Артур Погорелов – Баба Яга спасает Новый год (страница 4)
Папа и Юра тоже скоро вышли из дома и тут же встретили своего соседа Ивана Додоновича. Правда, они его знали как Ивана Денисовича, директора музея. Оказалось, что им троим в одном направлении – на ярмарку.
Там, на заставленной прилавками улице, только и слышалось отовсюду: «С наступающим! С наступающим!» Горели натянутые над дорогой лампочки, отовсюду доносились звуки новогодней музыки.
– К столу надо немного докупить, – вспомнил папа.
– Что, обстоятельно готовитесь? – поинтересовался Иван.
– Да так… чисто символически, пару салатиков.
– Мы тоже. Ну плюс ещё мясо по-французски и селёдку под шубой.
– Куда же без шубы! Но вообще у нас три салатика. И утка.
– А у нас…
Юра почти не слушал разговор. Он давно заметил, что иногда взрослые ведут себя очень странно. Например, сейчас его папа и сосед одновременно и скромничали притворно, и при этом расхваливали каждый свой новогодний стол. Хотя Юра-то прекрасно знал, что никакой утки у них не планируется, а сосед уж очень навряд ли планирует запекать перепёлок. А когда его папа проронил пару слов про фаршированного молочного поросёнка, Юра не выдержал и хихикнул. Удивительно: эти взрослые уверены, что никто не поймёт их преувеличенного хвастовства, и при этом не верят в такие простые и очевидные вещи, как новогоднее чудо.
Разговор, уже дошедший до описания невероятных объёмов праздничных напитков, прервал промоутер. Он сунул Юре в руку флаер, в центре которого красовался полный лысый мужчина в костюме и галстуке-бабочке.
– Первый в мире голографический спектакль, сделанный искусственным интеллектом! Комедия «Ни дать ни зять»! Спешите увидеть! Последний раз в этом году!
– Пап, правильно же «ни дать ни взять»? – спросил Юра, когда они уже отходили от промоутера.
– Я, конечно, говорил, что нужно больше читать, но не всё же, что дают. – Папа взял флаер и показал его Ивану, удивлённо заметив: – До чего дошла наука! Спектакли уже искусственный интеллект пишет! Скоро вообще и актёры будут не нужны! Тоже ИИ будут! Так, скорее, зачем пришли?
Не найдя урны, папа поместил листовку к себе в карман и повёл Юру к прилавкам.
Когда продукты к столу были куплены, Юра вызвался помочь Ивану с выбором подарков для его друзей. Это оказалось непросто.
– А что они любят?
– Одна любит… Как бы… – Иван подбирал слова, стараясь не выдать, что подарки полагаются Бабе Яге и Кикиморе. – Растения всякие собирать, коренья выкапывать.
– Дачница? – предположил папа. – Может, ей набор тяпок всяких, лопаток?
– Не, у неё, как бы это назвать, свои методы. Ручная работа, так сказать.
– Тогда, может, абонемент в маникюрный салон?
На мгновение Иван представил Бабу Ягу в маникюрном салоне с длинным розовыми ногтями, покрытыми лаком. А потом он представил, что она с ним сделает, если он подарит ей такой подарок. Стало не по себе.
– Навряд ли…
– Ну а другие что любят? Как зовут-то хоть? Скажите! – попросил Юра.
– Леш… Лёша. Лёха. – Иван задумался, как описать соседям предпочтения Лешего. – Он лес любит. Обожает. Сам почти дерево, если честно.
Юра посмеялся.
– Слушай, классную тему видел – набор для выживания «тридцать шесть в одном», – пришла папе идея. – Там топор, чтобы дрова рубить, огниво – огонь разводить, штука такая специальная, чтобы из берёзы сок добывать.
– Нет-нет-нет, точно нет, – запротестовал Иван, вообразив реакцию Лешего на этот набор. – Ладно, сам что-нибудь найду.
– Папа! Дядь Ваня! Пойдём, посмотрим, что там! – Юра указывал пальцем в сторону большой толпы в центре ярмарки.
Все трое протиснулись сквозь толпу, обойдя маму с дочкой, у который был огромный плюшевый зайка в руках, занимавший место почти с ещё одного человека. Было так тесно, что папа с Юрой по дороге чуть не выбили из рук одной девушки снежный шар. Стоявший рядом парень, очевидно, её молодой человек, сначала с возмущением посмотрел на них, но девушка, казалось, ни капли не расстроилась. Полная предчувствия праздника и тёплой нежности к своему возлюбленному, она лишь улыбнулась и обняла его.
– Брось, милый. Они случайно.
– Извините – сказал папа, но Юра уже утащил его за руку к центру ярмарки.
Когда троица вышла на первый ряд, Юра увидел, вокруг чего все собрались. В окружении толпы стояли двое мужчин. Юра первым делом заметил перстень с фиолетовым камнем на пальце одного из них. Мужчины сделали глубокий поклон, сняв свои элегантные котелки, а затем выпрямились и направились к небольшому пьедесталу, крича:
На пьедестале явно стояло что-то высокое, но сам предмет не было видно, поскольку он был накрыт чёрной тканью. Мужчины, в которых толпа видела уличных артистов, синхронно схватились за ткань и сорвали. Под ней был длинный посох, словно бы сотканный изо льда и снега. Юра удивлённо уставился: тот парил в паре десятков сантиметров от пьедестала. Народ тоже всполошился, всем стало интереснее. Никаких видимых глазу ниточек или верёвок или прозрачных подставок не было. Как бы подтверждая немые догадки публики, один из артистов провёл ладонью сначала над посохом, а потом под ним.
– Пап, он летает! Он волшебный! – воскликнул Юра.
– Сынок, сколько раз говорить: волшебства не существует, – ответил скептично папа.
– А как он тогда летает?
– Наверняка у этого есть научное объяснение. Сейчас разберёмся! – сказал папа, не скрывая интереса. Всё-таки он был настоящим учёным, и в нём горело пламя любопытства. Сталкиваясь с чем-то неизвестным, он, как и любой исследователь, хотел разобраться и понять, как это устроено.
– Испытайте силушку свою богатырскую в состязании за приз волшебный! – продолжал тем временем кричать артист.
– Для того, чтобы этот прекрасный и по-настоящему волшебный посох стал вашим, – подхватил второй артист, – нужно крепко взять его в руки, произнести древнее заклинание: «Никс венире!» – и…
– Всего-то лишь поднять его с места! – закончили они уже вдвоём.
Кто-то в толпе хмыкнул. И правда, задача не звучала сложно.
– «Никс венире», – пробормотал про себя Иван Додонович. – Где ж я это слышал?..
– Пап, а ты сможешь поднять? – спросил Юра, которому тут же захотелось получить этот чудесный летающий посох.
– Легко! – ответил папа. – «Дайте мне точку опоры, и я переверну весь мир!» Кто сказал?
– Архимед, – отчеканил Юра.
– Правильно. Научное мышление способно на всё!
Тем временем из толпы вышел здоровенный краснощёкий мужчина.
– Да ну, делов-то! – самонадеянно воскликнул он и приблизился к посоху. – Чё там, говоришь, «никс венире»?
Артисты кивнули. Краснощёкий крепко схватился за посох, произнёс «древнее заклинание» и потянул на себя. Посох не сдвинулся с места. Как бы краснощёкий ни старался, как бы ни перехватывал рукоять поудобнее и сколько бы ни старался, посох так и оставался висеть, где висел. В конце концов мужчина махнул рукой и ушёл с площади. Всё это время папа внимательно наблюдал за посохом.
– Всё ясно! Там два магнита, одинаково заряженных. Если отключить питание, то никакая силушка богатырская не нужна – ты и сам справишься, – уверенно заявил он сыну.
Краснощёкий, уже стоя в толпе, растирал ладони – посох оказался удивительно холодным.
– Смотри, как надо! – крикнул крепкий парень, выходя к посоху. Он подмигнул какой-то красивой девушке в толпе и тут же потянул посох одной рукой – безрезультатно. По толпе пробежал смешок.
– А, точно! Никс венире!
Парень попробовал ещё несколько раз, но у него ничего не вышло. Иван Додонович нахмурился: ему отчётливо казалось, что он где-то это слышал, но где именно – как из головы вылетело.
– Подстава какая-то, сто процентов, – оправдывался парень, возвращаясь от пьедестала после очередной неудачной попытки.
– Хм, а может, и не магниты… – задумался Андрей. – Но явно посох летает не сам по себе, должна быть какая-то система…
– Эй, мальчик! – обратился один из артистов к Юре. – А ты не хочешь попробовать?
Юра поднял глаза на папу, и тот кивнул. Тогда мальчик подошёл к посоху и схватился за него обеими руками. Он ожидал, что посох даже не шелохнётся, ведь даже двое взрослых крупных мужчин не смогли его и на миллиметр подвинуть. Но стоило ему лишь только прикоснуться, как он сразу почувствовал – что-то произошло. И в следующую секунду он, к удивлению всех зрителей и себя самого, абсолютно без усилий снял парящий посох с места над пьедесталом. Толпа захлопала в ладоши. Артисты переглянулись.
– Папа, смотри, получилось! – Юра повернулся к отцу. Андрей удивлённо усмехнулся, глядя на сына.
– Скажи: «Никс венире» – и приз твой, – проговорил артист с фиолетовым перстнем, не сводя глаз с Юры.
– Никс…