Артём Чумаков – Периметр. Андерком (страница 43)
— Ластейн! — рявкнул мистер Тэйлор. — Пошёл вон!
Сет сгрёб вещи в рюкзак. Свирепый взгляд мистера Тэйлора больше смешил, чем пугал. Сдерживая улыбку, Сет выскочил из класса. Прошёлся по коридору в большую рекреацию. Сев на подоконник, Сет разблокировал смартфон.
Разговор зашёл в тупик. Мимо, по коридору, прошла девчонка из параллельного класса. Махнула Сету рукой. Он кивнул в ответ. Кристина больше ничего не писала.
Сет таращился на дисплей, ожидая ответа. Его не волновала физика, итоговые баллы, курсы, мисс Силк и её чёртово задание. Всё казалось бессмысленным. Кроме чата в «ВотчМи».
Снова тупик.
Прозвенел звонок. Школьники вывалились из кабинетов. Вопли и топот разлетались по коридору.
— Вот он! — в рекреацию вошёл Таннер. — Чел, что с тобой? Ты решил со всеми учителями посраться?
— Да задолбали, — Сет спрыгнул с подоконника.
— Ты меня пугаешь, чел, — Таннер замотал головой.
Они вышли в коридор.
Рэйчел сидела в кабинете. Сделав за день целую пачку сценариев для точек доступа, она, наконец, отвернулась от рабочего монитора. Пролистав пару страниц новостного, проверив сообщения в «ВотчМи», открыла архив накопленных материалов с гамма-канала. Парни с мешками на головах, лицо, обожжённое кислотой, стены в крови. Вчера, под вечер, абсолютно вымотанная, Рэйчел почти повелась на чушь, что пытался впарить Бен. Какие актёры? Какой подставной список? Бен просто не хотел ничего решать, не хотел брать на себя ответственность. Сейчас, где-то в Девятом, прячут людей. Сегодня-завтра, каждого может ждать кислота, циркулярная пила и ещё чёрт знает что. Рэйчел не могла представить, на какие ещё зверства хватит фантазии «Маджетт шоу». Эти ублюдки не заслуживают изолятора. Они должны сдохнуть, и самой страшной смертью. Но как их поймать? На руках Рэйчел не имела никаких зацепок. Только в том чёртовом «эснете». Рэйчел открыла фотографию парня, сидящего на остановке трэплера.
Она достала из ящика ноутбук. Если «Уотч Контрол Про» не пускал ко всем камерам юниона, то оставался шанс на упрощённый доступ. Камеры с остановок трэплера и на зданиях юнит-организаций — уже что-то. Открыв программу, Рэйчел перешла на вкладку с камерами. Пробежалась по списку доступных. Только остановки трэплеров. Ни плана главного входа «Ай Оу», ни изображения центрального парка. Выдохнув, Рэйчел заперла дверь кабинета. Вернувшись к ноутбуку, отмотала шкалу времени на нужный день и час. В Девятом около тридцати остановок трэплера. Рэйчел просматривала на быстрой перемотке все подряд. Пустые трэплеры скользили по рельсам, останавливались на миг и двигались дальше. На центральных остановках выходило и заходило по два-три человека. Ни один не похож на того парня. Записи с двух следующих камер не загружались. В окошке загоралась надпись: «Доступ закрыт». Рэйчел продолжала искать. На остановках у Западного и Восточного корпусов ЦесКорпа мелькали рабочие. Рэйчел перешла на южный район и промотала записи с остановок от центра к западу. «Доступ закрыт». Снова «Доступ закрыт». Вот!
На предпоследней остановке юго-западного района, вышел тот самый парень. Выскочив из дверей трэплера, он накинул капюшон на голову и быстрым шагом скрылся из кадра. Рэйчел облегчённо выдохнула. И почти сразу вспомнила, что за муравейник представлял из себя юго-западный район. Рэйчел нашла на ноутбуке программу «Сёрч Флеш», собранную каким-то фриндером. Загрузила в интерфейс фотографии парня с юго-запада и настроила областью поиска «Уотч Контрол». Шкала загрузки медленно заполнялась. Рэйчел потирала ноющие виски. «Два совпадения». Она посмотрела варианты. Ничего, кроме того, что нашла вручную. Рэйчел зашла с рабочего компьютера на внутренний сервер «Юниконнект» и открыла инструкцию для «Сёрч Флеш». Внимательно повторила каждый пункт. Результат — тот же. Ещё попытка. Тщетно. Рэйчел откинулась на спинку кресла.
Реально ли вообще найти кого-то в этом юго-западном муравейнике? Особенно, не зная никого местного. Единственный знакомый Рэйчел на юго-западе — Терри Бутчиз, парень кого-то из подруг Миранды. Терри мечтал сжечь заживо всех сотрудников юнит-организаций, называя их «надзирателями Периметра». Рэйчел боялась встретить Терри где-нибудь на улице. Просить у него помощи — точно не вариант.
Впрочем, большинство жителей юго-запада — рабочий класс. Они никогда не стали бы помогать кому-то из юнит-структур. Даже под угрозой смерти. Около года назад в этом районе ограбили парня из «Ай Оу». Как он сам говорил, свидетелей хватало. Когда дело дошло до продикта, все отказались сотрудничать с ГСП. Многие в Девятом оправдывали работяг, якобы у тех своих проблем хватало. Но по мнению Рэйчел, реальной причиной являлась ненависть к юнит-конторам.
Парень, что вступился за неё тем вечером, наверняка разобрал «эснет» на запчасти. Активировать аккаунт он бы точно не смог. Юниты с юго-запада вечно голодали. Может, парень и сам бы накинулся на Рэйчел, если б его не опередили.
Надежда на чудесное возвращение «эснета» превратилась в глупую наивную фантазию. Если иных зацепок по похитителям нет, нужно собирать новые. Рэйчел взяла смартфон и настроила оповещения о начале трансляций «Маджетт шоу». Оставалось ждать, когда ублюдки снова выйдут в эфир.
Гленн сидел в пультовой. Ковырял старые демки, какие-то наброски, написанные ещё с Эваном, переслушивал старые релизы заказчиков. Делал что угодно, лишь бы отвлечься. Заглушить жажду громить всё вокруг и реветь в отчаянии от безысходности. Гленн не знал, удастся ли новым друзьям Криса устранить Скайтера, но предвкушал, как тот в один день лишится всего. У этого ублюдка явно хватало клиентов. Обманутых, брошенных. Скайтер должен получить своё.
Когда-нибудь, Гленн придёт домой и заглянет в пустую мамину комнату. Её силуэт будет мелькать в каждом уголке, а в голове зазвучит нежный заботливый голос. Они забудут все ссоры и обиды. Мама будет подбадривать, поддерживать, понимая каждый жест Гленна, каждое решение. Больше не придётся что-то доказывать, спорить, потому что всё станет очевидным. А Гленн будет жалеть, что так редко был рядом. И от этого никуда не деться. Этот момент с каждым днём всё ближе. Не из-за болезни, не из-за липовых таблеток. Просто Гленн с каждым днём старше. Когда-нибудь, огромный кусок оторвётся от него и улетит в бездну. И Гленн ничего не сможет с этим поделать. Даже будь на руках самые лучшие лекарства, от самых страшных болезней. Любая комната рано или поздно опустеет, и к этому нельзя подготовиться.
Из колонок донёсся сигнал. Рабочий чат. Гленн вытер слёзы и развернул окно. Холли Сквайер.
Гленн пару минут приходил в себя. Он вспомнил, как отправлял Холли две песни. Всё звучало лучше, чем когда-либо. Гленн ни на секунду не сомневался в своей работе. Первая мысль: «Отправил не то». Он нашёл на компьютере первую запись и включил. Струнные как из ведра. Может, так только во вступлении… Отмотал дальше. Низ микса будто срезали начисто. Всё трещало и звенело. Ни одного инструмента толком не разобрать. Весь текст песни сливался в кашу. Голос Холли то торчал, то напрочь съедался инструменталом. Гленн не мог сделать такой микс даже много лет назад, совсем новичком.
Гленн щёлкнул на иконку секвенсора. Пока программа загружалась, перебирал в голове варианты, почему так могло произойти. Он не мог не проверить, что отправляет Холли, но файл говорил за себя. Гленн открыл проект песни. Звучало ужасно, проблема оказалась не в рендере. Настройки всех обработок будто крутили наугад. Как такое могло произойти? Взломали компьютер? Хотя, кому он нужен… Гленн взял со стола стим и поднёс ко рту. Стоп.
Сколько он выкурил этой дряни в тот день? Она же напрочь убивает слух и зрение. О чём Гленн только думал? Разумеется, микс казался круче некуда. Гленн открыл чат.
Гленн выдохнул. Работу Холли полностью оплатила. Сколько можно протянуть без смеси? Как быстро настанет новый приход?
Смартфон зазвенел. Мама. В носу у Гленна защекотало. Не готовый разговаривать с ней, Гленн пролепетал дрожащим голосом:
— Алло?
— Привет, — весело произнесла мама. — Как у тебя дела?
— Работаю.