Артём Соболь – Волокита (страница 8)

— Ну, Вячеслав Ерофеевич, давайте париться.

— Вместе? Я...

— Стесняетесь? Да полно вам. Не в первый же раз.

Да, действительно не впервые. Но раньше всё было по-другому. Раньше я в ней женщину не видел. Кого угодно, видел... Няньку, домохозяйку, даже надзирателя... Но женщину... И что говорить? Она же...

Она красивая. И лицо, и фигура. Всё при ней. Настолько при ней, что заводиться начинаю. И это как бы неудобно. На мне из одежды... Вообще ничего. Я как добрая сволочь разделся. И что мне ей сейчас сказать?

— Я просто не ожидал.

— Ложитесь. Лицом вниз. Я намажу вас мёдом, отпарю веником. Вам сразу лучше станет.

Лечь не успеваю. Варя сама укладывает меня, скидывает простынь, наливает на ладонь мёд и начинает растирать мне спину.

Лежу, морда дабы женщина ехидную лыбу мою не видела, к стене повёрнута. Женщина гладит меня, массирует спину и плечи. Хихикнув садится на меня и начинает более активно растирать. При этом елозит по спине своей грудью.

— Ну как, нравится? Вам приятно?

— Божественно. Варь... Ты чудо.

Чудо, кто же ещё. И красивая, и добрая, и заботливая. А какая нежная. Как ласкает...

— Замечательно, — вставая с меня выдаёт нянька. — А теперь ложитесь на спину.

— Эм... Нет.

— Почему? Вячеслав Ерофеевич, так нужно. Переворачивайтесь.

— Я голый.

— Я тоже. Если вы думаете что можете чем-то удивить меня, то сразу скажу, я вас с младенчества купаю. Вы вот такой маленький были. Головка на сгибе локтя лежала, а с ладони ножки свисали. Вы маленьким народились... Не хотите переворачиваться? Ну тогда я сама.

Сопротивляться не могу, сил всё ещё нет. Варя нагло и бесцеремонно переворачивает меня. Тут же кхекает. Отводит взгляд...

— Ерофей Вячеславович... Ой... Вячеслав Ерофеевич. Ваше сиятельство... А вот это как понимать?

— Ты красивая. Нежная такая. Прости...

— Простить? За что? За то что вы мужчина и правильно реагируете на женщину? А вы знаете, я рада.

— Это как-то неудобно. Вдруг ты подумаешь что-нибудь...

— Не знаю как все, — выливая мёд мне на грудь и растирая улыбается нянька. — Но я считаю себя красивой. И то что вы, предмет моего обожания, именно так на меня реагируете, мне льстит. Не надо смущаться, это естественно. Главное не перенапрягайтесь. И скажите уже, как я вам?

Варя отходит, упирает руки в бока и вопросительно смотрит. И у неё, есть на что поглазеть. Грудь пятёрочка, узкая талия, широкие бёдра. Интимная стрижка в виде полоски.

Видя что мне нравится, Варя поворачивается спиной. От такого зрелищая выдаю стон.

Варя смеясь забирается на полок, садится мне на ноги. Наклоняется и елозя грудью по животу, ей же касается того что сейчас стоит. От этих прикосновений вздрагиваю. С трудом сдерживаю себя от поспешных действий. Сильно хочется обнять её и поцеловать. Варя же, словно пытаясь довести меня, активнее двигается. И вот когда уже почти всё... Она встаёт, плещет водой на каменку и начинает охаживать меня веником.

Как только начинаю отъезжать, ставит и обливает водой. Усадив на скамейку, забирается на полок, закидывает ноги мне на плечи и напевая что-то о любви, моет мою голову.

Потом ставит и моет всего. Ополаскивает. Заворачивается в простыню. Ставит меня в валенки. Надевает на меня халат. На голову накидывает полотенце и выводит из парилки. На улицу... А на улице зима. Снег, мороз. Дыхание перехватывает, но блин... Это здорово. Здорово что у меня есть Варя. Здорово что зима. Здорово что мы идём в обход, по улице. А не по коридорам..

В доме, Варя приводит меня в столовую. Лекарь снова осматривает, улыбаясь выдаёт что всё хорошо. Что-то шепчет Варе и уходит. Нянька достаёт из холодильника бутылку и закуску. Наливает мне четверть стопочки, вилкой цепляет ломтик колбасы.

Выпиваю, закусываю. Обняв Варю вздыхаю.

— Варь, спасибо.

— Всё для вас, Вячеслав Ерофеевич.

— Варь. А если серьёзно. Ты ко мне не равнодушна?

— Ваше сиятельство, — встав передо мной на колени вздыхает женщина. — А разве по мне не видно? Да. Я люблю вас. Я... Я чуть не умерла когда вы заболели. Я...

— И я тебя. Прости... Не думай что во мне говорит водка. Там было то... Ух, а развезло, как с бутылки. Варь, мне бы прилечь. Ты извини. Я что-то... Ух... В глазах темнеет. Это всё...

— Водка? — сжав мою руку улыбается нянька.

— Ты... Я от тебя пьянею. Можно я в комнату пойду. Что-то... Я что-то устал...

Пол часа спустя.

Уложив Славу спать. Варя находясь всё так же в одной простыне, прижав руки к груди, стоит у кровати. Не выдержав наклоняется и целует наследника. Осторожно выходит, закрывает дверь и взвизгнув бежит по коридору. Бежит пока не натыкается на лекаря.

— Пойдём, — мотает головой Иволгин. — Граф к себе вызывает.

— А что случилось?

— Переживает сильно. Как вернулся, узнал что мы с тобой тут делаем... Не в духе он. Пошли, будем убеждать что всё нормально.

— Мне одеться...

— Времени нет, — мотает головой лекарь. — Пошли, пока его сиятельство лишнего не напридумывал.

В кабинете графа Волокиты, парочка встаёт у стола. Вежливо здороваются с...

— Вы что творите, окаянные!? — ударив по столу кулаками кричит Волокита. — Я же до обеда всего лишь уходил, сына на вас оставил. А вы? Варька, ты же у нас умная? Ну так чего чудесить начала? Что скажешь в своё оправдание? Иволгин, чего лыбишься?

— Есть повод, Ерофей Евгеньевич, — улыбаясь кивает Иволгин. — Ваш сын здоров. Болезнь полностью отступила.

— И вы его в баню!? С ума посходили?

— Ваше сиятельство. С уверенностью могу сказать, что после бани, вашему сыну стало ещё лучше.

— И ты ему водки разрешил? Он же ещё есть не может!

— Может, Ерофей Евгеньевич, — улыбается Варя. — Две тарелки мясного супа. Шесть варёных яичек. Три стакана морса. Просил ещё, но я не позволила.

— Как так мясного? — удивляется граф. — А вы... Вы что, обманом его накормили?

— Ни в коем случае, — мотает головой Варя. — О том какой суп и из чего он приготовлен, ваш сын знал. Но это ещё не всё. Изначально, он вообще котлету просил. Да побольше.

— Чудеса. Варенька, чудо моё. Рассказывай. Ещё порадуй.

— Могу и ещё, — краснеет Варя. — В бане, Вячеслав Ерофеевич, впервые смотрел на меня как на женщину. А ещё... Там всё работает как надо. Сама видела. Переживать о том что он бессилен как мужчина, больше не стоит.

— Ух... — прижав руку к груди выдыхает Волокита. — Да неужели. Да спасибо Святой нашей Елении. Дальше!

— Дальше, я осмотрел наследника после бани, — улыбается лекарь. — Восстанавливается он опережая все наши ожидания. Очень быстро.

— А после водочки, колбаской закусил, — улыбается Варя. — Смело могу сказать, все глупости Вячеслава Ерофеевича, остались в прошлом.

— Молодцы! — встав и обнимая их восклицает граф. — Горжусь вами. Порадовали. Значит так, вам за такие новости, вознаграждение полагается. Сейчас выдам. По десять рублей каждому. Эх, наконец-то.

Вытащив из стола золотые монеты, граф улыбаясь отсчитывает два десятка. Толкает их и тут...

— Тимофей Иваныч, спасибо, ты свободен. Варенька, останься.

Кивнув, лекарь забирает монеты и уходит. Варя получает приглашение присесть и как только садится...

— Варенька, — доставая из портсигара сигарету, кивает граф. — Тут вот какое дело...

— Если вы против...