Артём Скороходов – Черный дождь 3 (страница 49)
— Извести было немного, я хотел домик побелить.
— Тащи сюда, быстро.
Я вошел в переговорную на фабрике. Перешагивая через столпившихся зубанов, двинулся в другой конец комнаты, поближе к Одноглазому.
— Окна откройте, — перекрикивая гул и возмущенные визги, приказал я. — А то дышать нечем, весь кислород пожгли. Итак. Всем тихо!
Вся комната была забита роботами. Больше всего было черных, в одном углу вокруг Повара столпились красные, в другом стоял Садовник с ушастыми. Прямо посередине зала восседала Капелька в кружке своих шевелящихся адептов. Вокруг последних было пустое пространство. Близко к ним подходить опасались.
— Я рад, что вы все тут собрались. Понимаю, что долго вы тут не просидите. Поэтому соблюдайте тишину и слушайте внимательно, надолго я вас не задержу. Если кто–то будет мне мешать и нарушать тишину, того прошу сразу выкидывать в окно.
Тут же в полет за борт отправился один из зубанов. Другому мелкому стало интересно, и он уже сам выпрыгнул следом.
— Новые законы Пароволка! — громко объявил я, чтобы пресечь эпидемию выпрыгивания в окна и попыток потом залезть обратно. Взял протянутое ведерко известки с кисточкой и большими буквами написал прямо на стене:
1. Семья превыше всего!
— Все зубаны — это одна семья. Всё, что вы должны делать, — это действовать на благо семьи. Поэтому больше никаких ссор из–за цвета спины или формы ушей, никаких убийств среди своих. Нет страшнее преступления, чем заведомо действовать против семьи. Врагов убивайте, пожалуйста, кто против? Если что–то надо для выживания, возьмите, но не у своего. Еще раз. Все зубаны одна семья, а все ваши отличия — лишь ветви одной семьи. Красные, черные, ушастые или… хмм… некрофаги. Нарушившим этот закон одно наказание — смерть через разбор на запчасти. Во благо семьи.
2. Плодитесь и размножайтесь
— В одном городе не может жить больше трех тысяч зубанов. Расселяйтесь по всему миру. Создавайте новых зубанов. Если вас набирается где–то больше трех тысяч, то лишние просто отправляются в другое место. Мало ли в нашем мире городов? Есть летающие города, подземные, подводные. В снегах на севере, в степях на юге. Пусть везде будут общины зубанов. И когда в каждом городе уже будет «десять раз по десять десятков и так три раза», то это ограничение снимается и делайте что хотите.
Я снова макнул кисточку в ведерко и написал следующий закон.
3. Думайте головой
— Если вы где–нибудь поселитесь и начнете просто убивать всех подряд и воровать всё, что плохо лежит, то очень быстро на вас откроют охоту. И всех перебьют. Вы должны заселить весь мир и поэтому старайтесь соблюдать местные правила. Или хотя бы делайте вид. И помните, семья превыше всего. Прежде чем что–то сделать, думайте, как это отразится на всей семье.
Зубаны сидели, ошарашенно смотрели на меня и на стену с новыми законами. Некоторые держались за голову, наверное, пытаясь ею думать.
4. Зубаном может стать каждый, кто достоин
Несколько черных возмущенно загомонили, но после того, как один из них улетел в окно, успокоились.
— Главы общин могут принимать в зубаны. Всё равно кого. Автоматоны, люди, акулы или гарганты. Если кандидат много сделает для общины и семьи, то смело его берите к себе. Но погоняйте посерьезней, кандидат должен действительно очень хотеть попасть к вам. Тут вот ходят несколько игроков и роботов, это первые кандидаты. Проверьте их. И последний закон:
5. Уважайте начальство, заботьтесь о подчиненных, не предавайте доверившихся
— Это основы. Пусть слово зубана будет крепко. Неважно, к какой ветви вы относитесь. Вы все равно одна семья. Следить за этим всем будет особенная ветвь. Белые.
Я подошел к Одноглазому, повязал ему на шею шелковый шарф Зимы, а потом помазал его лобастую голову известкой. Потом измазал белым Рохлю и одного из бойцов бывшего отряда Бисто. Также известью досталось паре зубанов, что жались к Одноглазому.
— Белые не будут общиной, их будет немного, но они будут везде. Вся задача Белых — это решать конфликты между ветвями и отдельными зубанами. Они будут всем помогать, но также будут и карать провинившихся. Именно они будут проводить казни предателей или заниматься посадкой на Склад нарушителей. Любой зубан может менять свои ветви, но не Белые. Войти к ним можно, выйти от них нельзя. Патриархом Белых я назначаю Одноглазого. Он будет смотреть за всеми вами. Он будет принимать решение о появлении новых ветвей семьи. Ведь наверняка скоро появятся какие–нибудь фиолетовые или полосатые. Знаю я вас. Одноглазый наберет себе помощников, и пусть Белые будут в каждой общине. Они будут следить за порядком и соблюдением вот этих самых законов. Слушайтесь и помогайте им.
Я оглядел всех собравшихся. Потом подошел к роботу–дворецкому.
— Патриархом ветви Черных я назначаю Мажордома. Ты теперь не прислуга. Ты отец Черных, помоги им стать достойнейшими.
— Но месье…
— Нет. Я видел, как ты с ними разговариваешь. Они уважают порядок, знания и законы. Пусть так и будет дальше.
Я похлопал его по железному плечу, а потом пошел к Повару.
— Тебя я назначаю главой Республики Красных Зубанов. Я видел, что ты робот увлеченный, эмоциональный и искренний. Они такие же. Помоги им стать самыми яркими. Пусть слава о них гремит по всему свету.
Повар ничего не ответил, только посильнее прижал к себе двух красных зубанов, которых держал в руках. Те запищали. Остальные красные радостно завопили, а потом один из старших запрыгнул Повару на плечи и нахлобучил ему голову мой бывший цилиндр. Пузатый робот расчувствовался, в глазах у него стояли масляные слезы.
— Садовник, тебя я назначаю патриархом ушастых. Вас немного, но никто с вами не сравнится в настойчивости, скрытности и… кхм… чувстве прекрасного. Сделай так, чтобы враги зубанов по ночам боялись выключать свет.
— Они будут, — прошептал многорукий робот, глядя в пол и обнимая небольшую кучку ушастых мелких. — Мы посадим много садов…
— Капелька! Ну, я думаю с тобой и твоими клевретами всё понятно. Неси вперед слово зубанов и не останавливайтесь ни перед чем. Одна просьба. Не обращайте никого насильно. Принимайте только добровольцев. Договорились?
— Я согласны, — после небольшой паузы сказал мне десяток тоненьких голосков.
— Шеф, — дотронулся до моего плеча Рохля. — Там какие–то дирижабли летят.
— Да, хорошо, — ответил я. А потом громко сказал остальным: — Внимание! В этих законах вы не увидите закона: «Слушайтесь Серого Пароволка». Тут его не будет. Теперь вы сами по себе. Выполняйте эти законы, а остальное уже на ваше усмотрение. Я буду рядом, но я не смогу быть с вами всегда. Живите свободно, живите своим умом, и пусть у вас всё будет хорошо.
Я посмотрел вокруг. На меня смотрели сотни горящих глаз.
— Запомните этот день. Сегодня родилась новая нация. Нация Зубанов!
Мой голос потонул в восторженном вопле.
— Чего–то жестко они. Не расшиблись бы, — сказал я Рохле.
Махолет Валькирий забирал вниз очень уж круто. Может это не Гастон, а очередные налетчики? Заложив вираж, аппарат клюнул носом промерзшую землю, раскидав куски земли и мелкие камни. Крылья пару раз неприятно хлопнули по грунту и потом замерли. Тут же распахнулся иллюминатор, и в него высунулась Аврора.
— Приве–е–ет! — радостно прокричала она, размахивая ладошкой.
— Не вывались там. Где Гастон?
— Сейчас, в себя придет. На него тут Аделия упала.
Спереди, словно пасть кита, раскрылась рампа. Слегка пошатываясь, из махолета вышел бывший капитан от жандармерии Гастон Жирардо.
— Серый, быстрее! — прокричал мне он.
— Что случилось?
— Топливо кончилось, температуры почти нет. Есть тут уголь?
— Конечно есть. Рохля, распорядись.
— Только быстрее! Надо улетать! — заявил Гастон.
— Так что случилось–то?
Из махолета выскочила металлическая молния в обличье Тушкана. В два прыжка она достигла меня и вцепилась мне в жилетку.
— Так, так, так. А вот и мой верный питомец. Который бросил меня в самый ответственный момент.
Тушкан заурчал и забулькал.
— О! А вон и второй герой, — сказал я, разглядев спускающегося с рампы Каина.
— Здарова, владыка! — как будто ни в чем не бывало заявил мне красный зубан. — Мы тут прибыли. Охрана же всё–таки. Надо это, тебя эээ…
— Охранять?
— Ну, да.
— А что ж вы, черти латунные, этого не делали, когда меня Ткачи похитили?
— Ну, а кто знал–то? Если бы мы это, то мы бы ого–го!
— Всё это замечательно, Серый, — прервал нас Гастон. — Но обсудите всё позже. Надо торопиться.
— Рассказывай по порядку.
Мимо нас пробежал зубан с маленьким ведерком полным угля, который нес в пасти. Я проследил за ним взглядом, он шустро метнулся внутрь дирижабля. В открытом люке летательного аппарата стояли Аделия и Адетта. Первая мне сухо кивнула, а вторая с кислой физиономией оглядывала окружающие красоты. Сзади за их спинами пряталась зубастая Ая.
— Ая! А я не понял, чего не выходим, не здороваемся?