Артём Соболь – Волокита (страница 44)
— А почему я? В чём я...
— Уникальный? — садясь спрашивает Смерть. — Ты будешь смеяться, но уникальности в тебе нет. Никакой. Ты простой. Но в этом и есть детали. Ты умеешь думать. Своеобразно, нестандартно. Ты видишь мир по-другому. Тебя не пугаем мы. К почти богине и самой Смерти, ты отнёсся как к простым, хоть и немного странным девушкам. И это при том, что ты всё полностью осознавал.
— Я тебя немного не понимаю.
— Ты научишься. У нас впереди много времени. Но я надеюсь, что в мои объятия, ты попадёшь не скоро. Не спрашивай. Просто... Эх, просто я смотрю на них, и понимаю что любви чище уже не увижу. Правда началась она...
— С чего?
— Ну, Маргарита увидела в тебе благословенного. Поскольку женщина очень религиозная, это послужило толчком. Настя... Ты видел фотографии Ерофея в молодости? Так вот, в мать ты пошёл только цветом волос и глаз. Настя, на том ужине, увидела в тебе Евгения. Что разбудило её. На том же ужине, она поняла что ты это не он. Но поскольку толчок получила и покатилась вниз по склону, остановиться уже не смогла. Варя просто любит тебя. Всегда любила. Её любовь самая сильная. И ты это понимаешь. Пока не можешь понять как, но понимаешь.
— Я...
— Плыви по течению, возлюбленный мой. Делай что делаешь и будь как будет. И не загоняйся насчёт твоего возраста. Здесь тебе почти восемнадцать. Браки среди дворян разрешены с двенадцати, а то и раньше. Не цепляйся за прошлое. Его нет. Есть только настоящее. Можно я буду спать с тобой?
— Да. Буду рад.
— Спасибо, — укладываясь и устраиваясь поудобнее зевает Смерть.
Жизнь моя... Эх, ладно. Сам в это залез. Теперь нечего жаловаться.
****
Следующий день. Утренняя тренировка, до изнеможения, как обычно. Небольшой отдых, перекус и практика в магии.
Результат не радует. Шарик по прежнему не держится в потоке воздуха. Зато точка у пальца, она как будто ярче и больше стала. Ну и ощущения... В солнечном сплетении горит ядро. Каналы полыхают, указательные пальцы ломит. Голову простреливает острой болью. Хочется жрать...
Зажигаю точку, создаю как мне кажется устойчивый поток воздуха. Помещаю в него шарик, который как сука мечется из стороны в сторону и падает на пол.
— Ладно, вредный мячик, — шагая к нему улыбаюсь как маньяк. — Победа будет за мной. Попытка двести восемьдесят вторая. Начали!
Поток уже, скорость воздуха выше. Помещённый в поток шарик улетает вверх и бьётся об потолок.
— Ты думаешь на этом всё?! Ты, мерзкое пластиковое изделие! Да хрен ты угадал!
Нахожу шарик, выдохнув успокаиваюсь. Зажигаю точку над указательным пальцем. Поток воздуха вверх, но на этот раз слабее чем обычно. Шарик в поток... Отвратительная круглая хреновина висит, не падает. Не улетает...
Чуть добавляю мощности, шарик взлетает выше, но улетать не собирается.
— Д-да... — плавно опуская шарик заикаюсь. — А ну ещё?
Ещё получается даже легче. Шарик находясь в потоке воздуха парит над пальцем. Поднимается, опускается. Играюсь так несколько раз, убираю поток, ловлю шарик и падаю.
Лёжа на спине хватаю ртом воздух, стираю с лица пот...
— Не знала что ты такой упёртый, — наклоняется ко мне Алиса. — Двести восемьдесят четыре попытки. Нормальный человек бросил бы.
— Я должен научиться. А ты давно...
— С семнадцатой попытки, — дёргает ушками лисичка. — Не решилась отвлекать. Ты выглядел таким серьёзным. И так смешно ругался на шарик.
— Помогать ты не стала...
— Потому что хоть что-то в этой жизни, ты, плакса, должен сделать сам. Шучу, ты уже не плакса. Более того, я восхищена, твоей настойчивостью. Пошли, приведу тебя в порядок и кое-что покажу.
В порядок прихожу путём употребления почти литра смеси молока, мёда и чего-то ещё. Судя по вкусу всё смешано в пропорциях один к одному. Но бурда хорошая, бодрит, сдохнуть уже не так хочется.
— Спасибо.
— Всегда, пожалуйста, — улыбается лисичка. — Мне кажется, ты вполне готов к тренировкам со мной. Не плачешь, не ноешь, из штанов готов выпрыгнуть ради результата.
— Сейчас начнём?