Артур Гедеон – Царь ледяной пустоши (страница 40)

– Давайте-ка вначале долетим назад, а там видно будет.

2

Напористая и неприхотливая «Нива», за рулем которой сидел Крымов, мчалась на юго-восток – в сторону Ледяной пустоши.

Долгополов доставил ее лично со словами:

– Дали подержаться. Если мы ее убьем, придется отдать им ваш «Форд».

– Щедро, – ответил Крымов. – Другого я и не ожидал. А кто дал?

– Добрые люди, – ответил Антон Антонович. – Которых, как известно, на свете очень много.

Кассандра к ним подсела по дороге, собранная, готовая к бою. Но с коллегами очень миролюбивая, особенно по отношению к Антону Антоновичу. Наконец, от него зависело, поедет она с ними или нет. И он дал добро. Как обычно, девушку отправили на заднее сиденье.

– Это вездеход, – просветил старик их спутницу, – в обиду не даст.

«Нива» была двухдверной.

– У моего дяди была такая. За грибами ездили. Я любила спать на заднем сиденье.

– Видишь, не привыкать.

– Ага. Если загорится, я даже вылезти отсюда не смогу, – запертая со всех сторон, посетовала журналистка.

– Это да, – согласился Долгополов. – Шансов не будет.

Осенью смеркается рано, а ночь накатывает так быстро, что и приготовиться не успеешь. Было совсем темно на этой пустынной трассе, встречные автомобили возникали редко и быстрыми кометами пролетали мимо, иногда попадались встречные грузовики – фуры и самосвалы, – слепя фарами еще издалека, а потом проносясь с оглушительным ревом.

Крымов уже давно заметил, что за ними следует яркий свет одинокой фары – он не отдаляется и не приближается. Это, несомненно, был мотоцикл.

– Черт, кто это нас преследует? Что еще за ночной спутник?

Кассандра поспешно обернулась:

– Да, правда. А он точно за нами едет, Андрей?

– Точно.

– Давно его заметили? – хитро спросил Долгополов. – Этого преследователя?

– Да уже прилично. Нам стоит его опасаться?

– Надеюсь, что нет, – откликнулся бодрый старик. – Просигнальте и припаркуйтесь на обочине.

– Серьезно?

– Да, так надо.

– И кто это, Антон Антонович? – спросил детектив.

– Сейчас сами увидите.

– Ладно, поверю на слово. Любите вы сюрпризы.

Крымов подал световой сигнал и, сбавляя скорость, стал медленно съезжать на обочину. В считаные секунды мотоцикл догнал их, фара ослепила смотревшую назад Кассандру, девушка отвернулась, и вот уже их преследователь остановился сзади шагах в тридцати. За рулем сидел стройный водитель в черном костюме, черном сверкающем шлеме и перчатках-крагах. Опустив подножку и ловко перебросив ногу, водитель спешился и снял маску. В задних огнях вспыхнули длинные золотистые волосы. Наездница тряхнула головой, солнечно, но очень сдержанно улыбнулась. Ее безупречность во всем даже насторажи-вала.

– Ого, – глядя назад, не удержалась от реплики Кассандра. – Ничего себе. Ваша дочка, Антон Антонович? На Клаву Шиффер похожа. Или внучка? Или подружка?

– Моя племянница, – пробурчал Долгополов.

– Глазам не верю, – вырвалось у Крымова. – Я такого не ожидал.

– А зря, именно такого и надо было ожидать в сложившейся ситуации, – заметил Антон Антонович.

– Только не дерзи ей, девочка, – убедительно попросил Крымов. – Я серьезно и я настаиваю. У нее отличное чувство юмора, но она не совсем обычный человек.

– Что это значит?

Водитель, а это была совсем молодая девушка, подхватила шлем под мышку и двинулась к ним. Кряхтя, из машины выполз Антон Антонович и, ковыляя, поспешил назад.

– Да кто она, Андрей? Топ-модель?

– Что-то вроде того, – Крымов открыл дверцу, – но не совсем здешняя топ-модель. Короче, будь предельно вежлива и осторожна. Помни главное – она наш союзник и друг. Пошли!

Они вышли и двинулись вслед за Долгополовым. На подходе услышали:

– Здравствуй, Алиса. – Долгополов обернулся. – Андрея Петровича представлять тебе не надо – вы уже знакомы, и даже работали вместе, однажды он был твоим шофером.

Алиса обворожительно улыбнулась:

– О да, была бы я другой, влюбилась бы в этого героя.

– Привет, – скромно вскинув руку, кивнул Крымов.

– Привет, мой герой.

Фары с двух сторон хорошо освещали их компанию.

– Как оно там, в Небесной канцелярии? – как ни в чем не бывало спросил детектив у красотки.

– У нас всегда солнечно, господин Крымов, – ответила ночная путешественница.

– Завидую.

– Не завидуй – на земле тоже неплохо. Страсти кипят. Волнуется житейское море. Не заскучаешь.

– Ничего не понимаю, – покачала головой Кассандра. – Какой-то птичий язык у вас. Видимо, так и нужно.

– А это Кассандра Лопухина, наша помощница, – представил их спутницу Антон Антонович. – Уникум в своем роде.

– Мы знаем о тебе, девочка, – улыбнулась Алиса. – Здравствуй, милая. Знаем и следим за тобой. – Она говорила так, как будто была не ровесницей Кассандры, а на тысячу лет ее старше. – Пока что нам остается только удивляться твоей сноровке, смелости и силе воли.

– Здрасьте, – кивнула журналистка, – очень приятно. А кто это «мы»?

– В двух словах так и не ответишь. Уверена, мужчины тебя просветят, когда сочтут нужным.

– Просветим, – кивнул Долгополов.

Кассандра интуитивно поняла, что перед ней кто-то не совсем обычный. Или совсем необычный. Кажется, мотоциклистка имела все основания говорить с ней именно таким образом. Свысока и по-дружески одновременно. Хотелось отпустить колкость, но предостережению Крымова стоило внять и вести себя скромно.

– Алиса, главный вопрос, как ты сможешь помочь нам, если ситуация будет безвыходная? – спросил Долгополов.

– Антон Антонович, вы знаете, что способно разрушить торнадо?

– Другой торнадо?

– Вы недалеки от истины. Если это хтоническое существо, этот проклятый демон имеет способность обращаться в вихрь и улетать куда ему вздумается, его надобно чем-то огорошить, развеять его структуру, надо изловчиться и нанести удар первым.

– И ты уверена, что моих способностей хватит? – спросил Долгополов явно с сомнением.

– Я очень надеюсь на это.

– А почему Богу не ударить в него молнией, Алиса? – напрямую спросила Кассандра. – Прямо с небес? Бабах – и нету подлеца. Небеса сожгли несчастную Агафью, так почему бы им не расправиться так же с этим батькой Кучерёмом?

– Остра на язык ваша Кассандра, да и имя ей под стать. – Алиса взглянула на девушку. – Агафья искала свою судьбу и нашла ее. Это не было ни самоубийство, ни убийство, это было ее жертвоприношение, ее плата. Не всякому человеку дано это понять.

– А так хочется…