Артём Соболь – Первопричина 3: СССР, любовь и магия (страница 151)
— Ой мамочки! — стискивая меня пищит Оля. — Ужас какой. Что это за хрень такая?
— Обычно, имя этой сущности в слух не называют. Есть вероятность что услышит. Но, поскольку сегодня дня рождения ни у кого нет. Можно рискнуть.
— Может не надо? — поводя плечами шепчет Яна.
— Её зовут, — обводя всех взглядом жутким голосом произношу. — Её имя… Дюдюка!
— Дюдюка? — округляет глаза Яна. — Барбидокская? Игорь! Игорь, блядь! Ты идиот? Я чуть от страха не померла, а он нам тут мультики пересказывает.
— Но получилось же! — гордо выпрямляюсь.
— Балбес! — кричит Яна. — Ух… Давай ещё.
— Да я, собственно, больше и не знаю. Дома, то есть там, я не потусторонних сущностей боялся. А встреч с бомжами или наркоманами.
— Кто такие бомжами? — интересуется Горностаев.
— Бездомные. Они же лица Без Определённого Места Жительства. Шарятся по городу, толпами тусуются на вокзалах и теплотрассах, роются в мусорках. Днём мелочь выпрашивают, ночью и напасть могут. Здесь я таких не видел.
— А милиция? — спрашивает Резнов.
— А милицию, то есть полицию, у нас боятся сильнее. Они у нас отличаются. Днём нормальные, а ночью хвать тебя, и если откупиться нечем дубинкой по спине. Фёдор, дружище, расскажи ты что-нибудь.
— Не, хватит на сегодня, — встаёт Оля. — Спать пора. Завтра продолжим. Все по норам!
— Скворец! — смеётся Горностаев. — Мы тебя не забудем.
Заходим в палатку, блокируем замок, укладываемся и… И всё. Девушки сидят, смотрят на меня и переглядываются.
— Спать будем?
— Нет! — восклицает Ольга. — Мы это. Ну это… Я… Ну короче… Хи-хи, ну ты понимаешь. И вот…
— Она хочет сесть тебе на лицо, — судорожно выдыхает Маша.
— Вона как… — качаю головой. — Нифига себе. Ну ладно.
— Маш, — толкая подругу в плечо, стонет Оля. — Он согласился. Дальше что?
— Я откуда знаю. Мы так далеко ещё не думали. Игорь, а ты к нам приставать будешь?
— Ну… — совсем ничего не понимая чешу затылок. — Буду. Сейчас. А вы против?
— Понимаешь, — приложив палец к губам шепчет Маша. — Мы все… Ну то есть. Мы до свадьбы хотим подождать. Первая брачная ночь, все дела. Опять же безопасно, рожать нам рановато. Поэтому…
— Ждём год?
— Нет… То есть да. То есть…
— Да ну вас, — подползая вздыхает Женя и снимая верх купальника садится на меня. — В планах такие крутые, всё знают, а дошло до дела, так: ну… в общем… то есть… Тьфу.
— Мы думали он откажется, — краснея выдаёт Ольга. — А он вообще не против. И мы… Растерялись. Вот если бы он убегал. Мы бы его ух! А так…
— Значит мне больше достанется, — ёрзая на мне улыбается Женя и спрашивает. — Ты защиту взял?
— Да… А…
— Лучше скажи как я тебе, — качает головой Женя. — Красивая? А что слюни не бегут? А если так?
С этими словами Женя тянет за верёвочки, снимает трусики и краснея наклоняется. Целует меня и хихикая наваливается грудью на лицо. Грудь же хорошая. Двоечка, но форма очень даже красивая. Крепкая, упругая…
Не теряюсь. Целую грудь девушки, сжимаю руками и… И слушаю что происходит внизу. А там… Там меня ощупывают.
— Как в кино, — подцепляя пальцами трусы шепчет Маша. — Ого…