Артур Вальтер – Парадокс в белых ночах (страница 2)

– Откуда такая информация?

– У журналистов свои источники. – Алёна загадочно улыбнулась. – Встретимся завтра вечером? Тут же, в восемь?

Дмитрий кивнул, не до конца понимая, на что соглашается. Но что-то в этой девушке притягивало его, как магнит. Возможно, то, что она единственная видела в его преступлении нечто большее, чем просто убийство.

Когда Алёна ушла, он остался сидеть ещё полчаса, глядя в окно на вечернюю Москву. Огни реклам отражались в лужах, люди спешили по своим делам, не подозревая, что среди них ходит тот, кто может решать их судьбы.

Дмитрий достал телефон и набрал номер службы такси.

– Принимаю вызовы, – сказал он диспетчеру.

Но в глубине души он знал, что охотится теперь не только на пассажиров.

Глава 2. Тени прошлого

Клим Деличев встретил Дмитрия в баре «Руки вверх» на Тверской – одном из тех мест, где бывшие менты коротали вечера, споря о том, как раньше было лучше. Пятьдесят лет, седые усы, глаза цвета мокрого асфальта. Когда-то он был наставником Дмитрия в академии МВД, пока тот не бросил учёбу.

– Дима, ты выглядишь хреново, – сказал Клим, отхлебывая пиво. – Что случилось?

– Жизнь случилась. – Дмитрий заказал виски. – Клим Петрович, а помните дело Пичушкина?

– Битцевский маньяк? Ещё бы не помнить. Я тогда в группе работал. – Глаза Клима потемнели. – Шестьдесят человек убил, падла. И это только то, что доказали.

– Как вы его ловили?

– Долго. Слишком долго. – Клим допил пиво и заказал ещё одно. – Знаешь, в чём проблема таких уродов? Они умные. Системные. У них есть план, есть логика. А у нас – бюрократия и нехватка ресурсов.

– Но поймали же в итоге.

– Поймали, когда он сам ошибся. Оставил свидетеля. – Клим посмотрел на Дмитрия внимательно. – А что, интересуешься криминальной психологией? Решил вернуться в академию?

– Просто думаю о справедливости.

– О справедливости? – Клим засмеялся горько. – Дима, я тридцать лет работал в органах. Знаешь, сколько убийц и насильников я отпустил по формальным причинам? Сколько жертв остались без справедливости?

– И что, смирились?

– А что делать? Закон есть закон. Хотя… – Он замолчал, вертя бокал в руках. – Хотя иногда думаешь: а что если кто-то другой решит эту проблему? Не по закону, а по совести.

Дмитрий почувствовал, как сердце забилось быстрее.

– Вы серьёзно?

– А ты как думаешь? – Клим наклонился ближе. – Слышал про события на Рязанке? Трое мудаков в морг, город стал чище. Полиция делает вид, что расследует, но никто особо не старается.

– Может, это случайность…

– Дима, я не вчера родился. – В голосе Клима появились стальные нотки. – Это была казнь. Профессиональная, быстрая, точная. Кто-то знал, где их найти, и кто-то умел убивать.

– И вы одобряете?

Клим долго молчал, глядя в стену, где висели фотографии погибших при исполнении милиционеров.

– Знаешь, есть такое дело. Головкин его фамилия. Тоже серийный. Убивал мальчиков, насиловал, расчленял. Мы его искали два года. Нашли, посадили. Но он же не один был. У него была сеть. Покупатели, поставщики, пособники. И всех их мы найти не смогли.

– Что с ними стало?

– Некоторые умерли. Странно умерли. – Клим допил пиво и встал. – Один утонул в ванне. Второй упал с балкона. Третий подавился едой в ресторане. Все несчастные случаи, все без свидетелей.

– Вы думаете…?

– Я ни о чём не думаю, – резко сказал Клим. – Я старый мент на пенсии. Но скажу тебе одно: в этом городе слишком много зла, а справедливости слишком мало. И если кто-то решил это исправить… – Он пожал плечами. – Может, так и надо.

Дмитрий проводил взглядом коренастую фигуру наставника и заказал ещё виски. Разговор дал ему то, что он искал, – понимание, что он не одинок в своих мыслях.

В кармане завибрировал телефон. СМС от Алёны: «Завтра в восемь. У меня есть для тебя интересная информация».

Дмитрий допил виски и вышел на улицу. Вечерняя Москва встретила его неоновым сиянием и шумом машин. Где-то в этом муравейнике ходили монстры, и где-то были их будущие жертвы. А между ними стоял он – обычный таксист, который случайно открыл в себе способность к убийству.

И самое страшное – ему это начинало нравиться.

Глава 3. Опасные связи

Нина появилась в жизни Дмитрия как мираж в пустыне – внезапно и неотразимо. Высокая, с длинными чёрными волосами и глазами цвета тёмного мёда, она села в его такси у клуба «Soho Rooms» на Савёловской в половине третьего ночи.

– Кутузовский проспект, дом 2, – сказала она, устраиваясь на заднем сиденье.

Дмитрий посмотрел на неё в зеркало заднего вида. Дорогое платье, профессиональный макияж, запах французских духов. Явно не из тех, кто ездит на такси по ночам.

– Где машина? – спросил он.

– У мужа, – усмехнулась Нина. – Он думает, что я дома сплю.

– А вы в клубе развлекались?

– Не совсем развлекалась. – Она наклонилась вперёд, и её дыхание коснулось его шеи. – Работала.

– Какая работа в ночном клубе?

– Особенная. – В её голосе появились игривые нотки. – Остановите где-нибудь. Поговорим.

Дмитрий свернул к парку «Красная Пресня» и заглушил двигатель. В машине воцарилась интимная полутьма, нарушаемая только светом фонарей.

– Вы женаты? – спросила Нина.

– Нет.

– И никого нет?

– Нет.

– Хорошо. – Она перебралась на переднее сиденье, её бедро коснулось его ноги. – А что есть?

Дмитрий почувствовал, как кровь приливает к лицу. Две недели после первого убийства он жил как во сне, и теперь эта женщина врывалась в его мир как живое напоминание о том, что он всё ещё способен чувствовать.

– Не понимаю вопроса.

– Есть ли у вас тайны? Вещи, о которых никто не знает? – Нина провела пальцем по его руке. – Я люблю мужчин с тайнами.

– У всех есть тайны.

– Не у всех такие интересные. – Она придвинулась ещё ближе, её губы почти касались его уха. – Вы убивали?

Дмитрий резко обернулся. В глазах Нины не было страха – только любопытство и что-то ещё. Возбуждение?

– Что за вопрос?

– Обычный. В наше время это почти норма. – Она рассмеялась, но смех был неестественным. – Я знаю многих, кто убивал. По разным причинам.

– И вы с ними… общаетесь?

– Более чем общаюсь. – Нина расстегнула верхнюю пуговицу на его рубашке. – Есть в этом что-то притягательное. Власть над жизнью и смертью. Способность решать судьбы. Это… возбуждает.

Дмитрий чувствовал, как реальность плывёт. Эта женщина говорила вслух то, о чём он боялся думать. То, что жгло его изнутри каждую ночь с момента убийства на Рязанке.

– Вы странная, – прохрипел он.

– Я честная. – Нина расстегнула ещё одну пуговицу. – Большинство людей боятся своих тёмных желаний. А я их принимаю.