Артём Чумаков – Периметр. Андерком (страница 60)
— Чёрт. А ты уверен?
— Да. Слишком много разговоров ходило на этот счёт. Но пока что нет повода паниковать. С той поддержкой, которая у нас скоро будет, бояться точно нечего.
— Хорошо, если так, — настороженно произнёс уже Гленн.
— Я тут немного занят, — Крис заговорил быстрее. — Свяжемся как-нибудь.
— Давай. И ещё раз, спасибо!
«Вызов завершён». Мысли о Томми заставляли тело нервно трястись. Хорошо, если поддержка, о которой говорит Крис, действительно окажется настолько мощной. А если нет? Раздался сигнал рабочего чата.
Гленн проверил файл, что отправил Холли. Во вложении — самая последняя версия.
— Дерьмо! — Гленн отчаянно треснул кулаком по столу.
На деревянной столешнице осталась хорошая вмятина.
23
Ник провожал взглядом проплывающие мимо «брукса» небоскрёбы. Колонки на заднем сиденье поскрипывали. Кобб выглядел уставшим, постоянно протирая глаза, зевая, и отхлёбывая из банки энергетик.
— Слушай, — Ник повернулся к нему. — Ты говорил, что влезал в частную жизнь людей. Это шутка?
— Нет, — Кобб улыбнулся. — В школе я зарабатывал на взломах аккаунтов разных социальных сетей. Если помнишь, некоторые приложения тогда жили не больше месяца. С защитой дела были так себе. А за скрытые фотки одноклассниц прыщавые придурки готовы были много выложить. Ну и не только они. Кому-то были интересны чужие переписки, сплетни. Кто-что про кого думает, кто-кому-с кем изменил, или хотел бы.
— Много для себя открыл?
— О, да. Тогда я, как раз, понял, что чужая жизнь редко интересна. Даже если кто-то убирается в хлам каждые выходные, трахается с кем-то не из школы, ходит с самыми дорогими игрушками и в самых крутых шмотках, ему сложно позавидовать, просто потому что он тупой.
— Зависть часто сложно загасить.
— Слушай, ну представь, что человек не выкупает фишинговое приложение и вводит свой пароль от аккаунта куда угодно. Поверь, в его переписках ничего интересного не будет. Или знаешь, часто фантазировали тогда, что у той крошки из параллельного класса где-то есть целый архив с голыми фотками, вот просто обязан быть. Но его не было. Но самое смешное — смотреть за срачами на пустом месте, когда все пытаются казаться взрослыми и крутыми, а по факту — ноют из-за нехватки внимания, ревнуют лучших друзей к увлечениям и всё такое. Реально смешно.
— И что, никто тебя не сдал?
— В какой-то момент, меня прижал качок, который года два как школу закончил. Предъявлял, типа я его девчонке страницу взламывал. Они с другом меня знатно отделали. Ну и после этого со мной перестала общаться вся школа. Даже некоторые учителя косо смотрели. Им я, правда, тоже кое-что взламывал. Последний класс я доучивался в полном одиночестве.
— Как-то тоскливо. Притом, тебя осуждали твои же заказчики.
— Да, я тогда многое для себя отметил. Но был большой плюс в отсутствии друзей, потому что я много времени проводил за учебниками и на научных порталах. Прошёл на престижные курсы инженеров.
— Кстати, какая у тебя категория?
— Слушай, у меня есть отметка о четвёртой, но это ничего не значит. Я получил на курсах вторую, затем сам сдавал тесты до четвёртой. А потом я переехал сюда и почти сразу заключил фриндер-контракт. А фриндерам плевать на категории. У нас есть статус, который совпадает с самым высоким статусом выполненного заказа.
— То есть заказчикам плевать на категорию?
— Большинство моих заказчиков не из Периметра, и они вообще не знают всю эту систему категорий. Для них статус — это гарантия хорошо выполненной работы.
— И какой у тебя статус?
— Седьмой. Если переводить на категории, то, наверное, между седьмой и восьмой. Но, опять же, это не совсем правильно.
— Слушай, это высоко. По сути, это категория главных инженеров предприятий.
— Да, где-то так, — Кобб поманил Ника рукой. — Давай, задай этот вопрос, обожаю на него отвечать.
— Не буду, — Ник помотал головой. — Я бы никогда не пошёл ни в одну контору, если бы мог сам вести свои дела.
— В принципе, суть ты уловил. Плюс ко всему, характер у меня — не сахар, и я бы вряд ли долго просидел в офисе с кучей людей, каждый из которых точит на меня зуб.
— Ясно, — Ник усмехнулся. — Слушай, ты говорил про заказчиков не из Периметра. Как они на тебя выходят?
— Есть специальные люди, гамма-сёрферы, у которых есть доступ к гамма-каналу и связь с внешним миром. Они выцепляют оттуда заказы и распределяют по фриндерам.
— Откуда такие возможности? И, как я понимаю, они нехило рискуют.
— Откуда возможности — могу только предполагать. Большинство гамма-сёрферов, уверен, как-то связаны с «Юниконнект». В любом случае, мы не задаём им лишних вопросов, а они — нам. Лучший расклад. А по поводу риска — их сначала нужно поймать. Гении из глобсейф, как ты понимаешь, вряд ли сцапают опытного хакера-беспредельщика.
— Ясно. Я только не понимаю, зачем кому-то из внешнего мира вообще обращаться сюда? Неужели им есть о чём с нами говорить?
— Вот, — Кобб поднял указательный палец. — Пока есть люди, которые так думают, я — зарабатываю. Да, по части технологий мы сильно отстаём, но и там далеко не как в «Футураме». Обычные люди пользуются обычными смартфонами, ездят на обычных машинах. Заводы — да, нам такое и не снилось. Но в бытовом плане люди там не так уж продвинулись. А что касается заказов — здесь всё намного дешевле. Наши деньги для них — фигня.
Ник с Коббом выехали с юго-западного района. Огромные высотки сменились аккуратными пятиэтажками.
— А ты-то где работаешь? — спросил Кобб сквозь зевок.
— Даже не знаю, стоит ли говорить…
— Да хорош мяться. Надо будет, и тебе аккаунт взломаю.
— Я сижу менеджером в «Ай Оу».
— Неплохо, — протянул Кобб, щурясь. — Днём работаешь на систему, а ночью с Хорпером строишь революцию.
— Да-да, я знал, что ты это скажешь. Но зато я не провёл полночи в обезьяннике вместе с вами.
— Да, я уже понял, в чём твой секрет.
— И я не думал, что задержусь там надолго. В «Ай Оу» я вообще, считай, водоносом устраивался. Поручений становилось всё больше, и я со всем справлялся. Оказалось, взлететь по карьере не так сложно, если не опаздывать и не быть конченным тупицей. Странно, что многие отваливались по совершенно идиотским причинам, вроде проблем с дисциплиной. Но всё равно, я надеялся попасть в Андерком.
— В Андерком? — Кобб усмехнулся. — Зачем?
— Да не могу в офисе сидеть. Надоело. Правда, кто-то считает условия работы в «Ай Оу» райскими. Вроде, если твоя бетонная коробка на метр больше — тебе повезло. Забавно.
— А в Андерком чего не попал?
— Потому что «Стивенс Системз» требуют категорию инженера, а я не могу её получить.
— Ты, вроде, не тупой. В чём проблема?
— Я из Второго саба.
— А-а-а, — Кобб понимающе закивал. — Джасти, список подозреваемых…
— Именно, — с досадой произнёс Ник.
— Да уж, сочувствую. Слушай, Ник, чисто между нами. Про Джасти. Знаешь, кто это был?
— Многие здесь не понимают, что происходит в сабах. Важно не то, кто конкретно это был, а то, что это мог быть любой из нас, окажись он рядом и с оружием. В сабах всегда отрицали правосудие юнионов. Там всё по-другому. Если бы маньяк так не разошёлся, если бы жертв было меньше и здешний глобсейф не вмешались — всё было бы нормально. А теперь о сабах говорят как о дикарях, неспособных жить цивилизованно. Что сабы покрывают убийц и вообще творят анархию. А по факту, они просто привыкли справляться сами. И вот, крупный юнион лезет в дела Второго саба, начинает навязывать свои правильные продвинутые законы, но лишь для контроля. Они никого не спасли, они не дали никаких гарантий. Только условия. И они ничем не лучше людей, поставивших забор вокруг этой страны.
— Я понимаю, о чём ты, — Кобб вздохнул. — В Четвёртом стало невозможно жить, когда крупные юнионы принялись наводить порядки. Да, понятно, что это должно делать нас ближе, стирать границы, которых и так хватает, но как-то всё это криво.
— Да-да-да… — протянул Ник и уставился в окно.
Кажется, он впервые скучал по родному сабу.
— Ах да, — Ник повернулся к Коббу. — Раз уж у нас такой откровенный разговор. Я и в революцию Криса не очень-то верю. Я шёл за ним, чтобы прекратить пропажи людей. Просто потому, что помню всю эту хрень в родном сабе. Если здесь так продолжится и дальше — поверь, все начнут сходить с ума. Только вот проблема — Крис, видимо, не хочет никого искать.
— Добро пожаловать в крупный юнион, — Кобб злобно улыбнулся. — Здесь вообще никто никому ничего не должен. И знаешь, меня это устраивает. Может, привычка, а может это в моей природе. Просто большинство здешних — реально идиоты, которые сами себя закапывают. Я ради них и пальцем не пошевелю.
— Я так не могу, — Ник уверенно замотал головой. — По крайней мере, пока.
«Брукс» пересёк южный район и въехал на юго-восток.
За всю ночь Рэйчел поспала всего пару часов. Только закрыв глаза, видела маньяков из «Маджетт шоу», стучавшихся в окно «паркера». Около пяти, в кровать пришёл Бен. Прячась под одеялом от запаха перегара и жуткого храпа, Рэйчел ещё несколько раз проверила комментарии к посту от бота. Проснувшись, не могла разобраться, что приснилось, а что — действительно прочитала.