Артём Март – Пограничник. Том 1: На афганской границе (страница 9)

Когда из административного здания распредпункта вышли несколько офицеров и лейтенантов, прапор громко крикнул:

– Смирно!

Группа офицеров приближалась. Их четверо, а еще с ними топал сержант. Я сразу понял, что вот они, идут наши покупатели в сопровождении начальника сборного пункта. Спустя еще пару секунд я увидел уже знакомого мне по моей прошлой жизни майора Сапрыкина. Был он штабным офицером. Можно сказать, типичным. За время моей срочной службы я узнал Сапрыкина как одного из тех офицеров, кто желает все контролировать и ни за что не отвечать.

К счастью, наши полевые командиры, понимая, насколько штаб бывает оторван от реальности, старались защищать своих бойцов от штабных. Мало ли что придет им в светлые головы.

А вот второго офицера, молодого паренька в звании старлея, я знал только по Сашкиным рассказам из прошлой жизни. И надо сказать, брат отзывался о нем не лучшим образом.

Тем не менее я сразу увидел в нем пограничника. На это указывала фуражка с зеленой тульей и лейтенантские погоны на плечах шинели. По правое плечо от него устало топал сержант. Сержант был долговязый, с тонкими, словно бы птичьими чертами лица.

Офицер-пограничник же, невысокий и худощавый парень лет двадцати пяти, шел не менее устало и даже не пытался бодриться перед бойцами. На его узкой и высоколобой физиономии виднелся суровый недосып. Офицер слегка сутулился. Сразу было видно: идет к нам самый обычный штабной лейтенантик. У старлея было вытянутое, напоминающее лошадиное, лицо и реденькие, едва видимые белесые брови над глубоко посаженными маленькими глазами.

А штабных я еще с Афгана недолюбливаю. Нет, конечно, было среди них немало достойных людей, но встречались и такие, что хоть стой, хоть падай. Оторванные от действительности, короче.

Но даже так, полевые командиры, чьи ряды чуть позже пополнил и я, всегда были мне роднее. Потому как они вместе с простым солдатом копошатся в грязи и пылюке. Да и своих подчиненных никогда в обиду не дадут. Ну а мы, соответственно, их тоже в обиду не давали.

Компания офицеров приблизилась. Вперед вышел начальник пункта. Остальные пока что держались за его плечами.

– Здравствуйте, товарищи призывники! – крикнул он громко.

Шеренга отозвалась приветствием:

– Здравия желаем, товарищ майор!

– Значит, слушать меня внимательно, – начал он строже, – сейчас…

– Паш, – неожиданно позвал меня Сашка, и я украдкой глянул на него, не поворачивая головы. – Один, вон, в зеленой фуражке, пограничник, сразу видать. А второй кто? Отсюда погоны не рассмотреть.

С этими словами Сашка кивнул на Сапрыкина.

– ВДВшники.

Брат пару мгновений помолчал.

– ВДВшник? Так это что ж? Правда? Нас будут разделять? Все в пограничники не попадем?

– Некоторые не попадут, – сказал я. – Ты отправишься в погранвойска. Меня выберут для службы в ВДВ.

– Понятно, – помолчав несколько мгновений, ответил он и, будто бы немного расстроившись, опустил подбородок. – Но откуда? Откуда ты все это знаешь? Ты что, из этих? И правда из экстрасенсов, про которых Машка Вавилова весь последний год в школе талдычила?

– Нет, – тихо прыснул я. – Не из экстрасенсов.

– А что тогда?

– Хочешь в ВДВ? – спросил я серьезно.

Сашка неуверенно поджал губы.

– Хочешь?

– Хотел бы. Но… но не хочу с тобой разделяться.

– Нас так и так разделят, – невозмутимо сказал я. – Да только, раз уж ты хочешь в десант, так давай. Возможность у нас есть. Если решишься, то с этого самого момента, что бы ни случилось, ты будешь Пашкой Селиховым, а я стану Сашкой. Никто не догадается, пусть хоть пытают. Мы похожи как две капли. Знаем друг о друге, считай, все, что только можно знать. В этом и есть мое к тебе предложение. Ты всегда мечтал в десантники. Ну вот, дерзай.

Сашка задумался. Оба мы пропустили речь начальника пункта, который распинался перед строем.

– Может… – несмело начал Сашка, – может, ты знаешь, куда мы попадем?

– Знаю.

– Куда?

– В Афганистан.

– Оба?

– Да.

– Понятно, – с горечью в голосе проговорил Сашка. – Оба пойдем воевать.

– Оба пойдем.

Он сглотнул.

– Значит, на заставе будет побезопасней, – прошептал Сашка тихонько. – Хотя бы на родной земле.

На эти его слова я ничего не ответил. Вместо этого сказал:

– Первым вызовут тебя. Я хорошо это помню. Когда начальник пункта назовет твое имя, не выходи. Я пойду вместо тебя.

– Это как-то нечестно, – засомневался Сашка.

– Какая разница, какой из Селиховых где будет воевать? – подбодрил я его шепотом. – Из нас обоих получатся отличные солдаты. Хоть одного, хоть другого возьми.

– А на заставе-то будет побезопаснее, – после недолгих раздумий повторил Сашка.

– Уговаривать я тебя не стану, братик. Если уж решишь, то просто промолчи. Да только хочу сказать, что десант – это твое, Сашка. Найдешь ты себя в воздушно-десантных.

Сказал я так именно потому, что примерил свою собственную судьбу на Александра. Значит, это он, а не я, будет служить в Афгане сверхсрочную службу. Значит, это он, а не я, пойдет в училище и станет лейтенантом. А дослужившись до майора, уволится из армии, чтобы в середине неспокойных девяностых попробовать себя в охранном бизнесе, как это сделал я.

Все у Сашки будет хорошо. А что я? А я, получается, кую свою судьбу заново. И я сделаю все, чтобы она стала счастливой. Чтобы теперь в этой моей новой жизни остался родной брат-близнец.

Сашка ничего не сказал. Так и стоял он смирно, глядя куда-то в одну только ему известную точку. Он сомневался. Боролся с собою, какое решение ему принять. Я не торопил.

Майор, начальник пункта, тем временем стал по списку выкрикивать фамилии. Всех их строили в отдельную группу.

– Селихов! Александр! – крикнул вдруг начальник и повел внимательным взглядом по шеренге, ожидая увидеть этого самого Селихова. На пару мгновений над плацем воцарилась тягучая тишина.

Глава 4

– Я! – Громко крикнув, я решительно вышел из строя.

Сашка, оставшийся у меня за спиной, молчал. Колебался.

«Не сделай глупость, – думал я в этот момент про него, – не сделай глупость, Сашка. Не подведи нас с тобой».

Сашка не подвел. Он устоял на своем месте. Когда я пошел направо, к остальным парням, которых уже строил молодой долговязый лейтенант, Сашка проводил меня взглядом.

Взяли далеко не всех. Из общей массы призывников начальник сборного пункта назвал человек двадцать. Были среди них и мои знакомцы: щекастый Мамаев и Вася Уткин.

– Опа-на, – вполголоса пробасил Васька Уткин, когда я встал в новый строй рядом с ним, – братец Селихов. А ты который?

– Александр, – назвал я свое новое на время службы имя.

– Саша, значит. Ну жди своего братца. Щас к нам присоединится.

Сашка, конечно же, не присоединился. Большую часть призывников оставили ждать своей очереди. В ВДВ же пошли человек двенадцать – пятнадцать, и майор Сапрыкин встал перед ними, спросил риторическое «готовы ли служить?», а потом увел с собой, чтобы проверить пополнение лично.

К нам же подступил старлей погранвойск. Отдав честь, крикнул:

– Здравия желаю, товарищи призывники!

– Здравия желаем, товарищ старший лейтенант! – крикнули мы нестройным хором.

– Служить готовы?!

– Так точно!