Артём Март – Новый мир для Антимага (страница 8)

Магов-простолюдинов регистрирует империя, а дворяне охотно набирают в свои личные армии. Отступников, что уклоняется от регистрации по каким-то причинам, жестоко наказывают.

В принципе, случаи отступничества происходят не часть. Ведь редкая или особо сильная способность может обеспечить простолюдину дворянский титул. А предрасположенность к редкому типу маны — это уже заявка на собственный род.

Маны, кстати, бывает несколько видов и располагают от слабой к сильной. Итак, по порядку: мана воды (самая слабая), потом мана воздуха, земли, огня, света, тьмы и, наконец, воли (сильнейшая). Про последнюю отдельная большая тема.

Тренировки, последовательное открытие сил мага с самых малых лет и последующий контроль за открытием ульты — залог того, что дворянин раскроется как отличный магический воин. К несчастью, в последние годы дворяне все чаще пренебрегают подготовкой своих чад. А у Гильдии Нулей становится все больше и больше работы.

Когда я узнал, что в случае успешной демонстрации силы отправлюсь в академию, тотчас же понял две вещи. Первая: дому Атридов не стать магическим домом. Потому что я не собираюсь идти в добровольное заключение академии. А второе: пора собирать чемодан. Ведь я с радостью приму изгнание. И пусть папа сам разбирается с гильдией Нулей. А гильдию точно не устроит такое положение дел.

Отец был хитер. Я понял его план почти сразу. Еще тогда, когда Люций проболтался. Петр Атрид собирался продемонстрировать мою магическую силу экзаменатору, чтобы заиметь статус магического дома. Наверняка, он уже подписал договор с империей на мое обучение. Ведь только так магический род сможет получить максимальное количество бонусов от государства.

Например, если род считается магическим, но его члены не проходят обучение и никак не развивают свои силы, государство дает небольшие привилегии вроде налоговых льгот на бизнес.

Но когда член рода обучается в академии (а у всех магических академий военный уклон), это значит, что империя готовит себе новую боевую единицу. И за это роду будут обеспечены и налоговые льготы, и дополнительные юридические права, и госзаказы, если дело речь идет о бизнесе. Это не говоря о всеобщем почете и уважении.

Отец занимался строительным бизнесом. Уверен, за те пять лет, что я проторчал бы в академии совершенно без толку, он бы почивал на имперских тендерах на строительство дорог, парков и административных зданий. Отличный бизнес-план!

В прошлый то раз, с Паулем, не прокатило… Не прокатит и со мной. Я знаю, как поступить.

— Что ж, — я посмотрел на отца, — как будем проводить испытание?

За три дня до текущих событий

Кабинет главы гильдии Нулей

— При всем уважении к вам, уважаемые, — проговорил Арчер Теранова, начальник гильдии Нулей, — но личность каждого нуля — государственная тайна. Нули нужны империи, чтобы кхм… кхм… выполнять неприятную работу. И за это, империя платит им. В том числе и безопасностью.

— Платит им не только империя, — хрипловатым голосом сказал Альберт Вандер Третий, начальник родовой тайной службы Князя Ивора Патрицина.

Конечно, официально он не был никаким начальником. Да и империя не позволяла дворянским родам иметь собственные тайные службы. Но кого это останавливало? Вандер знал, что никого. Теранова тоже знал. Знал он и кто такой Альберт Вандер.

— И вы, дорогой граф, и я прекрасно знаем, что гильдия Дольска-на-Альве получает из имперской казны не так много, как ей нужно. Обеспечение работы нулей, их награды и содержание, тренировки и личный состав — все обходится в копеечку.

Теранова не ответил. Когда три года назад он просил у местной знати финансовой помощи, чтобы компенсировать недостаток бюджета, то осознавал риски. Осознавал, и решил рискнуть. Тогда ему казалось, что если последствия, и наступят, то наступят еще не скоро.

«Не скоро» наступило, когда Грегор Патрицин не справился с ультой, и Абсолютный Ноль ликвидировал его.

— Напомнить? — Альберт поправил тонкие очки, которые выглядели очень нелепо на его широком угловатом лице, — кто пришел на помощь гильдии в трудные дни?

— Не надо. Я помню, — сухо сказал Теранова и заерзал в своем дорогом офисном кресле. Попытался удобно устроить руки на столе красного дерева. Еще никогда его рабочее место не казалось Теранове таким неудобным.

— Значит, с памятью у вас все в порядке, — Вандер Третий сжал подлокотник кожаного кресла для посетителей, закинул ногу на ногу.

Некоторое время он не спускал взгляда своих маленьких влажных глаз с Терановы. От этого начальника гильдии пробивал холодный пот.

— Вы очень многим обязаны князю Ивору. Как на посту главы гильдии Дольска-на-Альве, так и лично.

— И это я тоже помню, — сглотнул Теранова.

— Князь великодушен. Он простил вам то, что вы послали к его сыну неопытного нуля.

— Астарта — единственный ноль, кроме Абсолютного, кто был свободен в тот момент. У меня не было выбора.

— Зато оправданий хоть отбавляй, — хмыкнул Вандер, — но, как я уже сказал, князь простил вам это. Простил также и то, что вы не смогли уговорить Абсолютного Нуля оставить Грегора в живых.

— Он не верит, что можно вернуть потерявшему разум магу его сознание, — отрицательно мотнул головой Теранова. Признаться честно, я тоже не верю.

— Скажите, — посмотрел Вандер внимательней, — а в богов вы верите?

— Нет.

— Но это не значит, что их не существует, — загадочно усмехнулся Вандер Третий.

В кабинете воцарилась тишина. Теранова просто не знал, что на это ответить.

— Ладно. Хватит игр, — нарушил молчание Вандер, — вы знаете зачем я здесь. Мне нужна личность Абсолютного нуля. Кто он? Кто этот человек. От вас ничего не нужно кроме имени.

— Я не имею права раскрывать личности нулей. Это имперский закон. А я чту имперские законы.

— Правда? — Усмехнулся Вандер, а потом встал. Залез во внутренний карман пиджака.

Приблизившись, он разложил перед носом Терановы несколько фотографий. Арчер Теранова оцепенел, когда увидел, что изображено на них. Его бледное от частого нахождения в закрытых помещениях лицо подернул румянец. Губы пересохли, и он с трудом расшевелил прилипший к нёбу язык чтобы сказать:

— Это не должно никуда попасть.

— Патрицины знают, — улыбнулся Вандер, — что вы собираетесь начать блестящую политическую карьеру. Знают они также, что обнародование этих фото не даст карьере начаться. Если скажете, кто такой Абсолютный Ноль, это никуда не попадет.

— Хорошо, — обливаясь потом, ответил Теранова, — нужно только имя?

— Только имя.

— Аарон Атрид. Род Атридов.

— Вы молодец, Арчер, — улыбнулся Вандер Третий и собрал фото. А потом вышел из кабинета.

Совсем немного времени Вандеру понадобилось, чтобы выяснить, что отец Аарона Атрида, Петр Атрид подал заявку в имперскую экзаменационную службу магии. Заявку на испытания для Аарона. Как чудесно, что в роду Патрицыных служил экзаменатор.

Солнце стояло высоко. Я оглядел синее небо, прикрыв глаза козырьком ладони. Середина августа была жаркой. В небольшом саду, что развернулся за белыми стенами родового, выполненного в стиле классицизма, поместья, слуги расположили раскладные стулья. Притащили столик с закусками и напитками.

Все разместились в тени больших тополей, что создавали естественную защиту от ветра, который в ненастную погоду налетал со стороны реки под названием Альва.

— Уверяю, — глядя на столик со съестным, проговорил Экзаменатор, — это лишнее. Проверка пройдет быстро.

— В таком случае, — пожал я плечами, — мы могли бы провести ее прямо там, в обеденном зале.

— Нет уж, увольте, — отрицательно мотнул головой экзаменатор, — меня уже не раз уверяли, что соискатель владеет своей магией на все сто процентов, — он показала левую, изукрашенную шрамом руку, — вот чем закончились такие уверения в прошлый раз. С тех пор я предпочитаю проводить испытания на свежем воздухе.

— Как будет угодно, — ответил я.

Внезапно, отец торопливо встал со стула и приблизился ко мне, заговорил так, чтобы никто нас не слышал:

— Я… хотел тебе сказать об отъезде. Но сам понимаешь. Времени не было. Суета по случаю приезда господина Патрицина.

— Угу. Понимаю, — усмехнулся я.

— Это нужно на благо рода. Твой долг перед…

— Твоим долгом, — перебил я Петра Атрида, — долгом перед Паулем было обеспечить ему достойное обучение. Он был силен. Ману света нельзя оставить просто так, без внимания. Напомнить, что сделал ты? Да. Не стал отдавать Пауля в школу, скрывая до последнего, каким видом маны он владеет. И экономил на учителях.

— Ах ты мерзкий мальчишка, — надул ноздри Петр, — что ты несешь? — Зашипел он, — это твоя мерзкая нуль-аура повлияла на Пауля! Она подавляла его силы, а когда они взыграли в полную мощь, то он не справился!

— Мы оба знаем, что это ложь — Хмыкнул я, — ты променял жизнь сына-мага на бизнес-привилегии от статуса магического рода. Признай, хоть это напоследок.

— Если ты сделаешь какую-нибудь глупость, Аарон, — злобно засопел отец, — то поплатишься. Я не просто изгоню тебя из рода… я…

— Делай что хочешь, — пожал я плечами, — я тоже сделаю, — заглянул я в глаза Петру, — что хочу.

— Ты не посмеешь…

Я хмыкнул и направился на открытое место парка. Равноудаленное от всех присутствующих оно располагалось так, чтобы сила, если что, не могла им навредить.

Отец, насупившийся, похожий на взбешенного гоблина, вернулся на свое место. Снежана тут же прильнула к нему, что-то зашептала на ухо.