Артём Март – Дуэльный Кодекс. Том 4: Ритуал (страница 24)

— Твой отец. Мать, — дрожащим голосом начал он, — они тоже были в Ордене, — сказал он так, будто поведал мне какое-то откровение.

— Я знаю, — пожал я плечами.

— Знаешь? Но откуда⁈

— Это уже не важно. И это тебя не оправдывает. Ты понимал, что орден охотится за мной. И сознательно присоединился к ним.

— Орден, — он тяжело сглотнул, — Орден трудился во славу человечества! Он преследовал благую идею! Идею сохранения Маны! Обновления ее! Разве ты не видишь, что происходит? Аристократию покидает магия! И именно это должен был предотвратить орден!

— Но ты же пошел в Орден не ради идеи. Ты делец, дядя. Я знаю, что ты лишь хотел заработать больше денег.

Он промолчал. Испуганно заморгал.

— Хорошо хоть не споришь.

— Ордена больше нет! Сновидец убил Провидца и захватил власть! Вырезал всех, а самым полезным предложил вступить в братство. Я вступил!

— Провидца убил я, — холодным тоном проговорил я.

— Что⁈ Как⁈

— Ты был добр ко мне в прошлом, дядя, а теперь переметнулся на сторону врагов, — я заглянул ему в глаза, — я задам тебе несколько вопросов. И тогда решу, стоит ли оставлять тебя в живых.

— Не убивай! — Он заерзал у стены, его крупный живот задрожал, — я отвечу на любой вопрос! Только не убивай!

— Что ты тут делаешь? Зачем приехал на юг вместе с роялистами?

— Сновидец ищет какой-то телепортарий. Я точно не знаю, что это, но он находится под школой!

Телепоратрий? Звучит, как название какого-то артефакта. Я никогда не слышал о подобном. Нужно бы расспросить об этом Тому.

— Какую роль в этом всем играешь ты?

— Наемники! Ему нужны мои наемники! Он почти силой заставил меня служить себе! Если бы я не согласился, лишился бы всего! Возможно, даже жизни!

— Как Сновидец получил доступ к школе? — Сросил я, — как Ректор пустил его в стены? Как роялисты проникли сюда?

— Я точно не знаю, — мотнул Лодычев головой, — не знаю, но, кажется, дело В господине Лакруа. Он странный маг. Вроде бы доцент Милитарики, но что-то скрывает. Он говорил при мне, что ректор в его власти. Я не знаю, что это значит!

Чтож. Почему-то меня даже не удивляет, что Сновидец и сюда запустил свои руки. Тем более, если в этом месте храниться нужный ему артефакт.

— Предпоследний вопрос, — я всмотрелся в блестящие глаза дяди, — Сикорский младший…

Внезапно, откуда-то из темноты раздались жуткие вопли. Потом прозвучал треск, напоминающий звук разрываемой плоти. Я посмотрел туда, откуда доносился шум. Лодычев аж взвизгнул от страха.

— Сикорский Младший говорил тебе о герцоге Мясницком. Он здесь?

— Да!

— Чем он занимается?

— Я не знаю! Не знаю!

— Ты лжешь, — я показал ему проводник.

Тот закричал, замахал руками, прижимаясь к стене.

— Нет! Нет! Не лгу! Клянусь душой моей матери! Я не знаю! Знаю только, что он делает какую-то работу для Сновидца. Но что именно, и представить не могу!

— Он в алхимической лаборатории?

— ДА!

— Ты знаешь, как туда попасть?

— ЗНАЮ! Но тебе не пройти! Нижние этажи и катакомбы академии кишат роялистами! Тебя увидят!

— Покажи путь. Остальное тебя не должно волновать.

— Нет, Паша, — заплакал Лодычев, — их слишком много! Нас обоих убьют, мы не дойдем!

— Ты покажешь дорогу, — я встал с корточек, — а остальное, тебя не должно волновать. А теперь последний вопрос: что ты такого сделал Венере Абрамовой, что она хочет тебя убить?

— Что⁈ — В глазах Лодычева блеснул настоящий ужас, — она жива⁈

Внезапно, впереди раздались шаги. Я тут же указал во тьму проводником. Спустя мгновения, к нам вышел теневой двойник. В руках он держал оторванную голову Сикорского Младшего.

— Ты перестарался, дружище, — хмыкнул я. Когда взглянул на Лодычева, увидел, что он потерял сознание.

— Мне нужны были алхимические эликсиры. Рецепты. Вольгерд обещал их достать. А взамен он потребовал себе Венеру. Потребовал, чтобы я отдал ему ее.

— Отдал? Венера не вещь, — проговорил я.

В конец концов я смог привести в чувство Лодычева. А потом втащил его в тенехождение. Старик в общих чертах описал, как нам попасть к лаборатории алхимии. Тогда мы пошли в тенях.

Он был прав. Действительно, нижние этажи буквально кишели людьми Сновидца. По крайней мере, в катакомбах школы было необычно много светящихся пятен. Они не могли быть никем другим, кроме как роялистами.

— Понимаешь, — Лодычев начал неуверенно, — нас с Венерой связывают некоторые… обязательства. Связывают до сих пор. Я бы мог их разорвать и отдать ее Вольгерду. Но не решился.

— Ты лжешь, — мотнула я головой, когда мы двигались внутри тени одной из стен широкой подземной галереи, — лжешь, потому что Венера упомянул, о том, что у вас с Вольгердом была договоренность. Ты согласился на его условия. Решился отдать Венеру ему. Только она сама воспротивилась. И решила прикончить тебя за это. Что вас связывает?

— Венера официально моя супруга, — выдохнул Лодычев.

Я аж остановился, обернулся к старику.

— Ты что-то делал с ней?

— Нет-нет! — Он испуганно поднял руку, — это чисто деловой интерес! Клянусь!

— Какие игры ты ведешь, дядя, — нахмурился я, — сейчас времени нет. Но когда мы выберемся отсюда, ты все мне расскажешь.

— Ты меня не убьешь? — Взмолился Лодычев.

— Я? Нет.

— Где мой сын, Лакруа? — Спросил Сикорский старший.

— А мне откуда знать? — Лакруа встал.

Лакруа встретил Сикорского в широком коридоре по пути к алхимической лабаратории. По сравнению с огромным князем, Лакруа выглядел просто ребенком. Ему казалось, Будто Сикорский еще вырос со вчерашнего вечера. Что же такое с ним сделал Сновидец? Тем не менее Лакруа его не боялся. Лакруа вообще мало что пугало.

— Ты не усмотрел за своим дружком, Лодычевым. Ему пришлось идти за стариком.

— Значит, скоро вернутся. Мне нужно проверить, не сдох ли там еще старый Артефактор. Обсудим твоего сына позже.

Сикорский ничего не сказал. Только выдохнул воздух с очень странным утробным урчанием. Лакруа усмехнулся.

Лакруа всегда считал, что смысл жизни — становится сильнее. А чтобы развиваться в этом направлении, нужно обетать среди сильных. И сражаться с сильными. Несмотря на свои скромные размеры, Лакруа знал, что мог бы победить Сикорского. И не важно, какое чудовище из него делал Сновидец.

Более того, Лакруа жаждал битвы с Сикорским. Жаждал почти так же сильно, как с Павлом Замятиным. С этим загадочным мальчишкой, убившим его дядю. Замятин уничтожил многих роялистов. Можно было бы сказать, что это они просто были слишком слабы для него. Но нет. Лакруа знал их. Там были сильные маги. А значит, и Замятин Силен. Причем очень. Ни сильней ли самого Сновидца?

Лакруа спустился в большой зал. Здесь находилось несколько практических помещений для занятия магией: оккультный зал, зал вызова духов, ретуалогический зал ну и алхимическая лаборатория.

Лакруа направился к последней. Здесь, на каждом посту, у каждого входа стояло по роялисту. Воины клонились Лакруа, когда он проходил мимо. Когда один из них не отдал ему честь. Лакруа застыл на месте.

— Что ты себе позволяешь, солдат? — Обернулся он и нахмурился.

Роялиста там уже не было. Внезапно, с другой стороны, кто-то всхлипнул. Лакруа взглянул и туда. У дверей оккультного зала тоже был роялист. Теперь он куда-то пропал.