Артём Демченко – Ледяной коготь (трилогия) (страница 54)
— Как вы? Живы, здоровы?
— Мы в порядке, — сказал дракон. — А ты как?
— Мы справились! — сказал Кулиэль. — Это главное!
— Молодец, — сказал Элендил. — Ты нас спас!
— Твоя выдержка заслуживает уважения, — сказал Дорк. — Без тебя мы бы точно сгинули… Фух!
— Да ладно вам-вы тоже молодцы, — сказал Кулиэль. Затем он повернулся к Фобосу. Тот стоял в обличии гидры и недовольно смотрел на Кулиэля.
— Уговор есть уговор, помнишь? — напомнил Кулиэль, протянув руку вперед.
Фобос недовольно поморщился, но все же он не мог нарушить обещания: какой никакой, а он бог!
— Ладно, — проворчал он и, приняв свое истинное обличие, вытащил свой большой глаз из глазного яблока. Посмотрев на него в последний раз, протерев его, он нехотя вручил его Кулиэлю.
— А теперь проваливай! — сказал он, отвернувшись.
— Благодарю, — съехидничал Кулиэль.
— Ну что, пойдем? — спросил Элендил.
— Давно пора! — сказал гном, погладив живот. — Уже давно прошло время обеда, а у меня в желудке еще и ружье не стреляло!
Все рассмеялись.
— Ладно, — сказал Кулиэль, — пойдемте, а то нас наверное уже вся команда заждалась. Волнуются ведь!
— Пойдем, герой дня! — сказал с улыбкой дракон, и они вместе вышли из тронного зала.
Фобос еще долго стоял посреди зала и морщился от обиды. Затем он вздохнул и сел на свой трон.
…Несколько шлюпок уже стояли на берегу, ожидая прибытия дракона, Кулиэля, Элендила, Дорка, Шенбура и Гнорина. Все с напряжением смотрели вглубь ущелья, стараясь не упустить их из виду. Тирен и Радмир вглядывались в непроглядный конец ущелья, стараясь высмотреть отважных путешественников.
— Спорим на пять шемдингов, что они вернутся? — предложил Радмир.
— Нет, — ответил Тирен, — слишком просто. Давай так: спорим на 10, что они вернутся целыми и невредимыми?
— Хорошо, — сказал Радмир. — Ставлю 10, что один из них утонул в Стиксе.
— Ставлю 10, что все живы.
— По рукам?
— По рукам!
Оба стали пристально всматриваться в конец ущелья. Когда наконец лодка Харона показалась, толпа оживилась, начала что-то обсуждать. Наконец, лодка причалила к берегу. Все по одному начали сходить на берег: сначала вышел Кулиэль, за ним спрыгнул Элендил, за ними слез Дорк, после них, еле встав на ноги, слез Гнорин. Затем из лодки вышел Шенбур. Дракона почему-то в ней не оказалось. Все перепугались и начали расспрашивать прибывших, что с ним случилось.
— Хех! — усмехнулся Радмир. — Давай денежки, приятель!
— Тебе лишь бы только денег получить, а как помянуть до…
— Кого вы тут поминать собрались? — послышался голос со спины.
Они обернулись и увидели дракона, целого и невредимого.
— Он жив! Он жив! — воскликнул Тирен, бросившись к нему.
— Эх, продул я, — сказал Радмир. — Теперь позор на всю жизнь…
— Ха-ха-ха! — рассмеялся дракон. — Да ладно тебе! Иди сюда, «позор».
Лицо Радмира сменилось улыбкой, и он тоже бросился обнимать дракона.
В этот день на кораблях царило всеобщее веселье. Корабли с ценным спасительным грузом мчались на всех парусах и веслах, чтобы поскорее попасть домой. Все ночи, что заняло плавание, на кораблях пели песни и танцевали. На палубах ярким светом горели лампы и свечи, которые создавали неповторимое ощущение всеобщего праздника и успеха. Корабли уверенно шли домой, ведомые точным и незыблемым ориентиром.
Эпилог
Прошла неделя с того момента, как с пристани Эльдораса корабли, подгоняемые попутным ветром, отправились в опасное, полное непреодолимых трудностей, путешествие. Каждую ночь на главной пристани собирался народ, безотрывно смотря вдаль, в надежде увидеть какой-нибудь корабль. Среди них была и Судала, которая с самого начала, в первый же день после отплытия Кулиэля, приходила на пристань, чтобы увидеть тот мерцающий вдали свет, который бы известил ее о целости и невредимости ее любимого, с кем она так и не успела толком пообщаться, погулять ночью под полной луной, попить игристого эля в трактире, где он бы рассказывал ей удивительные истории, которые бы она, убаюканная его сладким, плавным голосом, слушала до скончания времен.
В ту ночь, когда корабли должны были вернуться из опасного путешествия, она как обычно стояла на пристани, в ожидании того маленького светящегося пятнышка на горизонте. Простояв так несколько часов, замерзшая и усталая, она отчаянно вздохнула и решила, что больше ждать уже не стоит. Как только она отвернулась от яркого света Луны и прошла несколько метров от причала, ее слух уловил знакомые нотки, которые прочно засели у нее в голове с момента расставания. Это была мелодия той самой кукушки, которую она дала Кулиэлю в тот день, успев в последний раз пообщаться с ним.
Обернувшись, сначала она увидела лишь яркий свет, который двигался по направлению к ней. Но вскоре этот свет превратился в корабль, который стремительно несся к берегу. Застыв от счастья и изумления, она не знала, что делать: она хотела кричать от радости, но крик этот застрял у нее в горле, словно камень, отчего она на могла произнести не слова. Внезапно она услышала крики людей, которые приближались все ближе и ближе. Через десять минут на пристани собралось столько народу, что всем едва хватало места: все хотели поскорее увидеть героев, добывших спасение для них всех. Наконец, трирема, а затем и остальные корабли причалили к берегу. Она не сразу разглядела тех, кто на ней был, но была уверена, что Кулиэль вернулся, что он жив.
Пробираясь через толпу собравшихся, она то и дело пыталась докричаться до своего возлюбленного:
— Кулиэль, я здесь, Кулиэль!
Но он ее не слышал, так как его окружили другие люди, которые хотели отблагодарить его. Поднимая голову, она пыталась до него докричаться, но все было тщетно: ее голос буквально растворялся в толпе. К счастью дракон, обладавший отменным слухом, расслышал этот голос. Он улыбнулся и сказал рядом стоявшему Элендилу, который обнимал какую-то девушку:
— Я сейчас вернусь: нужно помочь кое-кому…
— Кому? — спросил тот, но не услышал ответа. Дракон взмыл в небо и приземлился на крышу ближайшего дома. Теперь ему было видно Судалу, которая прорывалась через толпу людей, пытаясь достигнуть любимого. Улыбнувшись, он сказал: «Вот и настал мой черед творить счастье других. Ну, братишка, — сказал он, будто обращаясь к Кулиэлю, — с тебя счастливая семья. Не подведи!»
С этими словами он направил поток своего ледяного дыхания на каменную дорожку, и в ту же секунду Судала заскользила к Кулиэлю. Через мгновение, чуть не упав, она упала в объятья Кулиэлю. Посмотрев друг на друга любящими глазами, они сошлись в поцелуе. В тот момент толпа взорвалась криками восторга. Посмотрев на это зрелище, дракон удовлетворенно улыбнулся и сказал самому себе:
— Что ж, с счастьем других разобрался, теперь нужно найти ответ на свои вопросы. Пора в путь. А хотя… — вдруг сказал он, посмотрев вниз, где народ веселился и плясал. — Нет, пожалуй я еще здесь останусь: надо бы приглядеть за ними.
С этими словами он улегся на брюхо и стал наблюдать за происходившей внизу праздничной церемонией. Он был счастлив за Кулиэля, но ему оставалось еще найти ответы на собственные вопросы, которых было еще видимо не видимо. Он повернул голову к кораблям и неожиданно увидел перед собой Зевса. Тот стоял, вооружившись молнией, казалось, готовый испепелить дракона. Но вместо того, чтобы об рушить на него свой гнев, Зевс опустил молнию, улыбнулся и сказал:
— Хорошо сработал, Хранитель Добра: мир снова спасен благодаря тебе.
— Ну, не только мне, — ответил дракон, спрячу морду от смущения.
— Не спорю, — ответил Зевс. — Однако ты вдохновил и морально поддержал их, а это самая важная часть работы. В этом и заключается твоя миссия. Ты еще раз показал, что отлично справляешься со своей задачей. Я безмерно горд тобой. Прощай!
С этими словами Зевс исчез.
— Спасибо, — сказал дракон, поняв, что опоздал. Он остался лежать на крыше, думая о том, чтобы раскрыть тайну своего покрытого мраком прошлого. Эта мысль не давала ему покоя вот уже сотни лет. Убаюканный этими думами, он уснул на крыше дома, так приятно охлажденной, будто специально приготовленной для его мирного, пусть даже короткого, но спокойного сна и отдыха.
Книга III. Тайны прошлого
«Почитая предков своих, империю можно построить; презрев их, можно все что было погубить»
«Сильные духом крепче стены…»
Глава I
Прошло сто лет после того, как был предотвращен судный день, приготовленный богами народам Единоземья. Людей того времени осталось совсем немного, да и книг тогда писалось не так много, хотя тот период характеризовали Эпохой Возрождения культуры Объединенных королевств. По этой причине, о подвиге объединенной эскадры и уж тем более о битве на Кельтерийских равнинах все уже давно забыли. Гораздо больше в то время всех волновал праздник Трех Богов, выпавший в этот раз на сорок пятое число зимнего периода.
Естественно, во всех без исключения городах готовились обширные мероприятия, посвященные столь важному для всех событию, и у каждого народа все происходило по разному. Но всех объединяло то, что по случаю выпавшего снега (а его тогда выпало очень много) были организованы зимние соревнования по различным видам спорта. То были: лыжный заезд на сто километров, бег со снежными препятствиями, взятие снежной крепости и многие другие. Проходили они в Эльдорасе-городе, простоявшем на земле вот уже четыреста с лишним лет. Не зря все называли его «городом сотни эпох»: с этим тут не поспоришь. Традиционно, запись участников происходила на главной площади города, где вот уже на протяжении сотен лет собирались все народы мира, чтобы вместе либо возрадоваться общей победе, либо оплакать невернувшихся с какой-либо миссии. Именно на ней были установлены три памятника, посвященные трем великим людям, прославившим Союз Объединенных королевств: Эзраэлю Кельтерийскому, Гилрою Эльдорасскому и конечно же Кулиэлю, прозванному в честь его победы над Фобосом, бога страха, «Непоколебимым». У их постаментов лежали множество цветов, не гнивших ни зимой, ни осенью, так как они были выращены в самих садах Лориэля, столицы государства эльфов.