Артур Эдвард Уэйт – Жизнь алхимических философов (страница 7)

Учитывая материю камня, а также необходимый сосуд, процессы, которые затем должны быть предприняты для завершения magnum opus , описаны с умеренной ясностью. Есть Прокаливание или очищение камня, в котором вид обрабатывается видом в течение философского года. Есть Растворение, которое подготавливает путь к застыванию и которое выполняется во время черного состояния таинственной материи. Оно выполняется водой, которая не смачивает руку. Есть Разделение тонкого и грубого, которое должно быть выполнено посредством тепла. В Соединении, которое следует, элементы должным образом и скрупулезно объединяются. Затем происходит гниение,

«Без этого шеста ни одно семя не может размножиться».

Затем в последующем Застывании появляется белый цвет, что является одним из признаков успеха. Он становится более выраженным в Цибации. В Сублимации тело одухотворяется, дух становится телесным, и снова становится видна более сверкающая белизна. Последующая ферментация фиксирует алхимическую землю и воду и заставляет мистическое лекарство течь как воск. Затем материя дополняется алхимическим духом жизни, и Возвышение философской земли достигается путем естественного очищения ее элементов. Когда эти процессы будут успешно завершены, мистический камень пройдет через три главные стадии, характеризующиеся различными цветами: черным, белым и красным, после чего он будет способен к бесконечному умножению, и при проецировании на ртуть он полностью ее трансмутирует, получившееся золото выдержит все испытания. Используемые неблагородные металлы должны быть очищены, чтобы гарантировать успех операции. Процесс изготовления серебра по сути аналогичен, но ресурсы материи не доведены до столь высокой степени.

Согласно «Комментарию к Древней Войне Рыцарей», трансмутации, совершаемые совершенным камнем, настолько абсолютны, что не остается и следа от первоначального металла. Однако он не может ни уничтожить золото, ни возвысить его до более совершенного металлического вещества; поэтому он превращает его в лекарство, в тысячу раз превосходящее любые достоинства, которые можно извлечь из него в его вульгарном состоянии. Это лекарство становится самым мощным средством в возвеличивании неблагородных металлов.

Среди побочных свойств совершенного минерального агента – превращение кремней в драгоценные камни, но изготовление золота и драгоценных камней обычно объявляется наименьшей из философских тайн, поскольку дух, который сообщает таинственной prima materia великого и возвышенного произведения, может быть по-разному использован и приспособлен для достижения абсолютного совершенства во всех «свободных науках», обладания «всей мудростью природы и вещами более тайными и необычайными, чем дар пророчества, который, как утверждают Разис и Боно, содержится в красном камне».

Гебер

Первым и, согласно общему мнению герметических авторитетов, принцем тех алхимических адептов, которые появились в христианскую эру, был знаменитый Гебер, Джиабер или Йебер, чье настоящее имя было Абу Мусса Джафар аль Софи, и который был уроженцем Хамана в Месопотамии, согласно более вероятному мнению. Он также, как говорят, был греком, испанским арабом, родившимся в Севилье, и персом из Туса. Роман представляет его как просвещенного монарха Индии. Согласно Абулфеде, он процветал в восьмом веке, но также предполагались более поздние и более ранние периоды. Его жизнь погружена в безнадежную неизвестность; но его эксперименты с металлами, предпринятые с целью открытия их составных элементов и степеней их плавкости, привели его к многочисленным открытиям как в химии, так и в медицине, включая суроксидированный хлорид ртути, красный оксид ртути и азотную кислоту. «Именно так герметическая философия дала начало химии», – пишет один из авторов « Biographie Universelle» , – «и репутация Гебера прочно укрепилась не благодаря его поискам невозможной химеры, а благодаря открытию им истин, основанных на реальном опыте».

С характерной для Средневековья расточительностью арабскому адепту приписывают не менее пятисот трактатов. Предполагается, что они охватывали весь круг физических наук, включая астрономию и медицину. От всех этих колоссальных достижений сохранилось сравнительно немного фрагментов. Кардано включил их автора в число двенадцати самых проницательных умов всего мира, а Бурхаве отзывался о нем с уважением и почтением в своих знаменитых Institutiones Chemicæ . По словам М. Хёфера, он заслуживает того, чтобы быть поставленным на первое место среди химиков и алхимиков, процветавших до Ван Гельмонта. «Он – оракул средневековых химиков, которые часто ничего не делали в своих трудах, а буквально воспроизводили своего учителя. Гебер для истории химии – то же, что Гиппократ для истории медицины».

Имя Гебера носили или принимали несколько писателей, живших после герметического адепта; таким образом, немногие сохранившиеся факты, касающиеся его жизни, были по-разному искажены, и книги более позднего времени и меньшей ценности ложно приписывались ему. Астрономический комментарий к Syntaxis Magna Птолемея в девяти книгах должен быть включен в это число. Это работа двенадцатого века, как может быть доказано внутренними доказательствами.

Сохранившиеся труды Гебера, по большей части, на латыни, и все они открыты для более или менее обоснованных подозрений. Говорят, что в библиотеке в Лейдене есть несколько арабских рукописей, которые никогда не переводились, и есть одна в Императорской библиотеке в Париже, вместе с Fragmentum de Triangulis Sphæricis , которая до сих пор не напечатана. Наиболее полное издание Гебера – это издание Данциха, опубликованное в 1682 году и воспроизведенное в Сборнике Мангетуса.6 Первой по важности среди трудов арабского адепта следует считать его «Сумму совершенства» – Summæ Perfectionis magisterii in suâ naturâ Libri IV. Следующим по ценности является трактат под названием De Investigatione perfectionis Metallorum с его Заветом и трактатом о строительстве печей.

*****

«Сумма Совершенства, или Совершенный Магистерий» претендует на то, чтобы быть компиляцией из трудов древних, но за сомнительным исключением псевдо-Гермеса, мы не знакомы ни с одним алхимическим автором до предполагаемого периода Гебера. Знание природных принципов объявляется необходимым для успеха в искусстве. Естественные принципы в работе природы – это могущественный дух и живая или сухая вода. Расположение философской печи и vas philosophorum четко описано; последний представляет собой круглый стеклянный сосуд с плоским круглым дном и имеет несколько сложных устройств. Однако в заметке на полях говорится, что его описание трудно понять. Среди всех неясностей трактата совершенно ясно, что он касается металлов и минералов. Свойства серы, ртути, мышьяка, золота, серебра, свинца, олова, меди, железа, магнезии, лютеция, маршазита обсуждаются таким образом, что невозможно установить аллегорию или истолковать слова автора иначе, чем в физическом смысле.

Расис

Разес, или Раси, чье настоящее имя было Мохаммед-Ибн-Сечарджа Абубекр Арраси, был знаменитым арабским врачом и химиком, родившимся около 850 года в Рее в Ираке, на границе Хорасана. В юности он был страстно предан музыке и легкомысленным развлечениям; он не начал изучать медицину, пока ему не исполнилось тридцать лет, но вскоре он превзошел, как в мастерстве, так и в знаниях, всех врачей своего времени. Он посвятил себя с равным рвением философии, как говорят, путешествовал в Сирию, Египет и даже в Испанию и последовательно руководил знаменитой больницей в Багдаде и еще одной в своем родном городе. Он был от природы добрым и щедрым и посвятил себя служению бедным. Его восточные панегиристы называют его имамом среди ученых своего времени, а западные писатели описывают его как Галена арабов. Благодаря своему усердному вниманию к многочисленным разновидностям болезней он получил прозвище экспериментатора или опытного. Говорят, что он написал не менее двухсот двадцати шести трактатов. Некоторым из них Авиценна был во многом обязан, и даже в Европе он оказал значительное влияние, поскольку его труды по медицине были основой университетского преподавания вплоть до семнадцатого века.

Из двенадцати книг по химии, приписываемых Разису, несколько, вероятно, поддельные, и лишь немногие были напечатаны. Он был убежденным сторонником трансмутации металлов и, составив трактат на эту тему, лично представил его Эмиру Аль-Мансуру, принцу Хорасана, который был весьма рад и приказал выплатить автору тысячу золотых в качестве вознаграждения. Однако он желал стать свидетелем изумительных экспериментов и плодовитых золотоносных результатов, которыми изобиловала работа. Разис ответил, что его возвышенное любопытство, несомненно, будет удовлетворено, если он предоставит необходимые инструменты и материалы для завершения magnum opus . Эмир согласился; ни усилий, ни расходов не жалели на предварительные приготовления, но когда пришло время, адепт потерпел неудачу в своем исполнении и был жестоко избит по голове разъяренным властителем бесполезным алхимическим трактатом. В то время Разис был уже стар, и некоторые утверждают, что именно это насилие стало причиной его последующей слепоты. Он умер в нищете и безвестности, что, как предполагается, не опровергает его обладание мощным металлическим лекарством. Дата его смерти неизвестна, но, вероятно, это произошло в 932 году.