Артём Сергеев – Самый Лучший Ветер 4 (страница 44)

— Ты можешь, — после краткого молчания определил степень моего могущества он, — только ты и можешь. Я согласен.

— А они? — уточнил я, кивнув на окрестные кусты.

— И они тож, — даже не став оборачиваться и что-то уточнять, успокоил он меня. — Не сомневайся, Старший! Тебя-то мы и ждали! Делай!

— Ну, хорошо, — я встал со складного кресла, а то выходило слишком уж как-то по-княжески. Да и не получалось у меня почему-то колдовать во всю мощь сидя, профанацией такое волшебство попахивало. Вновь открывшись для магии и для этого мира во всю ширь, не хуже чем тогда в монастыре или в гостях у Леты, я ощутил тринадцать этих духов перед собой как на ладони, я знал теперь все их желания и силу, все их умения и таланты, а потому без промедления и без сомнения начал:

— Раз вы есть нечисть, ещё не виданная в этом мире, то своей властью и силой своей нарекаю вас отныне и до веку лешими, — мне на ум удачно пришло слово, услышанное недавно от Арчи. — И наделяю вас призванием хранить этот лес и границы его! Хранить, беречь и защищать — вот ваше предназначение под этим небом! Наделяю вас правом быть стражами этого леса, примите и почувствуйте это!

Мне пришлось вытянуть правую руку вперёд и направить её на веник в центре поляны, потому что говорил-то я для всех, в том числе и для Арчи с Оином, но колдовал только над тем самым смелым духом, что сидел передо мной. Тащить всех скопом я бы осилил, конечно, но на грани своих возможностей, да и лишнее это было, лучше уж по одному.

— И нарекаю тебя, — тут я запнулся, потому что обычному короткому имени, как у всех домовых и прочих, этот дух совсем не соответствовал, слишком уж он был мощен и серьёзен. — Василичем! Из рода, — тут я вспомнил, что даже у Кирюхи было отчество и фамилия, — Ольховских! И да будешь ты основателем его!

Веник из веток ольхи, от которого и пошла эта звучная фамилия, разлетелся на мелкие веточки и листочки по всей этой поляне одним коротким движением, а под ним обнаружился сидящий на заднице солидный мужичок примерно по пояс мне ростом. Был он изрядно бородат и обильно волосат, имелись на нём приличные зипун, застёгнутый на деревянные пуговицы справа налево, штаны и лапти, сотканные из примерно того же материала, что и платье Веги, только сильно попроще. Довершал его наряд широкий кушак красного цвета, да посох из ольхи с живыми листьями, больше похожий на дубину. Мужичок сидел в полной прострации, постепенно привыкая к новым ощущениям и сводя глаза в кучу, потом вроде бы начал справляться с собой и первым делом кое-как встал на ноги, опираясь на свой посох. Причём я его не торопил, не гнал и не подхлёстывал, а наоборот, старался успокоить, но он поднялся и поклонился мне, глянув исподлобья неожиданно умными глазами.

— Благодарю! — с достоинством распрямился он, — Старший!

— Как ты? — тут же спросил я у него, раз уж разговор начался, — что чувствуешь?

— Чувствую, что… — мужичок старательно прислушался к себе, поискал какие-то слова, а потом рубанул напрямую, — что Аз Есмь отныне! И это хорошо! Вот я что чувствую!

— Ну, раз уж ты есмь, — Арчи не удержался и влез, его просто распирало от ситуации и молчать он уже не мог, — то иди сюда, Василич, прими угощение, не побрезгуй! Со всем нашим почтением! Не мешай старшему своему!

Я кивком подтвердил приглашение друга и очень воодушевившийся Василич поковылял, разминая ноги и опираясь на посох, в сторону накрытого стола.

— А теперь, — я размял руки в предвкушении волшебства, теперь-то мне уже было понятно, что делать, — ваша очередь! Подходить по одному, каждый со своим веником, к которому дереву кто склонность имеет, тот с тем и подходи! Всем ли всё ясно?

Эта нечисть пищать или ещё как-то радоваться, показывая мне, что всё они поняли и со всем согласны, не стала, а начали они очень организованно и быстро действовать, и вот уже совсем скоро передо мной сидел ещё один рекрут, прикрытый дубовым веником.

— Михалыч! — нарёк его я, — Дубов!

В этот раз магия пошла быстрее и увереннее, и я и он знали, как и что сейчас будет, а потому через несколько минут я уже отправлял новоиспечённого лешего к столу, принять угощение со всем почтением. А потом все эти Кузьмичи и Иванычи, Петровичи и Санычи пошли один за другим, я не заморачивался особо с именами, просто вспоминал по одному механиков в училищном гараже, как раз хватило. Ну и пришлось ещё пару раз обращаться за помощью к Арчи, когда я не мог уверенно опознать то дерево, чьи именно ветки пошли на этот очередной веник, и вот уже передо мной стоял последний из духов.

— Митрич, — вспомнил я самого скандального и желчного гаражного механика, — из рода Рябининых! Будь готов!

— Завсегда готов! — странным образом, вертикально ладонью посередине лба отсалютовал мне тот и поднялся на ноги, ожидая приглашения к столу, но не забыв поклониться со всем почтением. — Старший!

На подгибающихся ногах, едва сдерживая дрожь в коленях, я побрёл за Митричем к столу, где уже царствовал и владел общим вниманием Арчи. По мне, это было только к лучшему, мне-то сейчас самому было лишь бы до раскладного кресла добраться и дух перевести, а вот к разговору не тянуло совершенно. Тем более, это я уже давно признал и с этим смирился, у нашего штатного мага полноценное общение, не смотря на все его шуточки-прибауточки и вообще веселье, выходило лучше, потому что разговаривали с ним все встречные-поперечные почему-то много охотнее.

Он сейчас как раз наливал немного остывшего чая подошедшему Митричу в свежесделанный из бересты туесок и на полном серьёзе, соблюдая приличия, просил того принять подношение, добавив для верности пряник из гномских запасов. Тот с достоинством поклонился и принял угощение из рук Арчи, после чего отступил и влился в толпу у стола. Надо признать, вели они себя совершенно отлично от домовых, не толкались и не галдели, не мешали один другому, а были они очень степенными и солидными, одни дубины-посохи чего стоили.

Я сидел, разглядывая их и приходя в себя, пытаясь вспомнить, кого из них каким именем нарёк, но кроме первых двух и последнего, ничего не вспоминалось. Тогда решил, что буду называть их по фамилиям, потому что уверенно отличить кленовые листья от берёзовых или дубовых, что пошли на зипун или торчали свежими из посохов, я мог. У Орехова вон, даже орехи были, тут не ошибёшься.

Арчи тем временем выстроил их перед собой и выставил на всеобщее обозрение одну руку ладонью вперёд, растопырив пальцы на ней и демонстрируя кольцо зелёного цвета, указательным пальцем другой руки указывая на него же. Я ощутил близкое присутствие Веги, у них шёл какой-то разговор, маг удалённо знакомил свежеиспечённых стражей со своей хозяйкой, прививая им субординацию и прочие полезные в службе на границе вещи. Лешие застыли, держа в руках угощение и не зная, куда его деть, проняло их, но Вега на такие мелочи внимание не обращала, и скоро всё закончилось.

— Ну что, — затормошил меня Арчи, спрятав кольцо на руке, до того ему не терпелось чем-то там заняться, — благословение получено, приступим к экспериментам? Надо же нам всем понять, к чему вы годны, можно ли на вас надеяться, можем ли мы уехать отсюда со спокойной душой, станете ли вы надёжной защитой своей хозяйке? Ну, кто из вас самый смелый?

Лешие не расступились и не стали показывать друг на друга, как это сделали бы домовые, но как-то сразу стало понятно, что стоявший в центре их полукруга Василич и будет тем самым первым, по старшинству и по силе, с него и начнём.

— Оин, нужна твоя помощь, — определился с первым подопытным Арчи и затребовал второго участника, — на тебе их чары пробовать будем. — Гном недовольно завозился было на месте, но маг его успокоил, — а потом и на нас, но сначала на тебе, мы же маги, пойми. Пойдём от простого к сложному, всего лишь, не переживай.

Гном, подумав, пожал плечами и вышел из-за стола, с большим сомнением поглядывая на напрягшегося Василича.

— Представим ситуацию, — тут же выскочил к ним Арчи и взял процесс в свои руки, — злой гном с неясными целями пытается пройти через границу. Незваный и непрошеный, а потому совершенно тут лишний. Что делать будешь?

Василич, которому задали вопрос, почесал в затылке и, пристукнув посохом по земле, исчез в ближайших кустах.

— Вперёд, — скомандовал маг гному, — во-о-он к тому дереву иди, видишь? И громко, голосом, рассказывай нам о своих ощущениях, хорошо? Это очень важно, запомни.

Оин кивнул и, поправив на себе одежду и ремни, решительно зашагал к одиноко торчащей, но и самой высокой здесь сосне метрах в пятидесяти ниже по склону. Дерево это хорошо было видно издалека и со всех сторон, Арчи не зря взял именно его в качестве ориентира.

— Тропинка передо мной появилась, — громко обрадовал нас гном, прорвавшись через придорожные кусты, — попутная, иду пока по ней!

Из подлеска повеяло неслабой такой лесной магией, и гном снова подал голос:

— Вправо поворачивает, но ещё по пути! Иду дальше!

Магия усилилась ещё немного, но Оин всё испортил:

— Схожу с тропинки! Иду к дереву, внимания ни на что не обращаю!

Магия усилилась до предела, но и гном не сдавался: — кусты передо мной появились, колючие! Обходить не буду! Вижу цель, препятствий не вижу!

Василич выкладывался на все сто, он уже начал верещать от ярости и злости, но гном победил, дойдя до сосны, победно стукнув по ней и повернул обратно.