Артём Мичурин – Ренегат (страница 69)

– Не, – безапелляционно отрезал Коллекционер. – От этой затеи лучше отказаться сразу. Могу вас заверить, как обладатель наибольшего из присутствующих числа погружений в фекальные воды Мурома, – пройти там без шума и пыли невозможно. Сточные трубы под охраной, все канализационные колодцы заперты, а сами туннели круглосуточно патрулируются специальным отделом службы безопасности, в просторечии – говностражей. Полезть туда с бомбой – верный способ избавить Муром от крыс, но не более.

– Вы не думали воспользоваться услугами своей агентурной сети внутри периметра? – обратился к майору Стас.

Ледовый хитро улыбнулся и после непродолжительного молчания помотал головой:

– Не тот случай. Нужно быть полным кретином, чтобы добровольно передать бомбу в руки представителей нашей, как вы остроумно выразились, агентурной сети. Лично я не доверю этим продажным тварям и банки гуталина.

– Раз так, основным вариантом остается БПЛА? – предположил Стас. – Верно я понимаю?

– Основным – да. Но есть еще один.

– Позвольте угадать, – поднял руку Коллекционер. – Смертник?

– Неужели это так очевидно? – Майор сунул ладонь за пазуху и, вынув серебряный портсигар, предложил собеседникам уложенные аккуратным рядком папиросы.

– Спасибо, не курю, – отказался Стас.

– Табак? – поинтересовался Коллекционер и наклонился вперед, но после утвердительного ответа откинулся обратно на спинку стула. – И не жалко вам на этот мусор хорошую бумагу переводить?

– Предпочитаете курево иного сорта? – Ледовый вынул одну папиросу и захлопнул изящный футляр.

– Совсем иного, – улыбнулся охотник. – А что касается затеи со смертником, так оно – да, очевиднее не бывает. И, можете поверить, если это очевидно мне, то это очевидно и им. Муромские не ахти какие вояки, в атаку я бы вслед за их командирами не пошел, но вот оборону они организовать мастера, тут их хаять – даром говно изводить. Максимум, что вашему посмертному герою удастся, – взрыв на КПП. Я не большой специалист во всей этой химии, но тут и дураку понятно – эффект не оправдает ожиданий. Если уж взрывать на земле, то ближе к центру. А так… – Коллекционер состроил полную скепсиса гримасу.

– Что ж, – майор стряхнул пепел в кружку и глубоко затянулся, – это все, что я имел сказать. Теперь ваша очередь. Поделитесь соображениями, будьте так любезны.

– Охотно, – кивнул Стас. – Можно попросить у вас карту Мурома для наглядности?

– Разумеется. – Ледовый взял лежащий на комоде планшет, вынул оттуда изрядно потрепанную бумагу и разложил ее на столе. – Ну?

Карта оказалась весьма подробной. Даже единожды побывавший в городе без труда мог сориентироваться по ней благодаря изобилию информации, не ограничивающейся лишь названиями улиц, а углубляющейся вплоть до обозначения продуктовых магазинов, складов и швейных мастерских, не говоря уже об административных объектах и промышленных предприятиях. Кроме того, глаз сразу зацепился за разбросанные тут и там цифры, обозначающие, судя по всему, основные высоты, как представляющие стратегический интерес в городском бою.

– Вам, наверное, известно, что часть городской стены до сих пор не достроена? – начал Стас и, не дожидаясь ответа, продолжил: – Примерно два километра вот в этом районе, – описал он указательным пальцем овал возле улицы Жданова.

– Известно. Только я не понимаю, каким образом данное обстоятельство нам поможет. Да, стена там пониже остального периметра. Не двенадцать метров, а семь. Но для нас что семь, что семьдесят семь – один хрен.

– Позвольте с вами не согласиться. – Стас поднялся и обошел угол стола. – Вот здесь…

Стоящий по левую руку от майора боец решительно шагнул навстречу потенциальному убийце и заслонил командира грудью. Но сей самоотверженный поступок остался неоцененным. Ледовый жестом велел «герою» занять прежнюю позицию.

– Так вот, – продолжил Стас, – прямо напротив этого недостроенного участка, меньше чем в километре, имеется несколько заброшенных высоток. Парочка из которых весьма неплохо сохранилась. По-моему, как раз они и помечены у вас числом двадцать восемь. Это ведь высота?

– Точно.

– Одна из наибольших вне периметра?

– Выше только элеватор. Хотите сказать, что…

– Затащим бомбу наверх, дождемся подходящего ветра и – спокойной ночи, Муром.

Плотно сжатые губы майора медленно расползлись в хищной ухмылке.

– Это – вариант. Да, определенно. Если бы не…

– Дикой, – подсказал Коллекционер.

– Вы знакомы?

– Имел счастье.

– И что скажете о его банде?

– Что я скажу? – охотник хмыкнул и острым ногтем мизинца постучал по оскалившемуся клыку. – Там около двадцати рыл. В основном – сброд. Промышляют крышеванием южного пригорода. Зажравшиеся ленивые ублюдки. Дайте мне пяток толковых ребят с глушеными стволами, и я вырежу для вас этот гадюшник под корень. Бесплатно.

– По-моему, дельное предложение, – взял слово Стас. – Готов подписаться на тех же условиях.

– Хех, – майор криво усмехнулся и помотал головой. – Это что же получается, я вместо предписанного карантина должен вас вооружить и отправить прямиком в стан врага? Нет, братцы, так не пойдет.

– А почему? Чем вы рискуете?

– Хотя бы тем, что операция может провалиться, а кого-то из вас двоих повяжут и выбьют секретные сведения.

– Прямо уж секретные? – усмехнулся охотник.

– Не понял.

– Брось, майор. Твой переросток сегодня на воротах такой спектакль закатил, что сейчас весь форт наверняка занят обсуждением страшной штуковины в его рюкзаке. Думаешь, это долго будет оставаться тайной? Не тешься пустыми иллюзиями. К моменту зачистки, а она должна состояться непосредственно перед штурмом, каждой твой боец станет носителем «секретных сведений». А даже если и возьмут кого за яйца – что это изменит? Мурому нечего противопоставить, разве только нашьют пятьдесят тысяч марлевых повязок в экстренном порядке. К тому же всегда есть запасной план с этим… Как его?

– Беспилотником.

– Вот именно.

– А если надумаете улизнуть?

Коллекционер округлил глаза и посмотрел на Стаса, принявшего аналогичное выражение лица, после чего вернул недоуменный взгляд Ледовому.

– Майор, а папироски точно табаком набиты? Или, может, у нас рожи не того формата, раз ты считаешь, будто мы от нехер делать жопы рвали, а вот теперь, не дождавшись гонорара, возьмем да и свалим на потеху публике? Триста шестьдесят золотых – не та сумма, от которой бегут. Я, по крайней мере, не готов сделать Легиону столь дорогого подарка. Не обижайся, майор, но мы слишком мало друг друга знаем.

– Понятно, – кивнул Ледовый, туша о стол папиросу. – А откуда вообще такое рвение? Дикой вам что, денег одолжил?

– Нет, – улыбнулся охотник. – Просто хотим сделать мир чище. Разве для добрых намерений требуются причины?

– Хм. Чище, так чище. Мне ваши бандитские терки на самом деле не особо интересны. А над предложением я поразмыслю. Время терпит. Еще вопросы?

– Нам по форту можно перемещаться? – подключился к разговору Стас.

– С восьми до двадцати. Но я вам этого делать не советую. Меньше общения – меньше конфликтов.

– Мы будем вежливы, – сверкнул клыками Коллекционер.

– Постарайтесь.

– Из местных выжил кто-нибудь? – продолжил Стас.

Усталое выражение на лице майора тут же сменилось вопросительно-негодующим.

– Молодой человек, – заговорил он после драматичной паузы, – если вы полагаете, что Железный Легион – это банда изуверов, промышляющая убийством женщин, стариков и детей, то я вас разочарую. Мы – не банда. Мы – новая объединяющая сила, которая положит конец анархии и беззаконию. Сначала здесь, а потом и на всей территории Российской Федерации.

– О как, – «проникся» Коллекционер.

– Я обеими руками «за», – поспешил Стас успокоить майора. – Но все же…

– Разумеется, большинство местных, которым хватило ума не оказывать сопротивления, живы. Пришлось их немного уплотнить, урезать паек, ограничить передвижение, но в целом с ними все в порядке. А с какой целью интересуетесь?

– Да так, – пожал Стас плечами, – из чистого любопытства.

– Мне думается, любопытства на сегодня хватит. – Ледовый поднялся из-за стола и сунул в рот очередную папиросу. – Охрана проводит вас до места временного содержания. Интендант Бозов встретит и обеспечит всем необходимым. И еще, – майор строго указал на посетителей пальцем, – держите язык за зубами. Свободны.

Местом временного содержания оказался закуток в нетопленом бараке с законопаченными, почти не пропускающими свет оконцами, двумя топчанами, двумя тумбочками, столом, скамьей и табуретом. На одном из матрасов красовалось бурое пятно рядом с залатанной дыркой в районе груди лежащего. Черный обугленный полукруг на дощатом полу у входа, словно лишившаяся хозяина тень, эллипсом расползался вверх по стене и заканчивался под самым потолком хлопьями сажи. В углу сиротливо пристроилась закопченная керосиновая лампа с разбитой колбой.

– Соврал майор-то, ой соврал. Не ценят здесь профессионалов. – Охотник провел пальцем по углям и на нетронутом огнем участке стены изобразил нечто напоминающее пышную задницу.

– Соблюдайте чистоту, – проворчал охранник и, наградив привередливых квартирантов неприязненным взглядом, удалился.

– Даже печки нет, – заметил Стас.

– Будет печка, – в дверях появился невысокий коренастый тип и без предисловий, по-хозяйски протопал в комнату. – Так, кровати, стол, скамейка, тумбочки – есть. Матрасы – две штуки. Насчет буржуйки я уже распорядился. Дрова справа от барака, под навесом. Чайник, ведро и таз организуем. Мыло есть? Очень хорошо. Подушки с одеялами принесу. Что еще?