Артём Скороходов – Тишина (страница 24)
***
— Подъем, капитан.
Тусклый свет серого утреннего неба. Распахнутые жалюзи непривычно пропускали утро в комнату. Всю ночь работавшие неоновые рекламы погасли. Из душа вышла завернутая в полотенце Татьяна. Пнула кровать, на которой, с закрытыми глазами, пытался еще поспать Иван.
— Давай, давай.
— Какая ты с утра… ммм… активная.
— Вставай, в душ, а я тебе кофе заварю, — девушка улыбалась и размахивала руками, разминаясь. Полотенце грозилось слететь, но все-таки держалось, не допуская непотребств.
— У меня нет кофе, — пробурчал Иван.
— Я вчера все купила. За твой счет. Долой разговоры. Вперед!
Мрачно ворча, капитан ушел в душ. Татьяна, внимательно проследив за тем, как он захлопнул дверь, взяла небольшую коробочку из своей куртки. Потом аккуратно вынула из бокового кармана плаща Ивана свою серьгу, нацепила на ухо. С минуту провозилась с одеждой и брюками Ивана, распределяя по ней маленькие, не больше спичечной головки, черные горошинки. Закончив, улыбнулась, потянулась, встав на цыпочки, а потом стала отрабатывать удары, приседать и растягиваться, делая зарядку.
Когда они вместе вышли из «муравейника», в котором жил Иван, Татьяна подошла и поцеловала его в щеку.
— Спасибо! Ты меня очень сильно выручил.
— Бывает, — спокойно ответил капитан.
— Созвонимся? — хитро глядя на Ивана сказала она.
— Да. Давай. В любом случае напиши мне, как все получишь.
***
— Какого черта, Коля! Я тебе сколько раз говорил, ни слова журналистам! — грозно рычал полковник Булатов. Распекаемый Николай мрачно смотрел в пол. Опять он что-то напортачил. Анзор сидел и с удовольствием смотрел на шоу. Практикант Рыбкин был испуган и бледен. Ольга Василькова задумчиво чистила небольшим ножичком яблоко.
— Хочешь? — прошептала она, протягивая его Ивану.
Иван помотал головой.
— Так! Что вы там болтаете?! — рыкнул разгоряченный Булатов, — Зимородков! У тебя что?
— Андрей Петрович, — спокойно начал Иван, — проведены следственные мероприятия, параллельно с полицией ищем Угрюмова. Поймали одного «отброса», отправили на утилизацию. Еще Чингиз и Булка возбудили дело о жестоком обращении с искличами.
— Это все? — бровь полковника взлетела вверх. — Я так понял, что ты просто ждешь, когда придурки патрульные случайно поймают тебе Угрюмова, а сам в это время ерундой занимаешься, правильно?
— Никак нет, Андрей Петрович. Есть еще одна зацепка, но там нужно хотя бы небольшой кусочек Патриарха. Большой массив информации, мы дня три провозимся, а ему дел на пять минут. Максимум, — сказал Иван. Капитан решил, что все подробности рассказывать не стоит. А то скажешь, что «отброс» нес ерунду про Тайгу, сразу появятся вопросы. Что за робот? Почему после этого ему мозг сожгли? А не халатность ли это? А может осознанный саботаж? Капитан решил, что не стоит будить еще больший гнев начальства.
— Хорошо, — немного помолчав, ответил полковник. — Скажи Патриарху, чтобы сегодня он обязательно посмотрел, что там у тебя.
Планерка закончилась и дознаватели потянулись наружу. Пропустив вперед стажера Рыбкина, Ольга вышла в коридор вместе с Иваном.
— Слушай, я вижу, у тебя завал по делу. Может, я чем помогу?
— Нет, спасибо, Оль, — сказал капитан, обходя внимательно смотрящего на них Анзора. — Извини, звонок.
— Да ничего, обращайся, без проблем, — пожала плечами она.
Иван кивнул, отвечая на вызов.
— Диана? У тебя все в порядке?
— Да, спасибо, Вань. Я под деспотичным крылом охранников. Меня в город не выпускают. Но я не поэтому звоню. Я вспомнила, как ты говорил про картинки, от которых у искличей мозги плавятся. Я тут подумала, что у меня был один случай, может, он тебе будет интересен. Там все непросто, так что приезжай ко мне, я тебе пропуск прикажу сделать. К тому же тут одна особа жутко по тебе соскучилась и все уши прожужжала, чтоб я тебя позвала.
— Роботы, у которых что-то происходило с мозгами от рассматривания изображений?
— Что-то типа этого. Может, тебе будет интересно.
— Хорошо, часа через три-четыре подъеду.
— Прекрасно. Жду. Хоть отвлечешь меня.
Иван отключил вызов и отправился за напарниками. Вслед ему задумчиво глядел Анзор.
***
Часа три дознаватели собирали информацию об «отбросе», который сидел у мусорки вчера. Приехали в давешний двор, выгрузились. Над ними, прямо над домами медленно пролетел полицейский коптер.
— Чего это они разлетались? — спросил Чингиз.
— Теракты там какие-то, — ответил Иван. — Вот врубили усиленные патрули по городу. Может, кстати, и хорошо, что патрулируют. Глядишь, Угрюмова быстрее поймают. Если он из города, конечно, не сбежал.
Вокруг было довольно пустынно, только несколько мальчишек играли со старой робо-собакой. Собака с трудом лазала по кирпичной стенке, хрипло лаяла, виляла со скрипом пластиковым хвостом. Неуклюже подпрыгивала, ловя железной пастью камешки.
Ладно. Начинаем работать. Основной вопрос был в том, откуда появился старый робот? Где он мог слышать про Тайгу? Нужны хоть какие-нибудь детали. Надо было подготовить массив данных для Патриарха. Булку отправили собирать видео с камер и отправлять все, что найдет, в Департамент. Там и сами могли забрать все, что надо, удаленно. Но по опыту работы капитан знал, что не все так просто. Данные часто стирались, переносились в другое место, складывались в архив, из которого удаленно забрать уже ничего не выйдет. И это муниципальная система контроля. Но были еще и частники, владельцы кафе, магазинов, просто коммунальщики, которые ставили камеры у подъездов. Тут работали большие цифры, каждая камера вряд ли записывала что-то интересное, но когда их сотня, то при определенном терпении, уме и аналитических способностях можно было узнать очень много полезной информации. У кого-кого, а у ИскИнов, особенно таких продвинутых, как Патриарх, терпения и ума хватало с избытком. А пока, чтобы не терять времени, Чингиз с Иваном, включив регистраторы, обходили жителей ближайших домов. Показывали фото робота, спрашивали, местный ли он, а если нет, то не видел ли кто, откуда он здесь взялся.
Результат, к сожалению, был удручающим. Искомый робот появился в этом квартале недели полторы назад. Сидел тихонько в укромных уголках. Периодически добывал себе топливо из мусорки. В разговоры не вступал, но если с ним разговаривали, неагрессивно вещал про конец света. Содержание этих «проповедей» мало кто запомнил. Впрочем, никто и не обращал внимания. Все понимали, что исклич сгорел, и рано или поздно за ним приедут живодеры. Особо он никому не мешал, пока наконец местный активист Кузнецов не вызвал патрульных, которые в свою очередь свалили все на Ивана. Дальнейшая судьба робота была известна.
— Приехали, — сказал Иван, выключив радио. — Пойдемте, господа. Мы редко договариваемся о встрече с Варфоломеем и его антисанитарным воинством. Но в этот раз они будут знать, что мы придем. Так что, Булка, держись позади и гляди по сторонам. Мало ли что этим придуркам может в голову прийти.
— Какой же поганый райончик, — задумчиво сказал Чингиз, перепрыгнув очередную темную лужу. В этот раз, когда они проходили мимо вывески «Читального клуба», дознаватели заметили вышедшую оттуда парочку. Большая по всем трем измерениям женщина вела на ошейнике плюгавенького мужичонку. Дама была невозмутима, ведомый же с обожанием смотрел на свою провожатую.
— Все-таки интересно, что они там читают, — задумчиво произнес Булка.
— Пойдем поглядим? — остановился Чингиз.
— Ну, не знаю, неудобно, — пробубнил большой робот.
— Отставить, — вмешался Иван. — Сначала работа.
— Привыкай, — прошептал Чингиз, — старший у нас тиран и деспот.
Подойдя к нужному тупику между домами, Иван почувствовал неладное. Что-то было не так. Он жестом остановил напарников. Что-то встревожило, но что? Запах помоечный, как всегда. Прохладно.
— Цвет не тот, — тихо сказал Чингиз и громко цыкнул.
— Что?
— Освещение странное.
И тут Иван понял, что было не так. Обычно место обитания Варфоломея было довольно сумрачным. Оно бывало освещено редко заглядывающим сюда солнцем, неоновыми вспышками да светом окон. Сейчас же из-за угла дома шел теплый желтый переливающийся свет. Это было очень странно. Иван достал свой пистолет и аккуратно заглянул за угол. Весь проход и сам тупик был заставлен горящими свечами. Сотней толстых, медленно горящих свечей. Желтый свет метался по тупику Варфоломея. Огоньки были везде, на мусорных баках, на куче ящиков, на земле, на выступающих частях стен. Капитан осторожно пошел вперед. Наступил во что-то черное и липкое. Приглядевшись, Иван понял, что еще, кроме света, смутило его. Тонкий запах на самом краю сознания. Весь тупик был измазан черным. Кровь.