Артём Соболь – Волокита (страница 93)
— Ничего не знаю...
— Борис!
Всеславович отрывает Остапу второй ноготь. Крик повторяется. Все присутствующие морщатся, но останавливать экзекуцию никто не собирается.
Видя что говорить Остап не собирается, Медведев пробивает ему в живот и добавляет по яйцам.
— И это будет продолжаться, — взяв щипцы и нагревая их над языками пламени над ладонью вздыхает Ерофей. — Долго, в общем. Повторяю вопрос. Зачем ты их убил. Моих трёх жен, четверых сыновей и двух дочерей. Что они тебе сделали?
— Не я это, — пытаясь отдышаться стонет Остап.
— Смысл вертеться, дружок? Твой хозяин сдал тебя. Ты сам во всём признался. Скажи и смерть твоя будет лёгкой. Ну нет никакого смысла врать. Скажи...
— Не виноват...
— Хорошо, — пожимает плечами Ерофей. — Значит мы продолжим.
Раскалённые до красна щипцы, смыкаются на левом яйце Остапа. Ерефей сжимает их и скалясь вырывает яйцо.
— Сука! — кричит Остап. — Волокита, урод! Ты даже сдохнуть по человечески не смог.
— Работает, — кивает Алиса.
— Значит так, — шикнув на лисицу щурится Ерофей. — Предлагаю сделку. Ты говоришь мне всё и я тебя не убиваю. Согласен? Лучше согласись, а то ведь я и правое оторву.
— Дай слово главы клана...
— Слово главы клана, — вытягивается Ерофей. — Клянусь, что если всё мне расскажешь, я не трону тебя.
— И отпустишь?
— Отпущу. Рассказывай. Остап, не тяни. Мне надо знать.
— Двадцать лет назад... Двадцать лет назад, взрыв в шахте. Жидко Всеволод, мой дед. Он погиб там. Вы спасли всех. Ты, Ерофей, лично вытащил всех заваленных. А моего деда не спас.
— Остап...
— Что ты хочешь мне сказать, Ерофей? Что не смог? Своих соклановцев смог, рабочих смог, а моего деда не смог? Всю жизнь я вынашивал план мести. Каждый раз, как кто-то из твоих шлюх или выродков умирал, я смотрел как ты бьёшься головой об стены и радовался. Знай, я убивал их без жалости, с улыбкой. И к вам, последним из правящей ветви у меня жалости не было. Если бы Славка, не отказался от каши за ужином, он бы уже сдох. И ты... Зачем ты выплеснул алкоголь в камин?
— Что ты несёшь? — отходя от дыбы шепчет Ерофей. — Дурак...
— Этот дурак, убил всех кого ты любишь. Отца, брата, жён, детей. Я почти отомстил. Но вы...
— Кому отомстил? Нам? Остап, ты не прав. Ты придумал причину. Ты ничего не знаешь. Да, я не спас твоего деда. Не потому что не хотел, а потому что спасать было нечего. И спасли мы не всех. Три моих двоюродных брата, сестра, два племянника... Они погибли под завалами, вытащил я уже трупы.
— Врёшь! — кричит Остап.
— Нет, — мотает головой Ерофей. — В шахте работали наёмные специалисты. Проходило официальное расследование. Государственная комиссия проводила экспертизы. Они установили что твой дед был пьян. Он перепутал заряды. Он неправильно установил детонаторы, он убил и покалечил множество людей. А ты... Я ведь не бросил тебя. Я принял в клан, воспитывал как родного. А ты мне вот так отплатил? Ты улыбался нам в глаза, а в кармане нож держал. Я бы понял тебя. Я бы даже простил, мёртвых не вернуть. Но всё дело в том, что все эти годы, ты мстил не тем.
— Ты слово дал. Ерофей...
— Да-да, конечно, — растерянно кивает отец. — Развяжите его. Пусть идёт.
Остапа развязывают, снимают с дыбы, указывают на дверь... И он улыбаясь идёт. Идёт не оглядываясь, но тут... Медведев, в два шага, догоняет его. Ударом в спину валит на пол, хватает за ногу и без каких либо усилий, как сухую ветку, ломает лодыжку.
Тащит обратно, снимает со стены кнут и начинает сечь Остапа. Помещение соглашается дикими, полными боли и злобы, криками Остапа. От ударов кнута, кожа расходится... Кровь брызжет по всей пыточной.
— АААААА!!!... Ерофей! Ты же слово дал?!
— Так разве я его нарушил? — улыбается отец. — Ты посмотри внимательнее. Я тебя не трогаю. А если ты про Бориса. Тут я бессилен. Он в клане, в побочной ветви. Но своеволен до не могу.
— Не убивайте! — верещит Остап. — Я многое знаю. Я всё расскажу.