Артур Матвеев – Изоляция (страница 4)

Чарли сел в свою машину и поехал на точку сбора. Он и его команда наблюдали за мэром четыре дня, этого было мало, но Эцио дал кое-какую информацию о его привычках и охране, что существенно облегчило дело. Как говорил Кулак, у мэра было несколько излюбленных мест, которые он посещал одно за другим, строго соблюдая хронологию. В пятницу он ездил к самому лучшему брадобрею города, конечно, у него был свой слуга, но раз в неделю он посещал именно Большого Сэма. Огромный полный негр с его ручищами, избитыми татуировками, и толстыми пальцами в перстнях искусно брил бороды богачей самой острой бритвой в городе, одно его легкое движение – и мэра уже не было бы в живых, но и Большой Сэм последовал бы за ним, причем более жестоким и изощренным путем. К тому же он был человеком Мэта Финнигана и имел от этого свои бонусы в виде облегченной налоговой политики по отношению к его заведению. После этого Мэт ехал к его любовнице, живущей на западной стороне парка, и был там ровно два часа, после чего направлялся в ресторан-казино «Фортуна» – самое пафосное заведение такого рода в городе, окруженное элитными борделями и барами, где по выходным отдыхали богачи.

В субботу он, как правило, опохмелялся у себя в особняке, окруженном искусственным садом в блоке А на востоке города. Это был частный сектор самых высоких чинов города, охраняемый и неприступный. По воскресеньям мэр с семьей ходил в церковь в центре города – главную архитектурную постройку, которую не трогали со времен жизни под настоящим небом. Остальные святыни снесли и поставили в каждом квартале по маленькой церквушке и одну большую на каждый блок, весьма простую в архитектуре и без особых росписей и витражей внутри. Религия теперь в стране была новая – неохристианство, смесь всех христианских движений, к которой решили прийти после войны главы церквей различных направлений христианства. Главная церковь тоже охранялась, особенно во время визитов в нее мэра с семьей.

После долгих раздумий, когда лучше совершить диверсию, Чарли и Том решили, что точно не в субботу – явиться в гнездо мэра было явным самоубийством, в пятницу он находился в центре города, где множество датчиков и камер, которые по тепловому спектру и рентгену определят взрывное устройство, как только кто-то с ним появится в пределах центрального кольца. Не успеешь оглянуться, как окажешься в камере. Церковь тоже была в центре города. Но у мэра была еще одна тайна: в воскресенье после визита в церковь около четырех часов вечера он якобы уезжал в гольф-клуб на юге города, однако бывал он там раз в две недели, другие воскресные вечера он проводил в запрещенном борделе в южной части города. Там можно было получить услуги особого характера, ездили туда богатые извращенцы, и услуги там были нелегальными. Чарли слышал, что однажды туда наведывалась полиция, но правительство города быстро замяло этот скандал, тогда оттуда вывели полсотни мальчиков и девочек в возрасте от десяти до шестнадцати лет в полном помутнении от наркотиков. Помимо детского насилия, там процветал гомосексуализм, садомазо в особо жестоком образе – в общем, все, до чего нельзя было договориться даже в элитном борделе, потому как проституция хоть и была узаконена, но тоже имела свои нормы, за соблюдением которых следили, а в случае нарушения сильно штрафовали и даже сажали за решетку.

Сошлись на воскресенье. Том пробил по записям с камер наблюдения, что мэр как раз в прошлый уикенд посещал гольф-клуб. Эта напичканная искусственной травой и деревьями территория занимала огромное пространство, и, конечно же, развлекались в нем только самые достойные. Чарли было наплевать на это, но почему-то мысль об искусственных деревьях, траве и голограммах некогда существовавшей фауны промелькнула у него в голове. Им повезло, что мэр уже отыграл свою партию на прошлой неделе, в противном случае пришлось бы ждать еще неделю, а Эцио не любил ждать. Вообще, этот человек не был добрым, в свое время он похоронил немало людей, однако он был справедлив и жёсток, и это Чарли нравилось.

Бордель располагался на территории вне юрисдикции Эцио, поэтому делать нужно было все аккуратно, тут были свои негласные хозяева и их подчиненные. К тому же, если все пройдет гладко, никто не спохватится Железного Кулака, а потом он уже сам напомнит Финнигану об инциденте с намеком на то, что достанет его жирную задницу где угодно, в случае его отказа платить больше. Чарли даже представил себе, как это будет выглядеть, и мысль эта его немного подбодрила. Он сел в автомобиль, пес прыгнул на соседнее кресло. Он, Том, Костолом и Адольф должны были встретиться на окраине блока Y, там находилась закрытая подземная парковка, являющаяся штабом банды Чарли для всяческих операций. Эцио специально выделял им деньги на то, чтобы ни камер, ни датчиков в радиусе двух миль от этого места не было, только муляжи. Так оно и было, свои люди в полиции постарались обезопасить место для тайных операций, а те, кто противился, уже получили весточку от Чарли, и все равно согласились на такие меры предосторожности.

Чарли заехал выпить кофе в кафе на углу дома. Он всегда это делал перед каким-либо делом. Угрюмая официантка встретила его пустым взглядом и без слов принесла ему капучино с двумя кусочками сахара. Чарли оставил два доллара – один за кофе и второй на чай и, выпив напиток, последовал обратно в машину. Легкий ветерок подул с севера – работает четвертый вентиляционный блок. За время знакомства с Томом Чарли неплохо освоил устройство купола. Он был абсолютно не проницаем. Воздух снаружи проходил через множество фильтров, а воздухозаборники состояли из многослойной металлической сетки, радиус одного отверстия в которой был порядка двух нанометров, после очистки он по специальным каналам поступал в блоки вентиляции, а далее в город. Внутри же купол был герметичен, из него шли только лишь шахты для беспилотных поездов и трубы полуметровым диаметром к системе фильтрации воздуха. В блоках воздух дополнительно очищали и перемешивали с ароматизатором, выведенным из синтетического цветка, и увлажняли, а далее с помощью больших вентиляторов он отправлялся на улицы города, так что под куполом было даже подобие ветра.

Чарли сел в машину и поехал на место сбора. Заехав на парковку, он увидел, что команда в сборе. Рядом с несколькими металлическими столами стояла одолженная у городского предприятия машина-мойка дорог. Грязи особой на дорогах не было, за редким исключением, так же как и колес, но необходимо было сдувать пыль, опускающуюся сверху, она негативно влияла на воздействие магнитной подушки с дорожным полотном и при большом количестве могла даже заставить автомобиль просто остановиться и перестать двигаться. В таких случаях прилетал беспилотный вертолет-эвакуатор, а ответственному за участок дорог влетало по полной. В частном секторе был обдув дороги с помощью специальной системы, поэтому там таких моек не было, но устанавливать систему во всем городе было бы слишком дорого, и это играло на руку Чарли.

Устройство мойки было таковым, что по обе стороны и спереди от автомобиля мощным потоком исходил воздух, нагнетаемый из труб на крыше кузова грузовика. Своим видом он напоминал чем-то грузовой трак, только без фуры, но с большим прямоугольным нагнетателем позади кабины. Конечно же, мойка была на колесах, в отличие от большинства автомобилей. Воздух из больших труб наверху коробки проходил через нагнетатель и далее следовал по кассете из труб диаметром в три дюйма под углом к дороге. Продувка осуществлялась по бортам авто на участке от передних колес до задних, а спереди под днищем имелась еще одна такая же кассета, распределяющая воздух вперед и в стороны. Именно в одну из таких трубок с левой стороны грузовика Том сейчас монтировал взрывчатку – цилиндрическую колбу восьми дюймов в длину и по ширине трубки в диаметре. Крепилась она на небольшую электромагнитную липучку, Том тихо ругался, потому что было весьма неудобно устанавливать «пулю» в «дуло» и при этом крепить ее с помощью пинцета. Он лежал на спине и смотрел куда-то в глубину трубы.

– Интересно, – сказал Костолом – громила-боксер из банды Чарли со сломанным носом и лысой головой, – если включить наддув, ему выбьет воздухом глаз?

Адольф рассмеялся – этот тип был из немецкой семьи, его деда и бабку закрыли в куполе во время их туристической поездки. Примечательно, что он ничуть не стеснялся своего имени, ведь после случившегося третьего мирового конфликта ядерного масштаба, все уже давно позабыли про Вторую мировую, по сравнению с сегодняшней проблемой это была всего лишь мелкая война зазнавшихся вождей.

– Ты ухом прислонись, может, тебе выдует все то дерьмо, что у тебя в башке накопилось, – в ответ съязвил Том.

Адольф засмеялся еще больше, Костолом ничего не ответил. Его звали Рич. Рич Питерсон. Он с детства занимался боксом в спортивной секции, а в шестнадцать убил своего отчима одним ударом левой, когда тот избил его мать. Отсидев в колонии для несовершеннолетних, он пришел к Чарли. Хоть он и был его ровесником, пять лет в тюрьме сделали его внешность старше и суровей. На плече у него была татуировка – кулак с перстнем в форме креста. За решеткой он только совершенствовал свои навыки и стал профессиональным бойцом уличного стиля. Он часто зарабатывал в подпольных кулачных боях, но в основном трудился на Чарли, играя роль напарника и грубой силы одновременно. Адольф же носил зачесанные набок черные волосы и был ростом под два метра и весом в сто десять килограмм. Он много работал с металлом и был очень силен. Из всех здесь собравшихся он один работал на заводе, это было его прикрытием, к тому же он был заводилой в случае бунта от профсоюза, так что, помимо основного заработка в банде Чарли, три раза в неделю он появлялся на официальной работе. Конечно же, все было согласовано с руководством, так что, не без помощи Эцио, громила имел такие привилегии на официальной работе, как трехдневную рабочую неделю.