Артур Осколков – Олимпиец. Том I (страница 6)

— Знаете что, молодой господин, — произнесла женщина, все это время задумчиво изучающая мое лицо. — Кажется, я знаю как вас отблагодарить.

— Да? — рассеяно произнес я. — И как же?

— Идемте в шатер. Я покажу.

— Угу. Почему бы и нет.

Мои мысли занимал загадочный мужчина. Я что, сейчас серьезно видел душу умершего?

«Я хочу открыть Вам свою тайну. Я вижу умерших людей…» — процитировал я известный фильм.

Забавно. Вот родители бы порадовались…

Мои родители — как и впрочем вся моя семейка, поколение за поколением — были потомственными ведунами. Шаманами. Знахарями. Поэтому с самого детства, меня пичкали всякой хренью вроде ритуалов призыва, контроля, вселения и прочей подобной дичью.

Вот только я оказался бесталанным. По крайней мере, именно так они мне сказали, прежде чем выставить меня из квартиры на улицу. Мне тогда было четырнадцать, кстати.

И вот теперь, судя по всему, я наконец добился успеха. И стоило это всего малость. Подохнуть в одном мире и попасть в другой. Да, родители были бы счастливы.

Я сплюнул на землю. Я ненавидел свою семью.

Даже Гордиан лучше. Он хотя бы не пытается от меня избавиться, а честно тянет лямку семейного позора. Черт, я бы даже уважал его за это, не будь он таким козлом.

Зато мама у меня теперь настоящее золото. Заботливая, милая, добрая. Пожалуй из-за нее я и старался изображать из себя пай мальчика, хоть и получалось у меня так себе. Но я старался. А ради нее можно и в школу еще раз сходить.

— Заходите, молодой господин, — раздался голос изнутри шатра. — Все готово.

Ну ладно. Пойдем узнаем, что за сюрприз приготовила мне старушенция.

Глава 3. Настоящее. Прошлое. Будущее

Внутри пахло тмином, лавандой и еще десятком душистых трав, которые я не смог так сходу определить. Посреди шатра разместился круглый деревянный стол с покрывалом явно восточного происхождения. Из оставшейся мебели имелись лишь две табуретки, из тех, что с мягкой подушечкой сверху.

— Присаживайтесь, господин, — эффектным жестом велела мне женщина.

Ее руки заходили ходуном, одна за другой ныряя под стол. Одна, две, три свечи. Чирканье спички и по воздуху разнеся ароматный запах бергамота.

— Гадалка, значит, — присвистнул я и медленно опустился на подушку. — Ясно.

— Нет, нет, что вы, — немного оскорбленно заявила она и тут же сменила голос на более глубокий и мистический. — Перед вами потомственная прорицательница Федора Беббанбургская. Я веду свой род от самой Пифии, великой жрицы-прорицательницы Дельфийского оракула. Мои корни…

— Понятно. С чего начнем? — прервал я ее. — Хрустальный шар? Чайные листья? Кофейное донышко?

Я знал все эти трюки, как свои пять пальцев. Бесполезная дичь. Только идиотов обманывать.

— Вижу, вы скептик, молодой человек. Не верите в силу предсказания, — она разочарованно покачала головой. — Что ж, это не важно. Ваша вера или неверие никак не окажет влияние на судьбу. Она определена не нами. Ее даровали нам боги.

— Давайте-ка управление судьбой оставим мне, — холодно отрезал я.

Затея с гаданием — а ведь вполне очевидно, что к этому дело и идет — нравилось мне все меньше и меньше. Так подумать, зачем я вообще сюда заглянул? Хотел получить пару баксов в подарок?

— Какое самомнение, — цыганка вытащила костяную трубку, затянулась и пустила струю дыма мне в лицо. — В обычное время я бы отказала тому, кто противится воли богов. Но я дала обещание…

С каждой минутой женщина все меньше и меньше напоминала ту испуганную старушку, что я вытащил из передряги. Она распрямила спину, накинула на плечи бордовую шаль, а голос стал гораздо тверже. Федора снова была в своей стихии.

А вот меня это уже изрядно начало раздражать.

— Ничего страшного, — стараясь быть вежливым, кивнул я и медленно поднялся. — Не хочу вас обременять. Мир вашему дому, лохов, э-э-э, клиентов побольше и побогаче. Я пошел.

Ледяной порыв коснулся моей кожи. Тканевый вход шатра затрепетался от внезапно поднявшегося ветра, а свечи на столе несколько раз мигнули и затухли.

— Вы получите свое предсказание, Адриан Лекс, — глаза прорицательницы эффектно блестели в полумраке шатра. — От него вам никуда не деться.

Не буду врать, я был заинтригован. Обычно я бы списал все на удачный трюк — свое время я не такое проворачивал — но после души ее мужа… Немного я подождать я мог.

— У тебя две минуты, — с возросшим интересом я опустился обратно на подушку.

Прорицательница не ответила. Ее рука снова нырнула под стол, откуда она достала колоду карт и начала ее перемешивать с опытом профессионального шулера.

— Таро, — скривился я. — И что это будет? Кельтский Крест? Слепое пятно?

Не фанат я карт, скажу честно. В моей работе очень важно нагнать мистицизма, создать атмосферу. А дальше воображение простаков само подтолкнёт их в нужную сторону. С Таро же… немного сложнее. Нужно подгонять результаты, эффектных фокусов минимум. Впрочем, теорию, основные расклады и значения карт я все же знал.

Ветер стал еще холоднее.

— Прошлое, — замогильным голос произнесла женщина и выложила первую карту рубашкой вниз. — Настоящее. Будущее.

Мои брови взлетели вверх.

— Женщина, а ты уверена, что знаешь правила? Вообще-то я сам должен тянуть карты. Зачем…

Я замолчал в середине предложения. Она меня не слышала. Сомневаюсь, что она вообще хоть кого-то слышала.

Глаза женщины были молочно-белыми, а рот приоткрыт. Длинные спутанные волосы развивались на холодном ветру. Она покачивалась из стороны в сторону, словно в такт музыки, которую могла слышать только она.

Она вошла в транс.

— Прошлое, — проскрипела женщина и перевернула первую карту.

Я вздохнул и наклонился вперед. Ну-с, что у нас тут? Оп-па.

Тринадцатый старший аркан. Скелет в багровой повязке. В руке острая коса. Фон синеватый, темное насыщенное небо.

«Смерть».

Символ завершения и последующего за ним преображения. Перехода из одной формы в другую. А еще прощания.

— Настоящее.

Вторая карта.

Двенадцатый старший аркан. Пустынная местность. Заходящее солнце придает картине оранжевый оттенок. На фоне этих красок, привязанный к перекладине за ногу, висит человек. Вторая его нога согнута, так что вместе они образуют крест.

Я вздрогнул.

«Повешенный».

Поганая карта. У нее несколько трактовок, и ни одной хорошей. Это символ переломного момента, когда тебе нужно выбрать сторону. Но эта же карта говорит о необходимости принести какую-то жертву во имя обретения желанной цели. В противном случае тебе все равно придется что-то потерять, но жертва будет уже гораздо серьезнее.

— Будущее.

Третья карта открыта.

Пятнадцатый старший аркан. Прямо по центру изображен тот, кого уже давно принято называть «врагом рода человеческого». Здесь же видны языки адского пламени; на лбу у существа — перевернутая пентаграмма, — или пятиконечная звезда — что символизирует деградацию и гибель духовного начала в человеке.

«Дьявол».

Карта — предостережение судьбы. Череда испытаний. Справится ли с ними человек, и к каким средствам он для этого прибегнет? Сможет ли не поддаться искушению.

Я против воли усмехнулся.

Смерть, Повешенный и Дьявол. Не помню, чтобы я встречал расклад хуже. Миленько.

— Вы узнали, что хотели, молодой господин? — уже нормальным голосом спросила меня Федора.

Теперь она снова выглядела как обычно. Лишь круги под глазами говорили о серьезной усталости и напряжении в теле. Ей бы не помешала рюмка хорошего коньячка.

— Удачи с бизнесом, уважаемая. Благодарю за подарок.