Артём Сергеев – Самый Лучший Ветер (страница 60)

Мы все вместе дружно повернули головы направо, где как раз проплывал мимо нас огромный, но уже затихающий по случаю вечера рынок. Народу было мало, в основном деловито сворачивающиеся продавцы, но размер поражал. Стройные линии бесчисленных палаток и павильонов по периметру подавляло своей громадой здоровенное трехэтажное здание посередине, где и торговали особо ценными и редкими товарами. Забегаловки и тошниловки на задворках уступали место вполне себе респектабельным заведениям ближе к центру.

- Завтра, Антоха, мы с тобой сюда пойдем, - сурово предупредил юнгу Далин. - Насчет этих двоих не знаю, но ты готовься. Такой опыт не помешает.

- Никуда не лазий! - тут же развернулся Окра и упер в Антоху указательный палец. - Ничего в руки не бери! Даже не нагнись, чтобы погляди! Молчи, слушай и смотри, ни с кем не говори! Старший не теряй, иначе беда!

- Окра дело говорит, - подтвердил Далин. - Могут отвлечь, чтобы от меня оттеснить, не отходи ни на шаг. И правило тут есть, взял в руки - купил. Это чтобы легче дерьмо втюхивать было. Ну да ничего, завтра я тебе еще инструктаж проведу!

Антоха сглотнул и посмотрел на нас с Арчи дикими глазами. Ни на какой рынок с его действительно настоящими чудесами он уже не хотел, но Далина ослушаться не смел, тем более после нашей ему головомойки. Движение на улице возросло, и Окра отвернулся от нас, обратив все внимание на управление лошадкой.

- Какой хороший человек, - выдал Антоша, показав на нашего возницу. - Все объяснил, про все предупредил. Мама всегда говорила, что мир не без добрых людей.

- Ой балбес, - пригорюнился я, а Арчи, не сдержавшись, выписал юнге звонкий подзатыльник.

- Действительно, балбес, - устало подтвердил Далин. - Баклан твоя фамилия. И я начинаю думать, что ты безнадежен, юнга. Только в Белом Камне тебя на берег пускать, что ли. От греха подальше. А то вправду уволокут, евнухом сделают, и будешь ты, такой честный, хозяйское добро стеречь. И еще песни петь тонким голосом, про милую родину.

- Да почему? - испуганно удивился тот, потирая затылок. - Что я не так сказал?

- Вот смотри, показываю один раз. - Арчи полез в карман и вытащил оттуда серебряную пластину с выгравированной руной, таясь от Окры. - Артем, гляди.

Далин с Антохой опасливо отодвинулись, а я наоборот пригнулся, чтобы все внимательно рассмотреть и не заслонять своим телом возницу от мага. Арчи тут же быстро чего-то колданул, руна засияла чуть заметным зеленым светом и соединила между собой ауры возницы и мага.

- Окра, - окликнул кучера Арчи, не на шутку усиливая магическое давление, - а что бы ты сделал, если бы тебе наш Антоша один и пьяненький в городе попался?

- По башке дай и на рынок увези, - тут же словоохотливо отозвался кучер. - Там продай, а с вас потом еще деньги бери, чтоб везде ищи и не найди. Ой!

Окра в ужасе застыл на месте, закрыв себе рот ладонью и не смея обернуться.

- Не боись, - Далин перегнулся и покровительственно похлопал его по плечу. - Это мы тебя просто врасплох застали, вот и все. Нам младшего воспитывать нужно, на суровой правде жизни.

Возница чуть обернулся к нам и быстро-быстро закивал головой, косясь шальными глазами.

- Да! - тут же сориентировался он. - Я это сказать, чтоб младший воспитать, на правда жизни! Это с ним легко может быть, если один и всем доверяй! Приехали, вылезай скорей!

Мы втроем вальяжно вышли на аккуратный каменный тротуар перед заведением, и лишь Антоша от избытка впечатлений прошмыгнул в открытую дверцу коляски не хуже Кирюшки, опасливо косясь на Окру. Тот погрозил нашему юнге кнутом чисто в воспитательных целях и, захохотав чему-то своему, взял с места в карьер. Антоху нашего наконец пробрало не на шутку и слава богу. Завтра ему Далин еще рабские ряды покажет, для закрепления результата, а то действительно хоть с корабля не выпускай.

- Хлеб, Сыр и Вино! - широким жестом пригласил нас Арчи двигаться за ним и начал подниматься по ступенькам на широкое разукрашенное крыльцо. - Ох, люблю!

- Господин маг с сопровождающими, - тут же склонился в почтительном полупоклоне швейцар, заслонив тем не менее ему проход в двери. - Бесконечно польщены вашим вниманием. Позвольте осведомиться цветом вашей карты.

- Вот, золотая, - немного хвастливо сказал ему маг, извлекая из кармана и показывая небольшой золотой прямоугольник. - Гляди.

Швейцар склонился и со всем почтением, но очень внимательно просканировал ее взглядом и позвонил в какой-то колокольчик.

- По статусу вашей карты, - объяснил он удивленному Арчи, - встречать вас должен метрдотель, а то и сама хозяйка заведения. Прошу покорно дать нам время на подготовку к должному приему дорогих гостей.

- Ух ты, - уважительно покосился тот на свою карточку и бережно спрятал ее в карман. - Не знал, у меня ведь серебряная была, по золотой в первый раз.

- Мы тут в прошлый раз вместе с бабушкой Арчи были, - объяснил я не требующему объяснений и воспринимающего все в каком-то приключенческом тумане Антоше. - Вот и сподобились на золото.

- Прошу вас, проходите в каминный зал, - предложил швейцар, казалось, в упор не видевший хоть чистые и дорогие, но все-таки рабочие комбезы Далина и его помощника. - Там вам предложат приличествующие прохладительные или горячительные напитки для скрашивания ожидания.

Он был сама любезность, но все равно перекрывал нам своей здоровенной тушей главный вход, оттесняя нас куда-то в сторону со всем возможным почтением. Я лишь молча подивился про себя такому профессионализму, но выделываться никто из нас не стал, и мы молча поперлись в каминный зал. Тот как раз по случаю не сезона был пуст, именно поэтому его определили на роль отстойника.

- Шибко не разгоняйся, Арчи, - предупредил мага Далин. - Кутежи в купеческом стиле закатывать не надо. Тем более тут ты ими никого не удивишь. Пиратов нам все равно не переплюнуть.

- Это ты так думаешь, - мечтательно прищурился Арчи. - Есть у меня кое-какие идеи на этот счет, только тебя жалко. Мне-то все равно, а вот тебя кондратий точно посетит, вместе с пиратами заодно. Тебя от жадности, а их от зависти.

- Вот и не надо, - твердо ответил тот. - Даже если за свой счет, все равно не стоит.

Пока эти двое препирались, швейцар все-таки сумел загнать нас в каминный зал, где уже замерли в ожидании две малорослые официантки из местных. Одну я помнил по прежним заходам, поэтому подмигнул ей, и она вроде тоже опознала нас, потому что заметно расслабилась и стала выглядеть веселей. Мы свободно разошлись по залу, Далин с Арчи кинулись к бару, я упал в кресло, как самый уставший, и лишь Антоша стоял в уголке скромно и старался не отсвечивать, куда там официанткам. Маг тут же это заметил и принялся его тормошить.

- Антоха, иди сюда, - подозвал его он. - Хочешь, дам настоящего бренди из винных ягод понюхать? Это тебе не самогон из мамкиной бражки. Понюхаешь, потом всем своим друганам в Белом Камне будешь заливать, мол, настоящим пиратским пойлом на Островах упивался.

Антоха покраснел, с тоской покосился на невозмутимых официанток и, стараясь выглядеть поувереннее, подошел к бару.

- Поить его не вздумай, - тут же встрял Далин и обратился к юнге. - А ты пить не смей, даже если наливают, понял?

Антоха покраснел пуще прежнего и, стараясь выглядеть независимо перед профессионально флегматичными официантками, что-то глухо буркнул.

- Ма-а-альчики! - в зал впорхнула сама Хельга, хозяйка заведения и давнишняя подруга Лары. Она никакого отношения к эльфам и местным не имела, была родом откуда-то с северов, и выделялась среди островных жителей как статный бело-рыжий лебедь в стае смуглых малорослых крикливых чаек. Здоровенная, выше меня на полголовы и чуть ли не шире в плечах, пышащая серьезным боевым здоровьем очень и очень симпатишная дама лет тридцати. Валькирия, одно слово.

Поговаривали, что когда она только появилась на Торговом Острове, то поразила своим экзотическим внешним видом и независимым характером всех пиратских капитанов в самое сердце. Это тебе не субтильные эльфийки, причмокивая от восторга губами и глядя на нее с восторгом снизу-вверх, говорили они, это настоящее. Но держала она себя строго, в соответствии со своими какими-то жизненными правилами, и никому ничего не обломилось. Капитаны и сочувствующие погоревали немного, а потом постановили отрезать голову тому, кто посмеет попробовать обойтись с Хельгой нечестно, в духе местных рабовладельческих традиций, и на этом утешились. Так не доставайся же ты никому, с учетом островного колорита, в общем.

Хельга же лишь посмеивалась, глядя на эти жизненные коллизии своими спокойными и умными огромными голубыми глазами, чувствовался в ней какой-то достойный восхищения внутренний стержень, и делала свое дело. Величественно отбившись от всех жаждущих оказать условно бескорыстную помощь поклонников, самостоятельно арендовала небольшую кафешку. Но не на рынке, а на приморском бульваре, подальше от мутных личностей рынка и поближе к порту с его капитанами и свежей рыбке. Кафешка открылась, и если поначалу там не было прохода от гостей, просто желающих засвидетельствовать свое почтение рыжеволосой хозяйке, то потом народ распробовал ее кухню.

Нет, и до Хельги были на Торговом Острове знатные повара, но вот именно так, по-северному, здесь еще не готовили. Вроде бы одна и та же у всех треска с камбалой, а вот выходит по-разному, что и ценилось.