Артур Кларк – По ту сторону неба (страница 27)
Ни секунды не медля, капитан связался с машинным отделением и направил лодку на север. Он хорошо запомнил направление, где видел свечение, и предположил, что до места крушения не более двух-трех миль. Хильда, накрывающая почти всю корму лодки, не могла существенно снизить ее скорость, да и в любом случае быстро избавиться от айсберга было нельзя. Капитан велел выключить морозильники, чтобы снять лишнюю нагрузку с дизелей, и приказал полный вперед.
Минут тридцать спустя наблюдатель, вооруженный мощным биноклем ночного видения, заметил что-то на воде.
— Эта штука еще на плаву, — доложил наблюдатель. — Какой-то самолет, это точно — но никаких признаков жизни. И крылья у него, похоже, отвалились.
Не успел он договорить, как его перебил другой наблюдатель:
— Смотрите, шкипер, — тридцать градусов по правому борту! Что это?
Капитан резко развернулся и поднес к глазам бинокль. Он увидел едва выступающий над водой и быстро вращающийся небольшой овальный предмет.
— Ага, — произнес капитан, — боюсь, у нас появилась компания. Это радарный сканер — там еще одна подлодка. — Тут он просиял. — Как знать, может, мы еще сумеем выкрутиться, — сказал он своему помощнику. — Подождем, пока они начнут спасательную операцию, а сами втихаря смоемся.
— Возможно, нам придется нырять и бросить Хильду, — сказал помощник. — Помните, они уже засекли нас радаром. Так что нам лучше сбросить скорость и прикинуться айсбергом.
Доусон кивнул и отдал приказ. Ситуация усложнилась, и в следующие несколько минут могло произойти что угодно. Пока что другая подлодка видела «Марлина» лишь как пятнышко на экране радара, но, едва она поднимет перископ, ее командир начнет выяснять ситуацию. И вся история с айсбергом утратит секретность…
Доусон проанализировал тактическую ситуацию. Лучше всего, решил он, до предела использовать необычный камуфляж. Он отдал приказ, и «Марлин» развернулся кормой в сторону все еще погруженного незнакомца. Когда другая подлодка всплывет, ее командир очень удивится, увидев айсберг, но у Доусона оставалась надежда, что он будет слишком занят спасением самолета и не станет недоумевать из-за Хильды.
Он навел бинокль на разбившийся самолет — и испытал новое потрясение. Это и в самом деле оказался весьма странный летательный аппарат… и как-то он выглядел не так…
— Ну конечно! — сказал Доусон помощнику. — И как же мы сразу не догадались — никакой это не самолет. Это ракета, выпущенная с полигона Какао — видишь, ее поддерживают на плаву надувные мешки? Они надулись после удара о воду, а подлодка ждала в районе падения, чтобы ее подобрать.
Капитан вспомнил, что на восточном побережье Флориды, возле местечка со странным названием Какао на берегу еще более невероятной Банановой реки находится крупный ракетный полигон. Что ж, по крайней мере, жизни мифических летчиков с якобы разбившегося самолета ничто не угрожало, и если «Марлин» затаится, то получит неплохой шанс остаться от всей этой истории в стороне.
Двигатели «Марлина» работали на самом малом ходу, лишь бы лодка не потеряла управление и держалась за укрытием. Хильда была достаточно высока, чтобы скрыть ее выступающую из воды рубку, и с расстояния даже при лучшем, чем сейчас, освещении разглядеть лодку было невозможно. Впрочем, оставалась одна жуткая возможность — другая подлодка могла начать обстрел айсберга просто так, чтобы он не создавал угрозу навигации. Хотя нет… скорее всего она сообщит о нем по радио береговой охране. Пусть это создаст некоторые неудобства, зато не нарушит их планов.
— Вот она! — воскликнул помощник. — Какого она класса?
Оба уставились через бинокли на всплывающую в слегка фосфоресцирующем океане подлодку. Луна уже почти ушла за горизонт, и какие-либо детали разглядеть было трудно. Радарный сканер, как с радостью отметил Доусон, перестал вращаться и теперь был направлен на плавающую ракету. Однако очертания рубки показались ему какими-то странными…
И тут Доусон сглотнул, поднес к губам микрофон и прошептал, обращаясь к своему экипажу:
— Кто-нибудь из вас говорит по-русски?..
Настало долгое молчание, но наконец в рубку поднялся инженер.
— Я немного говорю, шкипер, — сказал он. — Мои бабушка и дедушка приехали с Украины. А в чем дело?
— Взгляни-ка туда, — мрачно предложил Доусон. — Там происходит интересное браконьерство. И думаю, нам надо его остановить…
У Гарри Парвиса есть безумно раздражающая меня привычка прерывать рассказ в самый интересный момент, чтобы заказать еще кружку пива — или, что случается чаще, попросить кого-нибудь принести ему кружечку. Я наблюдал это так часто, что теперь могу уверенно сказать, далеко ли до этого момента, наблюдая за количеством пива в его кружке. Нам пришлось подождать, с трудом сохраняя терпение, пока Гарри не зальет полный бак.
— Если подумать, — задумчиво проговорил он, — то командиру русской подлодки поразительно не повезло. Наверное, его расстреляли во Владивостоке или откуда там он приплыл, потому что какой трибунал поверил бы его рассказу? Если он оказался настолько большим дураком, что рассказал правду, то сказал им примерно так: «Мы всплыли возле побережья Флориды, и тут с какого-то айсберга нам крикнули по-русски: «Извините, но я думаю, что это
Как Доусон и предполагал, русская подлодка, едва там поняли, что их обнаружили, попросту сбежала. А у капитана «Марлина», когда он вспомнил про то, что он офицер запаса и что его долг перед страной важнее обязательств по контракту перед одним из ее штатов, не осталось выбора. Он подобрал ракету, разморозил Хильду и взял курс на Какао — предварительно послав по радио сообщение, поставившее на уши командование ВМФ, которое немедленно выслало в Атлантику эсминцы. Не исключено, что Любопытный Иван вообще не добрался до Владивостока…
Объяснения Доусона с командованием флота оказались не из легких, но полагаю, что подобранная им ракета была настолько важна, что ему не стали задавать слишком много вопросов по поводу частной войны, в которой «Марлин» принимал активное участие. Однако атаку на Майами-Бич пришлось отложить как минимум до следующего сезона. Хочу с удовлетворением отметить, что даже спонсоры проекта, хотя и потеряли немалые деньги, оказались не очень разочарованы. Каждый из них получил почетный диплом, подписанный главнокомандующим флота США, в котором выражалась благодарность за оказанную стране важную, но так и оставшуюся засекреченной помощь. И эти дипломы вызвали такое изумление и зависть всех их лос-анджелесских друзей, что их гордые обладатели не расстанутся с ними ни за что на свете…
Однако я не хочу создавать у вас впечатление, будто проект так и остался незавершенным — американцы так не поступают. Хильда пока пребывает в спячке, но когда-нибудь ее разбудят. Все уже подготовлено и спланировано вплоть до таких мелких деталей, как случайное присутствие съемочной группы из Голливуда на пляже в Майами-Бич в тот день, когда Хильда приплывет из Атлантики.
Поэтому это одна из тех историй, которую я не могу завершить плавной концовкой. Разведка уже состоялась, но главная схватка еще впереди. И знаете, о чем я часто гадаю?
ЧТО ВЗЛЕТАЕТ ВВЕРХ...
Одна из причин, почему я не очень охотно поясняю точное местонахождение «Белого оленя», сводится к тому, что мы, если говорить честно, хотим сохранить его для себя. И вовсе не из-за стремления уподобиться собаке на сене: нам приходится так поступать из чистой самозащиты. Ведь едва разнесется слух, что где-то регулярно собираются ученые, издатели и писатели-фантасты, туда немедленно нагрянет толпа пренеприятнейших гостей. Авторы новых теорий устройства Вселенной, некие личности, «очистившиеся» с помощью дианетики (интересно, а как они выглядели до того?), дамы с пронзительным взором, впадающие в транс ясновидения после четвертого стаканчика джина — это лишь наименее экзотичные представители племени чудаков и зануд. Однако страшнее «тарелочников» нет никого: если не считать нанесения телесных повреждений различной тяжести, средства избавиться от них до сих пор не изобретено.
И вот в один из черных дней некий известный проповедник религии тарелочников обнаружил наше убежище и с радостными воплями спикировал на нашу беззащитную компанию. Здесь, очевидно решил он, самая благодатная обстановка для его миссионерской деятельности. Людей, которые уже интересуются космическими полетами и даже пишут об этом книги и рассказы, будет совсем нетрудно обратить в свою веру. Он открыл свой черный чемоданчик и извлек свеженькую стопку тарелкианы.
То была впечатляющая коллекция, скажу я вам. Нам показали интересные фотографии летающих тарелок, сделанные астрономом-любителем, живущим совсем рядом с Гринвичской обсерваторией, чья не знающая отдыха камера запечатлела такое поразительное разнообразие инопланетных космических кораблей всех форм и размеров, что оставалось лишь диву даваться, за что получают зарплату работающие по соседству профессионалы. Затем он прочел нам длинное повествование одного джентльмена из Техаса, буквально на днях по-соседски поболтавшего с экипажем тарелки, устроившим пикничок по дороге на Венеру. Похоже, языковых проблем для него не возникло: всего десяти минут общения на языке жестов ему хватило, чтобы перейти от уровня «Я — человек. Это — Земля» к весьма эзотерической информации об использовании четвертого измерения в космических путешествиях.