Артём Аргунов – Единственно верное решение (страница 10)
– А зачем нам к бабушке Наде? – спросил Валерка, когда они свернули за угол и на горизонте показалась обшарпанная остановка, одиноко стоявшая на пыльной обочине.
– Поговорить нужно, – уклончиво ответила Аня.
– Но ведь для этого есть телефон, – заметил мальчик. – Почему не позвонишь?
– Ты у меня становишься совсем взрослым, – улыбнулась Аня. – Иногда бывают такие разговоры, когда важно видеть лицо собеседника, чувствовать его присутствие, – пояснила она.
– Понятно. А завтра ты опять пойдёшь на работу?
– Угу. И тебе придётся целый день сидеть одному. Не захотел ведь оставаться у дедушки с бабушкой.
– Мама, как ты не понимаешь? Я по тебе соскучился!.. А ещё меня ждёт Вовка. Мы с ним будем змея запускать. Днём, так уж и быть, побуду один. Ничего. Ты ведь сама сказала – я взрослый.
– Сказала, – ласково произнесла Аня, слегка потрепав сына по кудрявым волосам.
Автобус подошёл почти сразу. Войдя в душный салон, Аня усадила Валерку на свободное место и, став рядом, крепко ухватилась за поручень. Двери закрылись. И в это время из-за угла показался человек в белых брюках. Поняв, что опоздал, он остановился. На смазливом лице отобразилось глубокое разочарование.
Едва Аня с Валеркой повернули ко двору Силантьевых, как их окликнула соседка:
– Там нет никого, – сказала женщина. – У племянницы ребёнок родился, так они в Белгород уехали. Вернутся завтра к вечеру.
– Я поняла. Спасибо большое, – вздохнув, ответила Аня. И, обернувшись к Валерке, тихо добавила:
– Давай тогда зайдём в храм, нам ведь по пути.
Мальчик молча кивнул.
Когда они, трижды перекрестившись, переступили порог храма, до начала вечерней службы оставалось минут пять. Взяв на входе один из свободных платков, Аня тщательно покрыла им голову. Валерка украдкой глубоко вздохнул. Ему сегодня так не хотелось выстаивать продолжительное богослужение! Душа рвалась к друзьям, а все мысли крутились вокруг предстоящего запуска воздушного змея. Но мама, скажи он ей о своих желаниях, наверняка расстроится. Мальчик чувствовал, что с ней происходит что-то необычное, и потому решил молча покориться.
Пока в алтаре шли последние приготовления, а к храму подходили немного задержавшиеся прихожане, Аня поставила свечки, написала записочки за здравие и за упокой всех своих родных и близких. Перед иконой Девы Марии со святым младенцем в руках она горячо помолилась за упокой души трагически погибшего Сергея, а перед ликом Николая Угодника – о благополучном завершении странствия раба Божьего Андрея.
После того, как священник с кадилом и диакон с зажжённой свечой окончили каждение храма, когда отзвучали последние слова вступительных молитв вечерней службы, наступил по-особому таинственный и строгий момент всеобщего покаяния. Верхний свет был заранее выключен, свечи погашены и просторное помещение храма погрузилось в мягкий полумрак. Прихожане, словно по команде, перестали шептаться, шелестеть одеждой. Уже никто не кланялся и не крестился, не переходил с места на место. Вокруг воцарилась торжественная тишина. Замер и Валерка, мгновенно позабыв о своих друзьях и воздушном змее. На середину храма вышел чтец, начав громким и зычным голосом читать Шестопсалмие, символизирующее Страшный суд. Большинство молящихся внутренне напряглись и собрались. Их души в этот священный момент плакали и каялись Господу строками псалмов вместе с чтецом. Первая часть Шестопсалмия отображала плач скорбящей души, по грехам своим отдалившейся от Источника жизни. Вторая показывала состояние раскаявшейся души в момент примирения с Господом.
Вдыхая приятный запах ладана, Аня с небывалым упоением слушала службу. Многие молитвы и песнопения ей были хорошо знакомы, и она шёпотом повторяла произносимые батюшкой слова. А когда над сводом храма медленно поплыла молитва святого Симеона Богоприимца «Ныне отпущаеши…», Аня почувствовала, как лёгкое тепло наполняет её сердце. На душе стало невероятно легко и светло. «Слава тебе, Боже, за всё!.. – едва слышно прошептала девушка. – И благослови нас, грешных, на сон грядущий!.. Научи нас и направь, помоги во всём поступать по воле твоей!..»
Вечерня пролетела невероятно быстро. Ане казалось, что служба едва успела начаться, как люди стали медленно тянуться к выходу из храма. Стоявший рядом Валерка осторожно дёрнул за руку.
– Идём? – негромко спросил мальчик.
– Да, сейчас, – отозвалась Аня. – Благословение только возьмём у батюшки.
На улице, как показалось Ане, заметно посвежело. Вечерняя мгла стремительно окутывала крыши домов. Из-за ближайшей многоэтажки показалась восходящая луна. В траве и кустах, куда не повернись, упоённо стрекотали сверчки. А вот городской шум, напротив, стал ощутимо тише. Обернувшись к храму, девушка размеренно перекрестилась и тихо вздохнула. Валерка прилежно последовал её примеру. Спешить уже было некуда – пока они доберутся до дома, на улице всё равно никого не останется.
– Мам, а куда обычно падают звёзды? – посмотрев на небо, вдруг спросил Валерка.
– Хочешь найти их обломки? – улыбнулась Аня.
– Ага, – воодушевляясь, подтвердил мальчик. – Они очень большие? Ты их когда-нибудь видела?
– Нет, конечно. И никто не видел.
– Почему? – растерялся Валерка. – Они успевают сгореть?
– Какой же ты ещё маленький, – засмеялась Аня.
– А говорила, взрослый, – насупился мальчик.
– Не обижайся!
Аня крепко обняла сынишку за худые плечи.
– Звёзды никуда не падают. Они просто пролетают мимо нашей планеты. Это даже не звёзды, а метеориты – более мелкие космические тела. На них попадают солнечные лучи, и нам кажется, что они светятся.
– Понятно, – высвобождаясь из материнских объятий, сказал Валерка. – Пошли домой, а то скоро стемнеет.
– Пойдём, – согласилась Аня. – У меня в детстве был звёздный атлас. Когда в следующий раз будем у бабушки, поищем на чердаке. Там и картинок много, и написано интересно.
– Мама, какая ты смешная, – возразил Валерка. – Я в интернете всё быстрее посмотрю!..
Глава седьмая.
Очаровательная художница
«Первое время у меня, конечно же, не было никаких бизнес идей. Я вообще находился на грани нервного срыва. Одному лишь Богу известно, сколько всё это могло продолжаться и, главное, чем бы закончилось, не позвони Костян – сослуживец, с которым мы очень сблизились. Он устроился в строительную компанию и позвал меня в свою бригаду. Работа вахтовая, но хорошо оплачиваемая. Компания принадлежала дальнему родственнику Кости. Нам предстояло строить очередную высотку на окраине Воронежа. Меня многое подкупило в его предложении: физическая работа, не связанная с машинами; рядом друг, на которого при необходимости можно опереться; Воронеж – относительно близко от дома. А главное: возможность чем-то себя занять, на что-то переключиться. В общем, я сразу же дал согласие.
На объектах Воронежа мы работали три месяца. Я довольно быстро втянулся, а вскоре почувствовал, что меня понемногу начинает отпускать. Потом нашу бригаду перебросили в Москву, и мы полгода работали в столице. Домой особо не тянуло. Была возможность оставаться в пригороде, и я охотно ею пользовался.
Следующим пунктом стал Владивосток. Там мы строили целый санаторий. Работы много, и платили хорошо. Сложность была лишь в том, что через каждый месяц приходилось летать в Москву. Семичасовая разница во времени – это очень чувствительно. У меня на адаптацию уходило дней десять. Только успеваешь привыкнуть, как новый перелёт – и всё заново. Тогда и начал задумываться о смене деятельности.
Но город мне очень понравился! Особенно – его пляжи. Вечерами, если оставались силы, я выбирал уединённые места и с удовольствием бродил вдоль берега. Раза два наблюдал закат в Стеклянной бухте. Она с трёх сторон окружена живописными скалами, чем-то отдалённо напоминающими доисторические артефакты. А примерно в десяти шагах от водной кромки берег буквально усеян стеклянными камушками. На солнце они сияют, переливаясь разными цветами, будто средневековые сокровища. И всё это – в алом пламени заката, под успокаивающий шум океанских волн. Потрясающее зрелище, честно тебе скажу!..
Или бухта Патрокл. Над ней возвышается небольшая сопка с долговременной огневой точкой. А чуть в стороне, на мысе Басаргина, расположен почти столетний маяк. Его отлично видно с пляжа. Маяк и звёзды – очень романтическая картина. Правда, меня в основном тянуло на философские размышления. Стоишь, такой маленький, беззащитный, перед лицом бескрайнего океана, слабо освещённого таинственным светом далёких звёзд, и ощущение, будто соприкасаешься с вечностью!..
Впрочем, это не передать словами. Надо почувствовать. Мне, если честно, очень хочется ещё разок туда съездить вместе с тобой. Показать тебе места, где я часами напролёт слушал шёпот волн и созерцал неповторимые пейзажи. Прогуляться, обнявшись, по ночному пляжу, и встретить зарождение нового дня. Мечты, которым вряд ли суждено сбыться…
А ещё, знаешь, именно там, на берегу океана, я впервые за многие месяцы почувствовал, как сильно соскучился по родному краю. И хотя Приморье – это часть России, где всё вокруг пропитано общим духом, единой историей, а всё равно чуть-чуть да не то. Душа неудержимо влекла в знакомые с детства леса Белгородчины. Мне даже стала сниться заимка. Так захотелось вновь оказаться на этой вот поляне, умыться прохладной водой из ручья, упасть в траву и долго-долго слушать птичью перебранку!.. И чтобы рядом были вы с Серёгой!..