Артём Матвеев – Война Взглядов (страница 25)

Дрон пролетел прямо над ними, низко, его металлическое брюхо отразило солнечный луч. Томни зажал дыхание. Он знал, что одно неверное движение – и они все мертвы. Машина зависла, луч сканера прошёл по канаве, выхватывая лица, руки, обломки металла. Секунды тянулись вечностью. Потом дрон дернулся и полетел прочь, теряясь в дымке горизонта.

Эн поднялась, обвела всех взглядом.

– Живы? – шёпотом.

Кивки. Томни с облегчением выдохнул.

– Чисто, – сказал он.

– Пока да, – ответила Эн. – Но Синод усилил разведку. Значит, мы близко.

Вечером они добрались до холмов. Земля здесь была другой – плотной, каменистой. Среди скал торчали остовы зданий, едва различимые в дымке. Эн замедлила шаг, подавая знак остальным.

– Тихо. С этого места действуем по моему сигналу.

Томни заметил, как отряд стал собраннее. Никто не говорил, движения были чёткими, словно отрепетированными. Он понял, что эти люди привыкли выживать не только за счёт силы, но и дисциплины.

Через несколько минут Эн подняла руку.

– Мы на месте, – прошептала она.

Перед ними, среди камней и сухих деревьев, стоял покосившийся сарай. Крыша провалилась, стены облупились, а по доскам тянулся плющ, мёртвый и серый. Ничего особенного – просто руины, как тысячи других. Томни прищурился.

– Это шутка?

– Нет, – спокойно ответила Эн.

– Вы прячете базу в хлеву?

– Мы прячем базу в том, что никто не ищет, – сказала она и подошла к двери.

Она осмотрелась, провела пальцами по ржавой петле, затем ударила по стене дважды, пауза, один раз, снова два. Послышался глухой щелчок. Дверь приоткрылась, будто сама.

Томни непроизвольно шагнул ближе. Его сердце билось быстрее – не от страха, от любопытства. Эн обернулась к нему, её зелёные глаза вспыхнули в полумраке.

– Не пугайся, – сказала она. – Дальше – тишина и порядок.

Она первой вошла внутрь. Вслед за ней – Томни с Иваном, потом остальные.

Внутри пахло пылью и маслом. На первый взгляд – тот же заброшенный сарай: ящики, обломки станков, инструменты, покрытые ржавчиной. Но Томни почувствовал – под ногами вибрация. Лёгкая, едва ощутимая.

– Электропитание, – прошептал он.

Эн бросила взгляд через плечо.

– Вижу, ты не просто стрелять умеешь.

– Немного разбираюсь, – ответил он.

Она подошла к дальней стене и постучала в определённой последовательности. Доска отошла, открыв металлическую панель с рычагом. Эн потянула за него.

Глухой гул прошёл по полу, воздух дрогнул, и в центре помещения разошлись доски, открывая шахту лифта. Металлическая платформа медленно поднялась вверх. Повстанцы переглянулись – даже они каждый раз будто удивлялись этому зрелищу.

Эн обернулась к Томни:

– Добро пожаловать в место, которого не существует.

Он усмехнулся.

– Отличное описание.

Лифт опустился, и они шагнули внутрь. Платформа дрогнула, по краям загорелись слабые голубоватые лампы. Эн стояла впереди, за ней Томни и Иван. Остальные молчали, словно в церемонии, где нельзя произносить лишних слов.

Платформа начала спускаться. Стены шахты мелькали – сначала камень, потом металл, потом бетон. Чем ниже они спускались, тем холоднее становился воздух. Томни чувствовал, как напряжение в груди растёт. Он не знал, что ждёт внизу: ловушка или новая жизнь.

Эн стояла неподвижно, глядя в темноту. В её профиле – уверенность и усталость одновременно. Он смотрел на неё, и впервые за долгое время ему хотелось верить. Не просто выживать, а верить.

Когда лифт остановился, Эн повернулась к отряду.

– Готовы?

– Всегда, – ответили повстанцы хором.

Дверь открылась. Перед ними раскинулся просторный зал, залитый мягким белым светом. Воздух пах железом и машинным маслом, но здесь было нечто живое – шум, движение, голоса. Люди в лоскутной форме носили ящики, проверяли оружие, кто-то возился у мониторов. Томни шагнул вперёд и замер.

Подземная база Искр.

Он никогда не видел ничего подобного. Это был целый мир под землёй: коридоры, лампы, металлические стены, схемы и карты на стенах. На одном из экранов мерцала карта Центрального Сектора – сердце территорий Синода.

Эн выдохнула, впервые за день позволив себе усталость.

– Добро пожаловать домой, Томни.

Он не знал, что ответить. Слово «дом» застряло в горле. Последний раз оно имело смысл десять лет назад, до пожара, до СИНТЕЗа, до всего этого. Но сейчас, стоя здесь, он почувствовал что-то близкое – не покой, нет, но направление. Как будто снова появился путь.

Она посмотрела на него, словно уловила его мысль.

– Не привыкай быстро, – тихо сказала она. – Здесь нет стены, за которой можно спрятаться. Только фронт.

Он кивнул.

– Мне стены больше не нужны.

Эн впервые посмотрела на него не как командир, а как человек, разделяющий ту же боль.

– Тогда, возможно, ты здесь надолго.

Лифт поднялся обратно, скрываясь в потолке. За спиной остался мир пепла и выжженных городов. Внизу – холодный свет подземной войны, где искры надежды всё ещё горели.

Внутри базы воздух был тяжёлым, пахло железом, озоном и горячим металлом. Свет ламп пробивался сквозь облака пыли, висящей под потолком, и всё вокруг казалось будто живым – шумели вентиляторы, трещали старые провода, где-то в глубине кто-то смеялся, ругался, что-то чинил. Для Томни всё это звучало как музыка, которую он не слышал десять лет. Мир, в котором ещё были люди, не машины.

Эн шла впереди, уверенно, как будто не замечая шума. Её походка была быстрой, собранной, но в каждом движении чувствовалась усталость. Томни шёл за ней, чуть сзади, держа Ивана под руку. Остальные бойцы разошлись по своим делам: кто-то к оружейной, кто-то к медблоку. Только один остался – молодой паренёк с обмотанной рукой, он молча открыл перед ними массивную металлическую дверь и почтительно кивнул Эн.

Они вошли в просторный зал, заставленный столами и картами. По стенам висели схемы городов, маршруты патрулей, фотографии разрушенных станций связи. В центре стоял человек – высокий, крепкий, в выцветшей военной форме. Его лицо было жёстким, исчерченным морщинами, будто из камня. Короткие седые волосы и глаза цвета стали. Он не выглядел старым, но от него исходило чувство возраста – того, что приходит не с годами, а с тяжестью решений.

Он обернулся.

– Эн. – Его голос звучал низко, будто скрежет металла. – Вы вернулись. С опозданием.

– Был бой, – ответила она спокойно. – Разведка дала ложные данные. Сектор оказался под контролем Синода. Потери – двое. Иван ранен, но жив.

Её взгляд на мгновение потускнел, но она не дала себе слабости.

– Остальные?

– На базе.

Он кивнул, но не смягчился. Его глаза переместились на Томни. Долгий, холодный взгляд, оценивающий, будто он видел перед собой не человека, а возможную угрозу.

– Это кто? – спросил он.

Эн ответила без колебаний:

– Томни. Он помог нам вырваться. Без него я бы не стояла здесь.

Мужчина прищурился.

– Томни… слышал. Говорят, где-то в восточных секторах бродит одиночка, тень из пустошей. Вроде бы жив, вроде бы помогает нашим. Только вот никто его не видел. – Он сделал шаг вперёд, глаза сверкнули. – До сегодняшнего дня.