Артур Хант – Москва 2045 (страница 3)
После того как все было готово, Ирина вздохнула, посмотрела на квартиру, которая была их оплотом все последние месяцы. Каждый уголок, каждый предмет напоминал о днях, проведенных здесь. Сейчас всё это оставалось позади. Она глубоко вздохнула, подошла к двери, открыла её и вышла, решительно захлопнув за собой. На мгновение ей захотелось обернуться, но она сдержалась.
Ирина, крепко держа Даниила в слинге, медленно направилась к пожарной лестнице, которая находилась в конце длинного, мрачного коридора. Квартиры соседей стояли открытыми, зияющими пустыми проемами. Ветер завывал в коридорах многоэтажки, создавая жуткую, почти призрачную музыку, которая эхом отдавалась в пустоте заброшенного здания. Она проходила мимо этих открытых дверей, и каждая из них напоминала ей о бесповоротности принятого решения уйти.
Она начала спускаться вниз, держась за холодное металлическое перила лестницы. С каждым шагом она ощущала, как уверенность в своем решении смешивается с тревогой за будущее. Их квартира находилась на двенадцатом этаже, и предстояло долго спускаться вниз. Когда Ирина достигла десятого этажа, в её голову внезапно закралась тревожная мысль.
"А как же бабушка на пятнадцатом этаже?" – вспомнила она. Эта женщина в возрасте, которую Ирина всегда называла на "Вы", жила одна, не имея ни родных, ни друзей поблизости. Ирина знала, что бабушка имеет некоторые припасы, возможно, даже больше, чем могла бы использовать сама, но без помощи она не смогла бы долго продержаться. Ирина остановилась, опершись спиной о холодную стену. Страх за собственное благополучие и благополучие её маленького сына боролся в ней с чувством долга перед одинокой старушкой. "Как я могу оставить её умирать одну?" – пронеслось в её голове. Вдруг весь страх и неуверенность, который она испытывала ранее, отступили перед этим внезапным порывом сострадания. Решив, что не может оставить бабушку на произвол судьбы, Ирина повернулась и направилась обратно вверх по лестнице. Каждый шаг давался ей с трудом, ведь усталость от многих месяцев беспокойства и нехватки полноценного питания сказывалась всё сильнее.
Достигнув пятнадцатого этажа, Ирина задержала дыхание, подготовившись к встрече. Она медленно постучала в дверь нужной квартиры. Сердце колотилось в ожидании ответа, каждый удар напоминая о риске, который она приняла, возвращаясь сюда. В тишине, разрезаемой лишь звуками ветра, казалось, время остановилось. Ирина подождала, надеясь услышать в ответ голос. В тяжелом ожидании ответа Ирина вновь стучала в дверь бабушкиной квартиры, на этот раз громче. Звук стука гулко разносился по пустому этажу, усиливая ощущение мрачной пустоты заброшенного здания. С каждым ударом её сердце сжималось от беспокойства. Снова последовала лишь гробовая тишина.
Ирина задержала дыхание и медленно повернула дверную ручку, проверяя, не заперта ли дверь. Дверь поддалась, скрипнув, и слегка приоткрылась. Ирина осторожно толкнула её, и дверь распахнулась, высвобождая в коридор струйку света из квартиры. Даниил, всё это время тихо сидевший в слинге у Ирины на груди, тоже замер, чувствуя напряжение своей матери. Малыш смотрел на неё широко раскрытыми глазами, полными вопросов и недоумения. Ирина вошла в полумрак коридора.
– Бабушка, вы здесь? – окликнула она, надеясь услышать хоть какой-то ответ. Но тишина стала единственным ответом. С каждым шагом вглубь квартиры её тревога усиливалась. Сначала она заглянула в гостиную. В полумраке комнаты мебель выглядела как наброски на картине – очертания стульев и дивана плавно сливались с тенями. Никого.
Затем она направилась к кухне. Свет из окна слабо освещал комнату, и Ирина едва различала контуры предметов. Когда она вошла, её взгляд упал на пол, и сердце в её груди замерло. Там, на кафельном полу кухни, лежала старушка на животе, а рядом с головой – расплывшееся темно-багровое пятно. Ирина инстинктивно зажала рот руками, чтобы сдержать крик. Сердце Ирины колотилось так сильно, что каждый удар казался эхом, разносящимся по всей квартире. В воздухе висела тяжёлая атмосфера страха и тревоги. Она старалась максимально сдерживать свои эмоции, чтобы не напугать маленького Даниила, который, казалось, чувствовал напряжение матери и внимательно наблюдал за ней своими большими, испуганными глазами. Осторожно, словно боясь нарушить зловещую тишину, Ирина наклонилась над телом старушки. В затылке женщины зияла рваная дыра – ужасающее свидетельство насильственной смерти. Похоже, рана была нанесена чем-то тяжёлым и острым, возможно, маленьким топориком или молотком. От увиденного Ирина едва сдерживала приступ рвоты; ей пришлось прикрыть рот рукой, чтобы собрать себя и не поддаться панике.
Тяжесть момента усугублялась осознанием того, что убийство произошло здесь, в этом самом здании, возможно, на этом же этаже. "Убили… Кто мог это сделать? А что, если убийца все еще здесь? В соседней квартире или где-то поблизости?" – мысли судорожно метались в её голове. Внезапно Ирина вспомнила о жутком вопле, который разбудил её утром. Этот звук, который тогда показался ей лишь страшным сном, теперь обретал зловещие очертания реальности.
"Дура, дура," – укоряла она себя про себя, обвиняя в недостатке бдительности. Как она могла забыть тот вопль? Как могла не соединить его с опасностью раньше? Она была так поглощена своими раздумьями о будущем, что упустила очевидные признаки угрозы рядом.
Теперь, стоя в полумраке кухни рядом с телом старушки, Ирина чувствовала, как холодок пробегает по её спине. В каждой тени, в каждом шорохе, казалось, таится потенциальная опасность. Ситуация требовала немедленных действий. Она не могла больше задерживаться здесь, осознавая, что каждая минута повышает риск столкнуться лицом к лицу с убийцей.
Ирина, пытаясь сохранять хладнокровие после шокирующей находки, начала медленно отступать из квартиры старушки. Её ноги казались свинцовыми, каждый шаг давался с трудом. Когда она вышла в коридор, страх и адреналин взяли верх. Внезапный порыв, желание как можно скорее оказаться подальше от этого места смерти и опасности, заставил её броситься к лестнице. В спешке Ирина не заметила консервную банку, используемую как пепельницу, которая стояла на одной из ступенек пожарной лестницы. Столкнувшись с ней, она пошатнулась, а банка с грохотом покатилась вниз по металлическим ступеням, разбрасывая окурки. Звук был громким, отдаваясь в пустоте заброшенного здания. Сердце Ирины заколотилось ещё сильнее, когда она, не останавливаясь, продолжила бег.
Она бежала, едва касаясь ступенек, словно летела сквозь сумрак, пролетая этаж за этажом. Вниз, всё вниз, пока воздух в легких не начал заканчиваться, а мышцы не заболели от напряжения. Ругательства срывались с её губ несмотря на попытки держать себя в руках, каждое слово отдавалось эхом по лестничной клетке.
На втором этаже Ирина, наконец, остановилась, опираясь руками на колени и глубоко дыша. Она старалась восстановить дыхание, каждый вдох был тяжелым и острым. Даниил, все это время плотно прижатый к ней в слинге, плакал. Его испуганные всхлипы пронзали её сердце, заставляя чувствовать себя ещё более уязвимой и одинокой. Она прижала его к себе крепче, шепча успокаивающие слова и поглаживая по спине, пытаясь передать ему своё тепло и защиту. Ирина огляделась вокруг, осматривая мрачный, пустой лестничный пролёт второго этажа. Она знала, что должна продолжать движение. Убедившись, что Даниил хорошо закреплён, и с новыми силами направилась к выходу из здания.
Ирина осторожно спустилась на первый этаж. В коридоре было тихо, только их шаги отзывались эхом в пустом пространстве. Воздух внутри был затхлым и пыльным, ведь окна были плотно заколочены досками. Жильцы этого дома старались сохранить не только имущество, но и обеспечить себе хоть какую-то защиту от мародеров, чье присутствие в городе стало обыденностью. Вся обстановка вокруг была покрыта толстым слоем пыли, который оседал на мебели, окнах и даже на стенах, создавая печальное ощущение забвения и заброшенности. Ирина прошла к главной входной двери, где ее ожидания тут же обернулись разочарованием. Металлическая дверь была надежно закрыта. Она потянула ручку несколько раз с надеждой, что она поддастся, но дверь не шелохнулась.
Стремление покинуть это мрачное место усилилось, и она вспомнила о аварийном выходе, который располагался в противоположном крыле здания. Повернув за угол, Ирина ускорила шаг, стремясь как можно быстрее добраться до выхода. Даниил в слинге начал шевелиться, ощущая напряжение своей матери. Подходя к аварийному выходу, Ирина замерла от неожиданности. Из темноты, как призрак, возник силуэт человека, который медленно двигался к ней, перекрывая свет, сочившейся от двери ведущей на улицу. Её сердце снова забилось в тревожном ритме, и на мгновение казалось, что весь её путь к свободе окончательно перекрыт.
Фигура в темноте становилась всё ближе, и Ирина могла различить, что это был мужчина. Его одежда была потрепанной, в руке он держал что-то длинное и темное, возможно, какой-то инструмент или оружие. Ирина почувствовала, как страх подступает к ней.
– Кто вы? – едва слышно спросила Ирина, стараясь сдерживать дрожь в голосе. Её руки инстинктивно обняли Даниила, готовясь к худшему. Мужчина остановился, и его силуэт немного рассеялся в слабом свете, проникающем из-за его спины.