Артём Демченко – Ледяной коготь (трилогия) (страница 17)

— Но разве он не был бессмертен? — недоумевая спросил Эзраэль.

— Нет, к сожалению, — с горечью ответил дракон. — Источник дает вечную жизнь, но не бессмертие. Когда-то давно, еще когда была одержана победа над титанами, дабы избежать хаоса, боги одарили расы Единоземья источником вечной жизни и спрятали его в Лориэльском лесу, так как доверяли эльфам. Этот источник должен был наделять даром вечной жизни того, кто удостоился чести стать защитником мира и стражником мировой гармонии-Хранителя добра. Теперь, после его смерти, мир снова впал в пучины войн и распрей. Мне не посчастливилось родиться на этом стыке времен: я потерял все, чем когда-то дорожил. Только новый Хранитель Добра сможет установить баланс между добром и злом и предотвратить хаос на Земле.

— И как определить его? — спросил Эзраэль. — Когда он явится?

— А вот это, друг мой Эзраэль, не знает никто. Только богам, думаю, известно об этом знаменательном событии. Любой, кто претендует на эту должность, должен испить из источника вечной жизни и молодости. Если после первого глотка он умрет, значит его душа не чиста. Если же выживет, то боги избрали его своим помощником, и тогда он станет Хранителем Добра.

— Ух ты! — воскликнул ребяческим восторгом Эзраэль. — А может им станешь ты?

— Я?! — засмеялся дракон. — Да нет! Я никогда не смогу им стать. Наверняка, боги найдут кого-то получше. Сам посуди: я же свирепое, хладнокровное существо, которое никогда не сможет любить. Я рожден для того, чтобы охотиться, убивать и делать прочие животные вещи. Это уже заложено во мне веками. Этого не изменишь. Как ни крути.

— Но ты другой! — сказал Эзраэль, похлопав дракона по спине между крыльев. — Я вижу тебя со стороны. Гилрой видит. Да что там говорить-после твоей речи это заметили все. Ты не стремишься уничтожить всё живое на своем пути, как те самые, что буквально вчера скидывали на наши головы котлы с Зевс знает чем. Ты пошел на путь помощи, сострадания и созидания. Я вижу в тебе будущего защитника слабых и тех, кто утратил надежду.

— Ты действительно так думаешь? — спросил дракон, с улыбкой посмотрев на своего друга. Тот молча кивнул в ответ.

— Ну, может ты и прав, — сказал дракон, обратив свой взор на горизонт. Оттуда уже поднимался ярко-красный солнечный диск, скидывая с себя оковы минувшей ночной поры. Заезд на небе уже не было видно: вместо них на облачном море двигались огромные караваны перистых облаков, окрашенных в тускло-розовый цвет, безмятежно плывших на южный горизонт. — Ох! Уже рассвет! Надо будить всех: скоро опять обстрелы начнутся.

— Ты прав, — согласился Эзраэль, хватая с пола шлем и обнажая меч. — Я протрублю в горн, а ты лети вниз. Я догоню.

— Хорошо, — ответил дракон. Расправив крылья и оттолкнувшись от зубцов караульного помещения, он начал мягкий бреющий полет на разрушенную улицу Эльдораса.

Когда первые лучи солнца коснулись обшарпанных и обожженных стен крепости, по всему городу раздался оглушительный рев горна, разбудивший всех жителей крепости и ее немногочисленный гарнизон. Из полуразрушенных домов и наспех построенных укрытий выходили заспанные воины и солдаты, одевая на себя доспехи и застегивав крепкие кожаные перчатки. Лучники складывали в колчаны стрелы, а пожарные зачерпывает воду в обшарпанные деревянные ведра из уцелевших колодцев. Все как один стягивались на маленький участок перед стеной, и уже через несколько минут все пространство перед караульным помещением было занято оставшимися в живых защитниками. Эзраэль отдал приказ построиться оставшимся воинам на главной площади в организованный строй. К его небольшому смятению, количество воинов сразу поубавилось. Но не потому что у него было плохо со счетом-просто толпа создавала эффект огромности, который тут же испарился с введением организованного построения. Дождавшись, пока из строя защитников к ним поднимется Гилрой, Эзраэль спросил:

— Это все? Больше никого? Ты шутишь? Точно всех собрал?

— К сожалению, да, — ответил Гилрой. — Мне бы самому хотелось бы увидеть больше, но ничего не могу поделать-это все, кто еще способен держать оружие.

Чувство отчаяния пронзило сердце Эзраэля: из тех трех тысяч человек, стоявших на этом месте еще вчера, в живых осталось чуть больше тысячи. В этот момент на его душу свалился тяжелый камень скорби: он подумал о семьях тех, кто не вернулся из вчерашнего боя. «Две тысячи душ на нашей совести, — мурашки прокатились по телу Эзраэля от этих мыслей. — Две тысячи душ…»

— Что мы им скажем теперь? — спросил Гилрой, обратившись к дракону. — Думаешь они поверят в нас снова? Посмотри на эти лица-они потеряли все, чем дорожили! И все это ради нас. Что мы можем им предложить?

— Они будут сражаться до конца, — сказал дракон. — Я вижу в их глазах огонь. Они будут биться за свой дом. Чего бы им это ни стоило. Они ждут от нас надежды, вдохновения. Значит мы их им сейчас дадим.

С этими словами дракон встал на зубцы крепости и взял в лапу королевское знамя. Толпа тут же замерла в ожидании чуда. Им хотелось верить во все, что бы сказал им дракон. Собравшись с духом, наш герой начал свою вдохновляющую речь, эхом разжавшуюся по стенам опустевшего города:

— Воины Эльдораса! Защитники отчаявшихся и потерявших надежду! Вы показали себя настоящими мужчинами в прошлом бою! Вы заплатили страшную цену, защищая свой город в эти страшные дни: каждый из вас потерял братьев, отцов, дедов, которые уже никогда не придут в этот мир. Я обращаюсь к вам с последней просьбой, которая станет последней. Я призываю вас найти в себе последние силы, собрать в кулак свою нерушимую волю и защитить этот город, ставший для вас в эти дни намного большим, чем просто домом. Вы-это образец мужества и благородства! Вы-это те, с кого будущие поколения будут брать пример. Я прошу вас выстоять этот день до конца! Биться до последней капли крови! Если вам отрубят ноги, ползите и рубите врагов беспощадно! Если вам отрубят руки, рвите зубами ваших врагов, как медведь терзает свою добычу! И даже тогда, когда враг всадит вам меч в горло или отрубит голову, продолжайте биться вместе с нами, из царства Аида поддерживая нас и воодушевляя на битву! Сегодня я прошу вас показать себя настоящими воинами, показать себя теми, кто не сдается врагу до последнего вздоха. Показать нашим врагам и струсившим союзникам, что ни один меч, ни одна стрела, ни одно пламя, пусть даже оно будет исходить из самого Тартара, не способны сломить ваш дух и волю к победе. Говорят, что старушка-надежда умирает последней, — дракон сделал короткую паузу. В этот момент он понял, что все люди, слушавшие его, были преисполнены отваги и жажды пойти за ним в любое пекло. — Но сегодня, друзья мои, мы докажем, что она не умирает никогда! Вы со мной, защитники Эльдораса?

В этот момент стены крепости, разразились громким криком: «Д-А-А-А!»-разнесшимся по всей Эльдотурской степи. Этот крик полетел на запад-туда, где гуляют суховеи, на восток-туда, где солнце встречается с лесом, на юг-где волны плещутся о синеву океана, на север-туда, где молчаливые горы слагают свои одинокие песни скорби. Всюду-в Лориэльском лесу, в Рутрамских степях, в Тригаронских горах-услышали возглас непокорных храбрецов, чьи горячие сердца затмили пламя тысяч вулканов. Даже лютым врагам, чьи черные знамена вились над мрачными станами их лагеря, стало жутко от сиего рёва пробудившегося зверя.

— Тогда готовьтесь, — воскликнул дракон. — Ибо сегодня свершится судьба всего свободного мира! Погибнув или выжив, мы покажем врагу, что мы не сдаёмся никогда!

После этих слов, все воины, все, кто мог держать в своих почерневших дланях оружие свое, начали делать всё возможное, чтобы защитить крепость в последний раз: кто заделывал бреши в стенах, кто делал укрепления из обломков стен и башен, кто укреплял покореженные таранами дубовые ворота, подпирая их разными досками и металическими каркасами разрушенных кузниц. В считанные часы столица была готова к последнему, роковому штурму.

В то самое время, когда мягкие лучи солнца касались почерневших стен непокоренной столицы, закаленные в боях защитники ее уже стояли на стенах, готовясь в последний раз защитить свой родной дом. Вместе с ними, щурясь от ярких утренних лучей, смотрели на горизонт Эзраэль и Гилрой, наблюдая за приближающейся угрозой. На горизонте собиралась сплошная черная масса огромного войска, своей поступью сотрясавшая полуразрушенные, но не сдавшиеся стены города у моря. Внезапно, зацепившись за знамя и сложив мощные крылья, рядом с ними приземлился дракон. Всматриваясь вдаль и наблюдая за тем, как к городу приближается несокрушимая пелена опьяненный жаждой крови солдат, он тихим, но уверенным голосом, спросил:

— Воины готовы?

— Еще бы! — ответил Эзраэль. — После такого монолога, сам король пошел бы за своим именным оружием. Все, как один, твердят о тебе. Уж не ты ли станешь Хранителем Добра?

— Явно не сегодня, — усмехнулся дракон. — Разве что в другой жизни. В этой же мне вряд ли предоставится такой уникальный шанс.

— Это как знать, друг мой, — сказал Эзраэль. — Но я знаю одно — люди сейчас в тебя верят. Они поверили в твои слова, они готовы идти за нами. Они верят в победу. Они поверили в самих себя. Во всяком случае, мы с Гилроем так точно, — в этот момент Эзраэль толкнул своего друга, в этот момент облокотившегося на свой двуручный меч. — Да, Гилрой?