Артур Вальтер – Империя желаний: Эротические новеллы (страница 7)
– Привет. – Он прошёл на кухню, и она услышала звон бокалов.
Вернулся он с бутылкой вина и двумя бокалами.
– Составишь компанию? – спросил он.
Анна подняла глаза. Он выглядел усталым, но в его взгляде было что-то такое, чего она не видела уже давно.
– Что отмечаем?
– Или отмечаем успех, или топим неудачи. Пока не решил.
Он сел рядом с ней на диван, разлил вино. Анна заметила, что он выбрал дорогое бургундское – такое пьют по особым поводам.
– Что случилось? – спросила она.
– Сегодня звонил Волков.
У Анны сжался желудок. Игорь Волков, главный конкурент Александра, тот самый, который намекал на их свадьбе, что знает об их обмане.
– И?
– Он знает. О нашем контракте.
Бокал чуть не выпал из рук Анны.
– Откуда?
– Пока неясно. Возможно, кто-то из юристов, которые готовили документы. Возможно, утечка из банка. – Александр сделал большой глоток вина. – Суть в том, что он знает. И требует денег за молчание.
– Сколько?
– Пятьдесят миллионов долларов.
Анна закрыла глаза. Огромная сумма, но для Александра не критичная.
– И что ты решил?
– Я не плачу шантажистам. Никогда.
– Но если он расскажет японцам…
– Ямада разорвёт контракт. Потребует неустойку. Мы потеряем не только полтора миллиарда долларов сделки, но и репутацию.
Они сидели молча, переваривая последствия. Анна чувствовала себя виноватой – если бы не её согласие на этот фиктивный брак, Александр не оказался бы в такой ситуации.
– Прости, – сказала она тихо.
– За что?
– За то, что согласилась. Если бы ты нашёл другой способ…
– Анна. – Он повернулся к ней, взял её руку. – Я не жалею. Даже сейчас.
– Но твоя компания, репутация…
– К чёрту компанию. – Его голос был жёстким. – Мы найдём выход. Всегда есть выход.
Они пили вино, обсуждая возможные варианты. Можно попытаться найти компромат на Волкова. Можно обратиться в правоохранительные органы. Можно просто публично признаться в обмане и попытаться минимизировать ущерб.
– Есть ещё один вариант, – сказал Александр, когда бутылка опустела наполовину.
– Какой?
– Мы можем сделать наш брак настоящим.
Анна замерла с бокалом у губ.
– Что?
– Если мы останемся женатыми, если будем строить настоящую семью, то никакого обмана не было. Просто деловой брак, который превратился в любовный. Такое случается.
Сердце Анны бешено колотилось.
– Александр, ты понимаешь, что говоришь?
– Понимаю. – Он поставил бокал, повернулся к ней всем корпусом. – Анна, в Токио произошло нечто большее, чем просто физическая близость. По крайней мере, для меня.
– Но ты сказал, что это был момент слабости…
– Я соврал. Я напугался собственных чувств и соврал.
Он взял её лицо в ладони, заставляя смотреть на него.
– Я влюблён в тебя, Анна. Безумно, отчаянно влюблён. И если есть шанс превратить этот контрактный брак в настоящий, я готов его использовать.
Слова, которых она так ждала, прозвучали наконец. Но в таких обстоятельствах…
– Ты делаешь мне предложение из-за шантажа Волкова?
– Нет. – Он покачал головой. – Я делаю тебе предложение потому, что не могу представить жизнь без тебя. А Волков просто дал мне повод перестать быть трусом.
Анна смотрела в его серые глаза и видела в них правду. Не расчёт, не отчаяние – любовь.
– Но что, если это не сработает? Что, если Волков всё равно всё расскажет?
– Тогда мы справимся вместе. – Он поцеловал её ладони. – Анна, я не прошу ответа прямо сейчас. Просто подумай.
Но ей не нужно было думать. Ответ созрел в её сердце уже давно.
– Да, – сказала она.
– Да?
– Да, я хочу остаться твоей женой. Настоящей женой.
Он притянул её к себе, и они целовались долго, страстно, как будто пытались наверстать все потерянные дни отчуждения.
– Я люблю тебя, – прошептал он между поцелуями.
– Я тоже тебя люблю.
Этой ночью они занимались любовью с новым чувством – не страстью отчаяния, как в Токио, а нежностью и уверенностью людей, которые знают, что у них есть будущее.
Александр был удивительно бережным, изучая её тело как драгоценную карту. Его руки и губы оставляли огненные следы на её коже. Когда он наконец соединился с ней, Анна почувствовала такую полноту, такую завершённость, которую никогда раньше не испытывала.
– Моя, – шептал он, двигаясь в ней медленно, томительно. – Моя навсегда.
– Твоя, – отвечала она, теряясь в ощущениях.
Кульминация накрыла их одновременно – волна за волной, растворяя границы между двумя телами, двумя душами.
Потом они лежали в переплетении рук и ног, и Александр рассказывал ей о своих планах, мечтах, страхах.
– Знаешь, о чём я думаю? – сказал он, лаская её волосы.
– О чём?
– О детях. Наших детях.