Артур Дойль – Знак четырех (страница 35)
«Да, сэр», – отвечаю я и придвигаю ему стул.
«Прежде служили у «Коксона и Вудхауса»?»
«Да, сэр».
«А теперь взяты в штат «Мосона»?»
«Совершенно верно».
«Ну, – говорит он, – суть в том, что я слышал поистине поразительные отзывы о ваших финансовых способностях. Помните Паркера, управляющего «Коксона»? Так он только о них и говорил».
Конечно, мне было приятно услышать такое. В конторе я, правда, лицом в грязь не ударял, но и представить себе не мог, что обо мне так лестно отзываются в Сити.
«У вас хорошая память?» – спрашивает он.
«Недурная», – отвечаю я скромно.
«Вы следили за рынком, пока оставались не у дел?» – спрашивает он.
«Да. «Биржевые известия» читаю каждое утро».
«Что указывает на истинное призвание! – восклицает он. – Вернейший путь к благосостоянию! Вы не против, если я вас попроверяю? Дайте-ка подумать. Курс «Эйршаров», например?»
«Между ста шестью с четвертью и ста пятью с семью восьмыми», – ответил я.
«А «Новозеландские консолидированные» как?»
«Сто четыре».
«А «Бритиш Брокен-Хиллс»?»
«От семи до семи и шести».
«Изумительно! – вскричал он, всплеснув руками. – Именно то, о чем я слышал! Мальчик мой, мальчик мой, вы слишком хороши, чтобы прозябать у «Мосона» в клерках!»
Как вы понимаете, такой энтузиазм меня несколько удивил.
«Ну, – сказал я, – другие люди обо мне не столь высокого мнения, мистер Пиннер, какое, видимо, сложилось у вас. Мне это место досталось нелегко, и я очень рад, что получил его».
«Вздор, мой милый! Вам следует воспарить выше. Ваша истинная сфера не тут. Теперь объясню вам, при чем тут я. То, что я могу предложить, не очень велико в сравнении с вашими талантами, но по сравнению с предложением «Мосона» это свет во тьме. Дайте-ка сообразить! Когда вы должны явиться в контору?
«В понедельник».
«Ха-ха! Думаю, я рискну побиться об заклад, что вы туда не явитесь».
«Не явлюсь в контору «Мосона»?»
«Да-с, сэр. В понедельник вы будете управляющим отделения «Франко-Мидлендской скобяной компании с ограниченной ответственностью», имеющей сто тридцать отделений в городах и деревнях Франции, не считая одного в Брюсселе и одного в Сан-Ремо».
У меня просто дух перехватило.
«Никогда о ней не слышал», – говорю.
«Разумеется. Все сохранялось в тайне, поскольку учредительный капитал весь принадлежит нескольким акционерам, а предприятие слишком выгодное, чтобы допустить к нему широкую публику. Мой брат, Гарри Пиннер, учредитель и после распределения акций вошел в совет как генеральный директор. Он знал, что я отправляюсь сюда, и попросил меня подыскать хорошего человека, который обойдется не слишком дорого. Молодого энергичного человека, полного задора. Паркер рассказал о вас, и вот я здесь. Для начала мы можем предложить вам жалких пятьсот фунтов…»
«Пятьсот фунтов в год!» – вскричал я.
«Для начала всего лишь, однако вы будете получать один процент комиссионных со всех сделок, заключенных вашими агентами, и, можете мне поверить, общая сумма далеко превзойдет ваше жалованье».
«Но я ничего не понимаю в скобяных товарах».
«Вздор, мой мальчик, зато с цифрами вы чародей».
Голова у меня пошла кругом, я с трудом сдержался, чтобы не вскочить с кресла. Но внезапно я ощутил холодок сомнения.
«Буду откровенен с вами, – сказал я. – «Мосон» предлагает мне только двести фунтов, но «Мосон» абсолютно надежен. Ну, а о вашей компании я, право, знаю так мало, что…»
«Умно, умно! – вскричал он прямо-таки с восторгом. – Вы тот, кто нам нужен! Одни слова вас не убеждают, и это прекрасно. Но вот банкнота в сто фунтов, и если вы полагаете, что мы можем сговориться, просто возьмите ее как аванс в счет вашего жалованья».
«Это очень щедро, – сказал я. – Так когда мне приступить к выполнению своих обязанностей?»
«Будьте завтра в час в Бирмингеме, – сказал он. – У меня в кармане письмо брату, которое вы вручите ему. Дом сто двадцать шестой Б по Корпорейшн-стрит, где временно помещается контора компании. Разумеется, брат должен будет подтвердить ваше назначение, но, между нами говоря, никаких затруднений тут не возникнет».
«Право, не знаю, как вас и благодарить, мистер Пиннер», – сказал я.
«Никакой благодарности, мой мальчик. Вы получили только то, чего заслуживаете. Остается уладить только пару мелочей – чистейшая формальность. Вижу у вас на столе листок бумаги. Так будьте добры, напишите: «Я даю свое согласие стать управляющим отделения «Франко-Мидлендской скобяной компании с ограниченной ответственностью» на жалованье минимум в пятьсот фунтов в год». И распишитесь».
Я выполнил его распоряжение, и он положил мою расписку в карман.
«А теперь вторая мелочь, – сказал он. – «Мосон». Как вы поступите?»
От радости я совершенно позабыл о «Мосоне».
«Напишу, что отказываюсь», – сказал я.
«Именно то, что я прошу вас не делать. Я из-за вас поссорился с управляющим «Мосона». Зашел расспросить его о вас, а он повел себя крайне оскорбительно, обвинил меня в том, что я вас переманиваю, ну и прочее в том же духе. Наконец я вышел из себя: «Если вам нужны хорошие служащие, платите им хорошее жалованье», – сказал я. «Он предпочтет наше маленькое жалованье вашему большому», – возразил он. «Ставлю пять фунтов, что он, получив наше предложение, о вас и не вспомнит». – «Идет! – говорит он. – Мы его из грязи вытащили, и он с нами так просто не расстанется!» Его собственные слова».
«Наглец! – вскричал я. – Да я его и в глаза не видел. Так с какой стати я должен с ним считаться? Нет, не стану ему писать, раз вы это предпочитаете».
«Отлично! Ловлю вас на слове, – сказал он, вставая. – Ну, я очень рад, что заполучил такого превосходного человека для моего брата. Вот ваш аванс в сто фунтов, а вот письмо. Заметьте адрес: сто двадцать шесть Б, Корпорейшн-стрит, – и не забудьте, что должны явиться туда завтра в час дня. Спокойной ночи, и да получите вы все, чего заслуживаете».
Вот все, что произошло между нами, со всеми подробностями, какие я запомнил. Вы легко представите себе, доктор Ватсон, как я радовался такой нежданной удаче. Полночи не мог уснуть, поздравляя себя с ней. А на следующее утро уехал в Бирмингем на раннем поезде, чтобы иметь в запасе достаточно времени. Вещи я оставил в отеле на Нью-стрит, а затем отправился по данному мне адресу.
До назначенного мне часа оставалось еще пятнадцать минут, но я решил, что никакой разницы они не составят. Сто двадцать шестой Б оказался пассажем с двумя магазинами внизу и каменной лестницей в глубине, ведшей к галереям, на которые выходили двери помещений, сдаваемые под конторы или приемные врачей и юристов. На стене внизу были написаны фамилии владельцев приемных, а также названия фирм и компаний, но среди них «Франко-Мидлендская скобяная компания» не значилась. Я простоял там несколько минут. Душа у меня ушла в пятки, пока я гадал, не стал ли я жертвой хитрого розыгрыша. Но тут ко мне подошел мужчина и заговорил со мной. Он был очень похож на моего вчерашнего посетителя: те же фигура и голос, однако лицо у него было бритое, а волосы не такие темные.
«Вы мистер Холл Пикрофт?» – спросил он.
«Да», – ответил я.
«А! Я вас ждал, но вы пришли чуть раньше. Утром я получил записку от брата с дифирамбами по вашему адресу».
«Я как раз читал список компаний, когда вы подошли».
«Мы еще не вписаны здесь, так как только на прошлой неделе сняли это временное помещение. Пойдемте со мной и побеседуем о нашем деле».
Я последовал за ним вверх по крутой лестничке, приведшей к двум пыльным комнатушкам без ковров и занавесок, под самой крышей, и вошел туда следом за ним. А я-то представлял себе великолепный зал с лакированными столами и рядами клерков – такой, к какому привык. Думается, я уставился с заметным недоумением на два деревянных стула и небольшой стол, которые вместе с гроссбухом и мусорной корзинкой составляли всю меблировку.
«Не падайте духом, мистер Пикрофт, – сказал мой новый знакомый, увидев, как вытянулось мое лицо. – Рим строился не один день, а в нашем распоряжении достаточно денег, хотя пока мы и не обзавелись щегольскими конторами. Прошу вас, садитесь и дайте мне письмо».
Я вручил ему конверт, и он очень внимательно прочел записку брата.
«Вы, очевидно, произвели очень большое впечатление на Артура, моего брата, – сказал он, – а я знаю его как превосходного ценителя характеров. Правда, он, как говорится, клянется Лондоном, а я – Бирмингемом, однако на сей раз я склонен принять его совет».
«Каковы мои обязанности?» – спросил я.
«Вам предстоит управлять в Париже большим складом, из которого английская посуда будет потоками поступать в магазины ста тридцати наших агентов во Франции. Покупка склада завершится через неделю, а пока вы останетесь в Бирмингеме и займетесь делом».
«Каким?»
Он ответил, достав из ящика большую красную книгу:
«Парижский справочник с указанием занятия людей после их фамилий. Возьмите его домой и выпишите всех владельцев скобяных магазинов с их адресами. Список этот будет мне крайне полезен».
«Но ведь, наверное, существуют и специализированные справочники?» – сказал я.
«Они ненадежны. Их система отличается от нашей. Так займитесь этим и представьте мне список в понедельник в двенадцать. Всего хорошего, мистер Пикрофт. Если вы докажете свое усердие и способности, то найдете в нашей компании благодарного нанимателя».