Артём Март – Тень «Пересмешника» (страница 3)
Потом замполит осмотрелся. Пошел уже сто раз хоженным, знакомым путем — у высокого, но ветхого забора из известняка, мазанного глиной. Когда добрался до огорода, огражденного низеньким забором из жердей, то легко перепрыгнул его. Поспешил к стене небольшого дома. Прижался к ней. Прислушался.
Не заметив ничего подозрительного, Бледнов пробрался на широкий двор, потом — в дом.
— Анахита? — позвал он вполголоса. — Анахита, ты дома?
Из женской комнаты настороженно вышла девушка. Невысокая, слегка полноватая, но по-восточному красивая, она тут же бросилась к Ивану, как только увидела его:
— Ваня!
Анахита пала в объятья Бледнова, сплела руки на его шее. Они немедленно, отбросив всякую настороженность, поцеловались.
Потом девушка припала к его груди.
— Ваня… Я думала… Ты не придешь сегодня…
— Все хорошо, — сказал Бледнов, гладя ее по мягкой, немного выпуклой спине, — я тут. Пришел с агитотрядом. Мы раздаем еду и медикаменты у мечети.
— Я слышала, — Анахита отпрянула от его груди, заглянула в глаза Бледнову, — но не могу пойти. Я дома одна.
— А остальные?
— Мама на площади. Дедушка увел овец на пастбище.
Бледнов заметил на лице любимой какое-то странное выражение. Она то и дело поглядывала на двор через крохотное окошко. Поглядывала так, будто кого-то ждет.
— Я видел… Видел мужчину у вас во дворе… — сказал Бледнов тихо.
— Мужчину? — растерялась Анахита. — А… Это был… Это был Муштак. Живет через два дома от нас. Дедушка просил его починить ворота. Он заходил сказать, что закончил.
— Он не видел?.. — напугался было Бледнов.
— Нет-нет, — поспешила успокоить его Анахита. — Все хорошо…
— Хорошо, — вздохнул Бледнов, приложив ладонь к теплой щеке Анахиты.
— Но… Но скрываться становится все сложнее. Она же растет…
— Обещаю, — сказал Бледнов, когда она накрыла его руку своей ладошкой, — обещаю, мы скоро уедем. Просто нужно еще немного времени.
Анахита покивала.
— Я верю.
— Где она? Спит?
Внезапно за спиной Анахиты раздался звук маленьких шажков. Кто-то шлепал по глиняному полу босыми ножками.
Бледнов посмотрел поверх плеча девушки. Та тоже обернулась.
В дверях в женскую стояла маленькая белокурая девочка двух лет отроду.
— Папа… — пропела она, сонно растирая глазки.
Бледнов медленно отстранился от Анахиты. Столь же медленно, будто боясь, что напугает ребенка громкими шагами, пошел к девочке. Она — ему навстречу.
А потом, когда они оказались совсем близко, Бледнов схватил ребенка на руки, прижал к груди, стал целовать в головку, в щечки, в носик.
— Катенька… — приговаривал он при этом, — папа пришел, Катенька…
🔥ДОРОГИЕ ЧИТАТЕЛИ!
Если вам нравится история и вы ждете продолжения, не забывайте добавлять книгу в библиотеку, чтобы не пропустить новые главы. Так же, буду рад получить от вас сердечки на 10 и 9 томах! Заранее благодарю за это. Кроме того, приветствуются ваши комментарии. Спасибо, что читаете =)
Глава 2
— Ты расскажешь мне всё немедленно, — сказал Муха Джамилю, сделав вид, что не услышал моих слов.
Афганец всё равно молчал. Казалось, от страха у него просто перехватило дыхание.
— Что у вас там? — обернулся Волков, который уже давно почувствовал за нашим столиком подозрительную суету. — Всё хорошо?
Муха, казалось, даже не собирался отвечать на вопрос. Теперь он просто сверлил взглядом перепуганного до смерти Джамиля.
— Хорошо, — вместо старлея ответил я. — Продолжай наблюдать.
Волков сглотнул. Глянул на Муху, как бы ожидая приказания от него самого. Но не дождавшись его, отвернулся.
— Я… Я ничего… — заикнулся Джамиль.
— Не-е-е-т. Ты знаешь. Ты торгуешь информацией со всеми, — прошипел Муха. — И наверняка слил душманам…
— Опусти пистолет, — подался я к Мухе ближе. — Ты уже провалил допрос. А если станешь стрелять — погубишь и всех нас.
— Говори… — как бы не слушал меня Муха.
Глаза его, обычно спокойные и вниманые, пылали от злости. Всё, что копил в себе молодой старлей всё это время, вырывалось наружу теперь неудержимым потоком. И Джамилю не повезло оказаться на пути этого потока.
— Я ничего не знаю… Я… — пытался оправдаться афганец, тихо борясь с собственным дыханием.
— Из-за тебя, падла… Ранили Плюхина. Из-за тебя я чуть не потерял троих бойцов. Из-за тебя мне пришлось рисковать жизнью и тащиться в эту дыру.
— Я…
— Считаю до трёх… Раз…
К этому моменту я уже давно понял, что Муху не угомонить разговорами. Что сам он тоже не успокоится. Теперь оставалось только одно — рисковать. Всё или ничего. Да только нужно было выгадать подходящий момент.
— Два…
— Очнись, командир… — прошептал я, подавшись к Мухе ближе и делая вид, что хочу тихо его успокоить.
На деле же я опустил руки под стол. Приготовился действовать.
— Я ничего не знаю… Клянусь вам Аллахом… — хрипло, едва слышно пробормотал Джамиль высохшими от страха губами. — Я всегда стараюсь говорить правду… Только такую, что не будет стоить мне головы…
— Три… — сказал Муха. И сделал это так, словно вынес приговор.
Я выбросил руки под столом. На ощупь накрыл Стечкина Мухи ладонью, сунув мизинец между курком и бойком.
Стол кратко подпрыгнул. Звякнули пиалы и чайник. Джамиль пискнул, издав громковатый, краткий звук. Волков обернулся. На нас посмотрел все, кто был в чайхане.
Под столом шла тихая, незримая борьба. Муха напрягался, стараясь вырвать пистолет из моих пальцев. Он сжимал зубы, но всё внимание его, казалось, было направлено только на Джамиля. Он буквально сверлил глазами несчастного афганца.
— Всё хорошо, — сказал я Волкову, обернувшись вполоборота. — Чай разлили. Кипяток.
— Я… Я уберу… — тут же сообразил Джамиль и встал из-за стола. Опустился вниз, делая вид, что что-то прибирает.
— Отдай пистолет… — прошипел я Мухе. — Отдай немедленно…
Ещё несколько мгновений Муха упирался. Но потом отпустил.
Я немедленно взял его оружие и спустил взведённый курок. Поставил на предохранитель и спрятал за голенищем, опустив штанину брюк.
К счастью, Муха не решился нажать на спуск, даже когда я вцепился в его пистолет.
Когда всё кончилось, старлей застыл без движения. Его глаза остекленели, взгляд стал безучастным.
Джамиль тем временем поднялся из-за стола и тяжело уселся на лавку. Я тут же подался к нему: