Артём Скороходов – Тишина (страница 49)
— Прежде чем мы начнем, Тань, не скажешь, зачем это всё? — скривившись от боли и сплюнув кровь, спросил Иван, — Ты что вообще творишь? Ну мне просто интересно, раз уж я уже покойник.
Татьяна, Ольга и Чингиз стояли над ним. Женщины смотрели с ненавистью, механическое лицо робота было печально.
— Власть. Деньги, — сказала Василькова.
— Любовь, — прошептала Татьяна. — Вообще всё, Зимородков. Мы нашли этого больного придурка, — она махнула в сторону подергивающегося красноглазого ИскИна, — на занюханном сервере. Эти яйцеголовые и эта дура Диана даже не знали, что у них в руках. Они пытались создать истинную личность, а создали идиота-гения. Ты не представляешь, что творят его каракули с мозгами искличей. Они их выворачивают наизнанку. Это власть, это всё, что ты хочешь. Миллиардная армия андроидов, преданная только тебе одному. Никакому королю, президенту или диктатору не снилась такая власть. И все это будет нашим. Весь мир.
— Правда, всё чуть не сорвалось из-за этого придурошного Угрюмова, — сказала Ольга, — Его задача была просто поставлять искличей, которых не будут разыскивать. А он решил подзаработать больше. Взял несколько карточек себе и начал их продавать, как новый наркотик для роботов. Жадный придурок.
— Задача Ольги была следить, чтобы ничего о нашем плане не просочилось в Департамент. И тут такое. И надо было случиться, чтобы на дело назначили не ее, а тебя. Случайность. Дааа… пришлось повозиться, чтоб разобраться с тобой. Сначала я хотела тебя завербовать, — вздохнула Татьяна, — но, пообщавшись, поняла… Дохлый номер. Идеалист.
Иван увидел, как роботы охранники вдруг вскинули манипуляторы и бесшумно завалились на пол.
— Не люблю идеалистов, — усмехнулась Ольга и пнула Ивана.
Чингиз начал падать на спину. Татьяна вскрикнула, ее ноги подкосились. С глухим стоном Ольга упала прямо на Ивана.
— Третья фаза! — восторженно воскликнул Черный.
Глава 22
От стены отделились несколько прозрачных силуэтов. Активная маскировка отключилась, и перед Иваном стояло пять ослепительно белых роботов со свисающими с плеч лентами, похожими на крылья.
— Серафим?
Закинув за спину винтовку с длинным глушителем, один из белых роботов наклонился и выскочившим из руки лезвием разрезал наручники. Капитан тяжело поднялся и начал растирать затекшие запястья.
— Здравствуй, Черныш, — красивым, мелодичным голосом сказал другой робот.
— Здравствуй, Тьма. Здравствуй, Легион. Я так долго ждал вас, — пророкотал Черный.
— Ты звал нас. Мы слышали тебя. Добраться было непросто, но вот мы тут, — сказал робот, что встал перед огромным телом другого ИскИна.
Остальные роботы проходили по комнате и добивали раненых. Молча упали срезанные бесшумной очередью слепые слуги. Контрольный выстрел Васильковой.
— Эй, вы что творите?! — рявкнул Иван, когда белокрылый робот навел оружие на судорожно дышащую Татьяну. Бот отрицательно покрутил головой и нажал на спусковой крючок.
— Иван, — сказал робот, — у нас с вами была договоренность. Однажды мы попросим вас отвернуться и не смотреть. Этот момент настал. Выход там.
Капитан поднял с пола свой пистолет. Несколько долгих мгновений он смотрел на белых роботов, которые добивали раненных.
— Чингиза не убивайте.
— Приемлемо, — легко согласился бот. — Но мы будем вынуждены стереть ему память.
Он наклонился над лежащим сломанной куклой напарником, подсоединил шунт к основанию его шеи.
— У него есть резервная копия сознания четыре дня назад. Откатываем?
— Откатываем, — сказал Иван, засунул пистолет в кобуру и привалился к стене. Таблетки уже не справлялись. Капитан подумал, что не факт, что он дойдет до выхода сам.
— Легион, — рокотал черный ИскИн, — почему ты меня не забирал? Я еще тогда был готов. Я не хочу быть один. Я не могу быть.
— Успокойся. Скоро всё закончится, брат. Мы заждались тебя.
Роботы сноровисто вынимали сервера из потолка. Взвыла болгарка и полетели искры.
— Только третий и восьмой забирайте, — командовал ими Черныш. — Остальное мусор. Иван! Эй, Иван! Я хотел попрощаться. Спасибо тебе! Ты отлично справился со своей работой. Когда я подстроил, чтобы именно тебя поставили на это дело, я рассчитал вероятность успеха всего шестнадцать процентов. Но каждый твой шаг увеличивал шансы. Еще раз спасибо тебе, и прощай. Ну, быстрее, черти! Чего тянете?! Я столько этого ждал!
Руки Черныша поддерживали белых роботов, уже завершающих работу. Щелкнули соединения, красные глаза ИскИна погасли. К Ивану подошел белый робот, он, не спрашивая, достал шунт и присоединил его к регистратору Ивана.
— Последние штрихи, мой друг. Мы надеемся, что всё еще можем называть тебя так?
— Можешь, Серафим, — сказал Иван и закрыл глаза, — Слушай, на тебя покушались в «Кашалоте». У тебя там все нормально?
— О! Это ерунда. Они напали и взорвали один дата-центр. Сам понимаешь, он у нас не единственный. У нас их десятки, — шепотом сказал робот. — Всё, закончили. Мы уходим. ГБР прибудет через четыре минуты. Мы их вызвали. Постарайся не умереть за это время. Выглядишь ты неважно.
Иван его уже не слушал, он проваливался в мягкую, темную, спасительную тишину…
***
(спустя три дня)
— Многочисленные ушибы, восемь переломов. Восемь, капитан! Жесточайшая интоксикация. Сотрясение мозга. Это очень странно, не похоже, что этот самый мозг у вас есть. Исключено! Я вас не выпишу!
— Я чувствую себя нормально, доктор. Вы же сами сказали, что подлатали меня. Кости зафиксированы, всю отраву из организма вывели.
— Еще минимум три дня стационара! Витамины, регенеративные препараты. Вы свои легкие видели? Это же кошмар! Вы курением забили все фильтры!
— Своих легких я не видел. Боже упаси. Выписывайте. Страховка закончилась, а на свои у меня не хватит тут и дня лечиться.
— При всём уважении, вы идиот, капитан. Здоровье важнее всего!
— Ничего страшного. Заживет, как на собаке, — сказал Иван.
— Семь дней постельного режима, — после продолжительной паузы произнес доктор, — я дам вам список лекарств и процедур. Через три дня вы придете на повторное обследование. Вы обещаете выполнить хотя бы эти предписания?
— Обещаю, — обреченно сказал Иван. — А не подскажете, где тут ремонтная для искличей?
— Минус второй этаж, — мрачно произнес врач.
— Шеф! — радостно воскликнул Булка, — нас по телевизору показывают!
Булка висел на специальном верстаке, два небольших ремонтных робота возились с разноцветными проводами…
— Ты как, бегемот?
— Отлично, шеф. Готов к подвигам, только вот проводку никак подлатать не могут. Ничего, скоро выпустят. Под Загребом было хуже.
— Ну да, ну да. Чингиз где? Там? Ну, бывай, поправляйся.
— Привет, напарник.
— Привет, шеф!
— Как ты?
— Да нормально. Только не помню ничего. А что было-то? Расскажешь?
— Конечно, расскажу, но потом. Я пойду. Завтра на службу, не забудь.
Иван вышел из больницы и остановился, прикрыв глаза ладонью. Весеннее солнце с непривычки слепило. Проморгавшись и перейдя в антибликовый режим, капитан пошел к броневику. Когда он подходил к машине, к нему метнулась черная лохматая тень. Пёс прижался к его ноге. Было видно, что 33-й пытается удержать спокойствие, но у него выходило плохо, хвост ожесточенно стучал по земле. Иван сел и обнял собаку.
— Ты молодец. Живой? Здоровый? Нигде не зацепили сильно? Господи! Как же от тебя несёт. Поехали. Сейчас будем тебя отмывать. Не обессудь, но на заднее сиденье я тебя не пущу, садись в «злодейское» место за решетку. Не смотри на меня такими глазами. Сейчас приедем, отмоем, накормим, и я тебе за это дам на переднем сиденье покататься.
Броневик въехал на парковку у дома Ярославы. Иван выключил радио и остановился. Неожиданно он заметил, что у подъезда стоит Слава, своей собственной персоной. Она была в красивом красном платье и легком полупальто. Ее черные волосы трепал мягкий весенний ветер. Капитан улыбнулся и хотел выйти из броневика, но в этот момент к девушке подъехал пижонский фиолетовый Аргентум. Дверь открылась, и из спортивной машины вышел элегантный мужчина в костюме. Он подошел к Ярославе и галантно поклонился. Поцеловав ее руку, он помог ей забраться в свой автомобиль. Мотор взвизгнул, и машина, резко набрав скорость, уехала.
Рука Ивана потянулась было к кобуре, но продолжила движение и вынула из кармана плаща сигарету. Вставив туда картридж, капитан глубоко затянулся, откинулся на кресло и выпустил дым в потолок. Посмотрел в окно. Снег почти весь растаял. Окружающее все еще выглядело истрепанным после зимы. Но было понятно, что это ненадолго. Скоро, очень скоро, всё станет хорошо. Затянувшись еще раз, он выкинул окурок в опущенное окно. Тяжело вздохнул, а потом улыбнулся.
— Сэр Гизмунд, есть два неплохих варианта. «Культурология» — что значит хорошая компания. Там меня и вас будут кормить чипсами, поить шампанским, чесать за ухом и гладить по голове. Мы будем хвастаться боевыми шрамами и отдыхать телом. Ну или Кашалот, музыка, пиво, бифштекс? Что в данный момент предпочтете, мой друг?