Артур Гедеон – В зеркале Фауста (страница 51)

– Вот она, обещанная оргия после сеанса мага, – глядя на хаос внизу, заметил Крымов. – Только совсем не эротического характера. Я и не мог предположить такого.

– Пора уходить, – сказал Долгополов. – Они скоро поймут, за кем нужно охотиться. За теми, кто устроил им это представление. Тут и начнется свалка.

– Они никого не найдут, как и мы, – констатировал Крымов. – Сцена пуста – маги исчезли. Испарились, растаяли в воздухе. Может, мы еще кого застанем?

– Нам еще в гардероб надо.

Они бросились вниз. Долгополов на кривых старческих ножках бежал едва ли не впереди спортсмена Крымова. Вестибюль пустовал, по нему таскались несколько поддатых молодых людей. Один пил из горлышка шампанское – это был тот самый придурок, что нахамил Антону Антоновичу вначале.

– М-м! М-м! – замычал он, тараща на старика глаза.

– Чего мычишь, дурила? – спросил у него обидчик.

Этот вопрос прозвучал тем более оскорбительно, что обоим была известна природа немоты наглеца. Но со слухом у него все было в порядке. Поэтому он тут же замахнулся и запустил бутылкой в Долгополова.

Тот, несмотря на возраст, ловко увернулся.

– Три недели! – выставив руку вперед, страшным голосом сказал Антон Антонович и махнул Крымову. – Уходим!

Когда они поспешно вышли на улицу, где шел мокрый весенний снег, залепляя все пространство огромными хлопьями, то увидели, как в большой черный автомобиль садятся маг Хан Барбакан и его ассистентка. Как видно, Тифон уже был за рулем.

Но ассистентка Лола успела что-то почувствовать и оглянулась – и увидела на парадном крыльце клуба старичка в пуховике и Крымова в теплом кожаном пальто. Она усмехнулась, поцеловала ладонь в перчатке и чувственно сдунула поцелуй в сторону двух преследователей. Крымов даже не сомневался, что этот поцелуй она послала ему, старому доброму знакомому по давним приключениям.

– И где ваш револьвер с серебряными пулями? – спросил Долгополов. – Чтобы пальнуть по врагу?

– Там же, где и ваш, – ответил детектив. – В гостинице.

– Вот и я о том же, Андрей Петрович. Мы опять на шаг позади. А могли бы устроить недурную перестрелку прямо на Комсомольском проспекте в центре Москвы. Увы, не вышло. Едем в гостиницу, вызвоним Кирюшу Разумовского и переформируем наши полки. Нам нужен новый план!

3

Герцог Карл III де Бурбон пил вино в походном шатре у южного подножия Альпийских гор и смотрел на открывавшуюся перед ним в утренней весенней дымке бескрайнюю Северную Италию, поделенную на десятки враждующих государств.

Карл де Бурбон переживал не лучшие времена в своей жизни. Вельможа королевских кровей, принц, коннетабль Франции, удачливый полководец, политик, рыцарь, кондотьер, авантюрист, заговорщик – как его ни назови, все попадешь в точку! Он сделал отличную карьеру при французских королях Людовике Двенадцатом и Франциске Первом, но пока он воевал во имя их интересов за пределами государства, враги оклеветали его при дворе и решили лишить законных прав на земли в самом государстве. Карл де Бурбон оказался против. Он организовал заговор против короля, но был раскрыт и бежал за границу. Тогда он пошел на службу к испанскому императору Карлу V Габсбургу и повел его войска уже против французов. Завоевал ряд южных городов, объявил себя графом Прованским, решив пополнить армию, продал фамильные драгоценности и нанял немецких головорезов-ландскнехтов. В недавней битве при Павии с помощью мушкетного огня испанцы императора разбили французов и взяли в плен их короля Франциска. Теперь союзная армия решала, куда ей двинуть стопы дальше. Бурбон так и совсем извелся – каждый новый день простоя разорял его.

Нужна была хорошая драка, как воздух нужна!

Два года назад переменчивый папа Климент VII Медичи переметнулся на сторону Франции и Венеции и теперь стал врагом испанского императора Габсбурга.

И теперь наказать папу мечтали многие!

В эти весенние дни 1527 года Северная Италия бурлила, как похлебка из потрохов на самом большом огне. И что получится из этого варева, что за суп? Поваров было несколько, и он, Карл III де Бурбон, стоял одним из первых на чертовой итальянской кухне. Может быть, даже первым, наиболее знаменитым и самым непредсказуемым поваром.

Он чувствовал, что готов совершить что-то грандиозное. Самое грандиозное в своей жизни. Но никак не решался сделать этого шага. После всех потерь и побед он почувствовал ступор. Ему нужен был толчок. Вино, яства, две прекрасные юные итальянки, приведенные к нему на ночь и сейчас спавшие под одеялами на его ложе, только расслабляли Карла. Грезы о золоте, которым полнились итальянские города, будоражили воображение, но этого было мало. Хотелось большего! И когда это желание стало таким страстным, что он готов был взвыть волком, у его шатра появился адъютант.

– Ваша светлость, к вам посетитель.

– Кому еще не спится, кроме меня, в такую рань?

– Граф Джованни де Фаустино, – сказал адъютант.

– Не знаю такого. Что ему нужно?

– Он сказал, что откроет этот секрет только вам.

– Секрет? Забери у него оружие и впусти.

И почти тотчас перед шатром появился изящный сеньор в черном кафтане и черном берете. Шпаги и кинжала у него не было – их временно забрали.

– Боитесь наемных убийц, ваша светлость? Правильно делаете. Граф Джованни де Фаустино к вашим услугам, – поклонился он. – Из Мантуанского рода.

– Что вам угодно? – спросил Карл де Бурбон.

– Ваше прекрасное войско стоит без дела уже две недели, насколько я знаю. А каждому наемнику нужно платить каждый божий день.

– А вам-то какое дело до этого, граф?

– Причина того, что вы стоите без дела, мне хорошо известна. Вы лично надеялись на счастливую войну, а получили несчастливый мир. Разбитая Франция пошла на попятную, ее короля выкупили из испанского плена, император получил в награду Бургундию, Фландрию и Артуа. Но французы тотчас сколотили Коньякскую лигу и объединили Венецию, Милан, Флоренцию, Англию и даже Геную под своим флагом. Но кто стал их верховным духовным вождем? Папа Климент VII из рода Медичи. Рим принял сторону Франции и союзников. А знаете, ваша светлость, что сказал недавно император Карл V Габсбург, которому мы все имеем честь служить, про папу? Находясь в походе, возможно, вы этого не слышали, но…

– Что он сказал про него? – перебил герцог своего гостя.

– Он сказал при всех, цитирую дословно: «Наш папа не пастух – он волк в овечьей шкуре! А теперь уже и шкуру сбросил! Клянусь, если у нас будут такие папы, я перейду в лютеранство!»

Карл де Бурбон уже смеялся в голос. Его громкий смех разбудил двух девушек на ложе под одеялами, они подняли головы, но, увидев чужака, нырнули обратно под одеяла.

– Так и сказал?

– Ушей было немало, кто слышал его величество.

– Но что он хотел сказать этой фразой?

– Выйдите из шатра, ваша светлость, прошу вас, – попросил гость.

Полководец поставил кубок на столик, поднялся с походного стула и вышел из шатра. Его гость обвел рукой землю, лежавшую перед ними.

– Италия, она прекрасна, не так ли? Весенняя Италия!

– Это так, да…

– У вас лучшее войско в Европе. Вы сможете в три перехода оказаться у стен Вечного города, ваша светлость. И если кто-то осмелится преградить вам путь, вы сметете этих недоносков одним махом. Но никто не успеет собрать армию, поэтому вы летящей стрелой, выпущенной из тугого арбалета, прошьете это пространство. А там как выйдет. Пусть папа откупится – и те деньги, которые он отдаст вам, пойдут на благо императора и вашей армии. А не в пользу Коньякской лиги. А средства, которые хранятся в Риме, почти безграничны.

– Какой опасный совет, – пробормотал Карл де Бурбон, но было видно, что тема уже увлекла его.

Он вдруг разом увидел цель этого похода. Вот почему он шел сюда, занимая североитальянские города. Вот почему он остановился в этих предгорьях Альп, вот почему каждый божий день так жадно смотрел на юг – там была его цель! Просто ему самому не хватало духу озвучить ее. Потому что такого полководцы не делали уже долгие столетия. Поход на Рим!

– Только собраться нужно прямо сегодня, а выступить завтра на заре, пока никто не ожидает, – молвил граф Джованни де Фаустино. – Мы спустимся с предгорий и войдем в Северную Италию, а через три дня будем у стен Рима.

– А если папа нам откажет в контрибуции?

– Тогда пусть наш понтифик пеняет на себя, ваша светлость, – поклонился знаменитому полководцу граф и неожиданно рассмеялся: – И да поможет ему Бог!

6 мая 1527 года объединенная армия под командованием герцога Карла де Бурбона стояла под стенами Рима. Немецких ландскнехтов возглавлял Георг фон Фрундсберг, итальянских пехотинцев – Ферранте Гонзага, конницу – принц Оранский. Папа Климент отказался платить выкуп, надеясь на стены Вечного города и скорую подмогу.

Но в эти часы в стан де Бурбона пришли две весточки, и обе принес его новый друг и соратник – находчивый граф Джованни де Фаустино.

– Ваша светлость, мои люди держат нос по ветру. Первая весточка из Флоренции – там началось восстание против Медичи. Понтифик послал в родной город на подмогу своей родне большую часть защитников Рима. Вторая весточка из самого Рима – там осталось всего пять тысяч солдат, готовых держать оружие во славу понтифика, плюс его швейцарская гвардия, несколько сот человек. Промедление погубит нас и спасет Климента.