Именно… – Улыбнувшись в ответ, подтвердила она.

– Ну, хорошо. Я готов тебя выслушать. Что это было?

– Да по сути ничего серьёзного. – Пожав одним плечом, спокойно ответила Каролайн. – Просто небольшое неврологическое заболевание. Результат детской травмы, так сказать. На меня напала собака, и я очень сильно испугалась. И вот теперь у меня до сих пор иногда возникают треморы. Особенно, когда начинаю волноваться.

– И тебя допустили к службе? – Усомнился Харрисон.

– Как видишь. – Снова пожав плечом, ответила девушка. – Я же тебе говорю – ничего серьёзного. А так в противном случае сразу бы комиссовали.

– Ну что ж… Значит, тебе очень повезло. Дело тонкое.

В действительности Джек ни капли не поверил её объяснению, потому что прекрасно знал, что на службу в ФРС берут только абсолютно здоровых людей. Малейшее – даже самое незначительное отклонение от нормы и всё – ты навсегда выбываешь из списка претендентов на должность агента, а на твоей карьере заведомо ставится жирный крест. Это – нерушимое правило. Однако Каролайн была допущена к работе в ФРС, а значит – комиссия каким-то образом её пропустила. Ну, тогда причина её тремора была в другом. Как и причина её лжи. И теперь агент Харрисон уже был намерен выяснить – в чём.

– А когда прибудем в Блэкван, с чего начнём расследование? – Ошибочно посчитав, что вопрос разрешён, и поэтому, решив сменить закрытую, как ей казалось, тему на другую, спросила у напарника Каролайн. – Ты уже надумал или нет?

– Ах да! Я же тебе не сказал… – Только что вспомнив про кое-что важное, оживился Джек и, неохотно отложив взволновавшие его мысли на потом, начал говорить: – Мне вчера вечером позвонил давний приятель. Мы ещё с ним со школы друг друга знаем… А он сейчас работает полицейским детективом. Как раз там – в Блэкване… И вот так интересно совпало, что ему поручили заниматься этим же делом, что и нам. Представляешь? И когда он узнал, что к расследованию подключили ФРС, сразу позвонил мне.

– И о чём, интересно, был разговор? Если не секрет…

– Да, похоже, что секрет… – Кисло усмехнувшись, неопределённо произнёс Харрисон. – Сказал, что у них произошло что-то ещё – напрямую связанное с покушением на Крифера. Но по телефону говорить не стал. Обещал лишь при встрече.

– Вероятно – боится прослушки. – Понимающе кивнув, авторитетно заявила девушка. – Вот и осторожничает. Ну, это правильно. Дело серьёзное…