Артём Сергеев – Самый Лучший Ветер 2 (страница 59)

Но тут мне стало не до мыслей о Лариске и её новых друзьях, потому что я, охнув от огорчения, кинулся вытаскивать за ноги мужика из озера, в котором он лежал головой. Хоть он и враг, но смерть глупая до ужаса, и не хватило ведь ему меня дождаться всего ничего, да что ж такое! И озеро ещё загадил, сволочь такая.

Лара ловко скакала по камням и кустам, выискивая засадчиков и обозначая их для меня и Арчи ясно видимыми магическими маячками. Всего я насчитал десять человек вместе с этим, безвременно утопшим, и дал себе зарок не вести никогда боевые действия на берегу рек или озёр. Ну, глупо же помер! Хотя, когда прижмут, там некогда разбирать особенности ландшафта.

Восемь человек из найденных были облачены во всё тот же камуфляж, о котором рассказывала эльфийка, а вот двое не изменили себе, и не заменили свои чёрные рясы на что-нибудь более удобное. Самые упоротые, наверное, и идейные. Или начальство.

Лара жестом запретила нам к ним приближаться, так же жестом приказав собирать и относить к «Ласточке» людей в камуфляже, а сама принялась осторожно, издалека, рассматривать фонивших в магическом зрении всеми цветами радуги людей в рясах.

У меня волосы невольно вставали дыбом и пробирал нервный озноб только при взгляде на этих чернорясцев, до того чужеродными для этого мира выглядели их ауры с амулетами. Ей-богу, насекомые какие-то.

— Давай-ка будем действовать по Новониколаевской методе, — Далин довольно бесцеремонно отодвинул Арчи, который уже начал было связывать пленников. — Теперь по ней, и только по ней.

— Как это? — удивился маг и тут же замолк, увидев, как гном ножом распорол одежду на лежавшем перед ним человеке. Далин ловко вытряхнул его из тряпья, сорвал с него обувь и все амулеты, благоразумно пользуясь при этом палкой. Затем он стянул голому пленнику руки в локтях и запястьях за спиной, притянув узел к таким же образом связанным ногам. А потом уложил человека на травку у дирижабля на живот, прикрыв ему срам наброшенной тряпкой.

— Если бы в тот кон один обдолбанный дебил не поленился и отобрал бы у него всё, — гном указал на меня рукой с зажатым в ней тесаком, — не стояли бы мы здесь, понимаешь? Один же девачковый браслет пропустил, всего лишь, а что в итоге?

— Делай, — тут же согласился с ним маг. — А мы подтаскивать будем. Пойдём, Артём. И надо этого не забыть, на борту который.

Я согласно кивнул, и мы пошли за следующим, хоть и не понравилась мне эта новая мода. С другой стороны, гном целиком прав, и я не собирался рисковать всем из-за одного пропущенного или, что ещё хуже, вшитого в одежду амулета. Потерпят, немного им осталось, как нам тогда, на Новониколаевском лётном поле. С одеждой, без одежды, не это меня тогда волновало, вот и им не до этого будет, зуб даю.

Никто их сюда не звал, это были настоящие враги и жалеть я никого не собирался, тем более что Лара нечувствительно дала всему экипажу понять, что дальнейшая судьба засадчиков нас не касается. Ребята занялись самым поганым делом — принялись бить по домам и по членам семей своих противников, и на снисхождение могли уже не рассчитывать. Как ни странно, для Лары Арчи всё ещё был маленьким и непутёвым, хоть и самым любимым, как она говорила, внуком, вот иногда прорывалось в ней это. Да и весь остальной экипаж выглядел перед ней не лучше, хоть и дирижабль у нас, и саламандра, и куча разных подвигов.

— Дохлого куда? — прервал мои мысли Арчи, показывая рукой на утопленника, вытащенного мной из воды. — Молодец какой, сам подох, помогать не надо. Всем бы так.

— Ага, самостоятельный, — согласился я, и мы с натугой перевалили мёртвое тело на нашу лесенку, которую предусмотрительный маг захватил с собой.

Примерно за час мы перетаскали всех к нашей «Ласточке», где гном без сантиментов раздел и связал спящих злым, тяжёлым сном злодеев, не пропустив и мёртвого.

— А чем он лучше других? — буркнул он нам в ответ на мой вопросительный взгляд, но я лишь пожал плечами. Действительно, судьба у них теперь одна на всех.

Антоха сидел на пулемётах, разглядывая перемигивающихся с Лариской небесных лошадку с собачкой, и на дела наши скорбные не обращал большого внимания, вот и хорошо.

— Так, этих двоих ко мне в дом, на крыльцо, потом отдельно в подвале уложим, — показала подошедшая Лара рукой на молодых парней без наколок и других партаков. — Защиту я сняла. С ними можно будет поработать, а вот на остальных клейма негде ставить. А если негде, то и не будем.

— Безнадёжны? — зачем-то влез я, наблюдая за тем, как гном, отстранив Арчи с его лесенкой, с натугой взвалил себе на плечи обоих парней.

— Нет, — покачала головой Лара. — Вот эти, что на гноме сейчас едут, те могут быть безнадёжны, тут от промытости мозгов зависит. А остальные просто шваль. Убийцы, насильники, грабители. Причем думают, что бывшие, что грехи замолены и отпущены, но это не так. Раскаяния в них ни на грош. Жалеют, может быть, только о том, что попались в своё время. Ну и два властолюбца, вот эти, самые пузатые. Не знаю, что и хуже.

Я пригляделся, но ничего такого не увидел. Люди спали, эмоций не было, только два чернорясца действительно выделялись среди своих подтянутых и мускулистых подельников свисающим по бокам салом и обширными животами. Даже какое-то время на свежем воздухе не пошло поганцам впрок.

Лара прищёлкнула пальцами, и лежавшие лицами вниз у наших ног люди резко очнулись. Кто-то заорал, всё ещё отбиваясь от небесной собачки, кто-то принялся судорожно рваться из пут, ломая себе руки и сдирая кожу в кровь, не соображая и не понимая ничего. Но постепенно крики и ор прекратились, начались ошалелые переглядывания между собой, раздались маты и проклятия, и наконец все всё поняли.

— Здравствуйте, мальчики, — Лара не стала наклоняться или приседать перед ними на корточки, чтобы они могли её рассмотреть. Захотят — изловчатся, а нет, так пусть на сапоги смотрят. — Чем обязана столь внезапному визиту?

— Радуйся, ведьма, — с ненавистью прохрипел один из пузанов, — твоя взяла. Ну да ничего, братие, за нас отомстят! Не сможешь ты вечно от нас уворачиваться!

— Месть — это же вроде один из грехов? — картинно удивилась эльфийка. — И, если я ничего не путаю, вам заповедано смирение, терпение да любовь к ближнему своему? Ну, и где же это всё?

— Молчите, братие! — повернулся к остальным второй пузан. — Пусть поиздевается напоследок, ведьма! Пусть душу свою чёрную потешит! А мы, истинно говорю вам, по делам нашим уже сегодня будем в раю! Ждут нас райские сады, братие, и горе будет великое тому, кто в этом усомнится!

— Да я не против, — милостиво кивнула ему эльфийка. — Хотите сегодня, будете сегодня, не возражаю. Да только и правда этот разговор меня не красит, ни к чему он.

Кто-то тоненько и безнадёжно завыл, затрясшись в мелком ознобе, кто-то злобно и грязно выматерился от души и во весь голос, проклиная судьбу и всех нас, пузаны затянули псалом, приглашая присоединиться всех желающих, и Лара снова щёлкнула пальцами, прекращая балаган.

— Ты! — Лара жестом выделила одного пузана и принялась на него давить, ломая чужую волю, но не сильно-то в этом и преуспев. Она не усыпляла его, не магичила, она просто пыталась его сломать и подчинить, причём настолько топорно, что даже я оторопел.

— Зубы у него амулетные, что ли? — удивился Арчи, присоединяясь к бабушке и давя с другой стороны. — Или благодати набрался?

Я нерешительно взял Лару за левую руку, попробовав поделиться с ней своей зеленью, и дело рывком сдвинулось с точки. Пузан, до этого с лютой ненавистью вызверившийся своим взглядом прямо Ларе в глаза, вдруг моргнул раз, сдаваясь, потом другой, а потом и посмотрел на эльфийку как старый пёс на давно не виденную хозяйку.

— Спасибо, Тёма, — Лара, пошатнувшись, прижалась ко мне и даже положила голову на плечо, пережидая минутную слабость. — Искренняя ненависть была, сильная. Такую силу воли, да на добрые бы дела…

Я молчал, аккуратно придерживая её под бочок, а вот Арчи жаждал объяснений.

— Могла, конечно, — наконец со вздохом объяснила ему Лара, — и в душу заглянуть могла, и себе подчинить, со всем мыслями и чувствами, всё могла. Да только, если б вы знали, мальчики, как мне уже надоели и души их мерзкие, и мысли подлые, и чувства грязные. Сил никаких нет. Через себя же приходится всё пропускать, а потом ночами не спишь, кошмары мучают. Так проще. Не хочу его душу знать.

Мы оба понятливо закивали, Арчи кинулся придерживать Лару с другой стороны, и даже всё слышавший пузан попытался было подползти к нам, чтобы принять участие в утешении.

— На ночь Кирюшку заберу себе, — вдруг сказала нам эльфийка. — Пусть просто посидит рядом со мной, он хороший.

— Домовые добрые сны ещё насылать могут, — раздался снизу голос пузана. — Лишним не будет.

— Спасибо, — усмехнулась Лара и высвободилась из наших рук, — добрый человек. Рассказывай. Что готовили мне и чего хотели, всё рассказывай.

— Хотели тебя в ловушку поймать! — обрадованно затараторил он, перейдя с церковного языка, со всякими «братие» да «воистину», на нормальный человеческий. — Антимагическую, проверенную! На тропинке около озера, вон там, мимо не пройдёшь! Под камнями целую сеть укрыли из амулетов, всё по науке! На других магах тренировались, и осечки не было!