Артур Дарра – Земля дождей (страница 2)
Спустя неизвестное мне количество времени я вырыл, как мне показалось, достаточно глубоко – и влез в получившуюся яму. Осторожно лёг. От земли исходила усмиряющая прохлада – то, что надо. Однако всё же маловато, подумал я. Нужно рыть дальше.
Выбравшись из ямы, я снова сел на колени и продолжил трудиться. Вскоре пальцы одеревенели – ощущение, что вот-вот хрустнут и отвалятся. Кожа, казалось, уже начала плавиться, в горле хрипела жажда, капли пота отвлекающе ползали по всему телу. Лишь редкий прохладный ветер время от времени по-дружески опускал на мои плечи свои лёгкие руки, и в такие мгновения я переставал рыть и закрывал глаза, сосредотачиваясь на приятном ощущении.
Спустя, наверное, часа два напряженной работы мне пришлось остановиться. На меня глядела полуметровая глубина моих стараний, но что-то в происходящем стало не так. Солнце, которое горячо дышало мне на шею и спину, вдруг ослабло. Будто и вовсе пропало. Это ещё что за дела такие, подумал я.
И озадаченно приподнял голову. Нет, солнце по-прежнему мощно раскаляло весь островок. Просто странная тень нависла только надо мной.
2
– Не рановато для могилы? – раздался шёпот.
Сжимая в кулаке горсть земли, я быстро повернул голову. Человекоподобная фигура была величественно окаймлена ярким солнечным прожектором. Мои глаза тут же заслезились от попытки разглядеть лицо стоявшего существа. Предчувствие, однако же, было отнюдь не самым радужным.
– Дьявол?.. – хрипло спросил я. И, сам того не заметив, чуть передвинулся назад и с грохотом провалился в яму.
Надо мной раздался неожиданно громкий смех. Женский.
– А что, так похожа?
Прядя в себе после падения, я приложил ладонь ко лбу в виде козырька и из ямы всмотрелся в нарушителя моего покоя.
…Волосы золотом вьются до самых локтей. Подол ярко-красного сарафана, касаясь колен, колышется на ветру. Белые сандалии облегают босые ноги. Худые плечи и руки. Светлая кожа. На лице приветливая улыбка. Точнее, самозабвение от смеха…
Передо мной стояла самая обычная девушка. Восемнадцати, может, двадцати лет на вид. Стояла – и хохотала над свалившимся в яму, вспотевшим, грязным, замученным человеком. И правда, потешалась надо мной она основательно.
– Что ты делаешь? – наконец спросила она, заметив, что мне совсем не до смеха.
Я глянул на оставшиеся крохи земли в одной руке, затем на свой обнажённый торс, затем на яму вокруг себя, а затем снова на девушку.
– Копаю, – ответил я.
– Уж не могилу ли?
Я снова огляделся.
– Посмотрим, что получится… Может, и могилу. Похоже, в этом месте именно она меня и ждёт…
– А как ты здесь оказался?
– Не помню.
Она присела на колени у края ямы. Затем, чуть нагнувшись, опустила в неё руки и, к моему огромному изумлению, принялась рыть.
Я быстро подобрал под себя ноги, слегка отсев от того места, где оказались её руки.
– Ты кто? – спросил я, не отводя от неё ошеломлённого взгляда. И понял, что наш диалог, а вернее, вся эта ситуация складывалась какой-то донельзя глупой и наивной.
Девушка ухмыльнулась и чуть было не прыснула от смеха вновь. Но сдержала порыв, продолжая выгребать землю.
– Ну, можешь называть меня Дьяволом! – выговорила она. – Если тебе так нравится. Но в этом случае у нас какой-то ужастик получается. Ты оказался один на острове, и тут объявился… сам Дьявол!
–
– Правда? И какая же она,
– Грустная. Очень грустная.
Прекратив рыть, она посмотрела на меня. Изучающе, что-то внутри высматривающе, ищуще. Глубокий и загадочный взгляд, несмотря на беззаботно-улыбающееся лицо.
– И почему же она такая грустная? – спросила она.
– Я умер. Что же здесь весёлого?
– Ты правда считаешь, что умер?
– А иначе, что я делаю посреди бескрайнего моря на этом малюсеньком острове? – Я обречённо вздохнул. – Ещё и разговариваю со странной девицей, появившейся откуда ни возьмись. Ну, точно не жилец.
– Проблеск логики в твоих словах, конечно, имеется. – Она задумчиво приспустила брови. – Но, по-моему, ты упускаешь из виду очень важный момент.
– Какой же?
– Как ты можешь быть мёртв, если ты…
– Я всегда думаю. Всегда, везде и при любых обстоятельствах. Правда… здесь всё стало немного иначе.
– Так ведь живым людям свойственно думать! – снова ухмыльнулась она.
– Наверное…
– Может, расскажешь о себе побольше?
– Не знаю. Нужно ли?
– Так ты хочешь понять, как попал сюда, или нет?
Я промолчал.
– Если да, то было бы неплохо, чтобы ты поведал о себе хоть что-нибудь. А там, глядишь, и всё остальное прояснится.
– Всё же для начала мне бы хотелось узнать, как зовут тебя, что это вообще за место такое и что ты здесь дела…
– Должна тебя предупредить, – прервала она меня. Да таким голосом, будто зачитывала смертный приговор; от недавнего смеха не осталось и малейшего следа. – Как только ты задашь три волнующие тебя вопроса, на которые получишь от меня ответы, я уйду и больше никогда не появлюсь. Поэтому будь избирателен и внимателен в том, что хочешь спросить.
– М-м… – озадаченно протянул я. – Странные капризы странной девушки?
Она не ответила, продолжая серьёзно и усердно выгребать землю и совсем не боясь замарать свой красивый сарафан. Ситуация действительно складывалась какая-то до невозможности дебильная.
– Ладно, – сказал я. – Раз так, поберегу вопросы и придумаю тебе имя сам. Если ты, конечно, не против.
– Не против. Но только давай на этот раз что-нибудь поинтереснее Дьявола! – весело улыбнулась она. – Как бы ты хотел меня называть?
Странно. И куда теперь подевалась вся её серьёзность? Куда она её так ловко запрятала? Какая-то уж совсем непредсказуемая… Её появление вынуждало меня снова начать рассуждать. Расслабленность мыслей постепенно улетучивалась. Приходилось опять напрягать извилины и заводить этот ужасный двигатель…
– Хороший вопрос, – ответил я. – Учитывая тот факт, что я умер, мне хочется верить, что это место всё-таки хоть немного, но ближе к раю, чем наоборот. А если представить наш островок этаким Эдемским садом, хоть и без дерева, то… почему бы тебе не стать Евой?
Она усмехнулась.
– А ты потянешь на роль Адама?
– Ну-у… грешить я умею.
Рассмеялась. Громко, искренне, возбуждающе.
– В таком случае, по рукам. Я – Ева. А мне тебя называть Адамом?
– Нет… Я Роман. Просто Роман.
– Хорошо. Что тебя сюда привело, Роман?
Я замолчал, не зная, что и ответить.
– Какая-то страшная тайна? – Девушка скорчила ужасную гримасу, направив на меня измазанные землёй руки. – А ну-ка, доставай своего скелета из шкафа! Или, может, хочешь сказать, что у тебя нет тайн?
– У каждого есть свои тайны, – произнёс я вполголоса. – Но
– Не слишком ли славное место для прокажённых грешников? – Она осмотрелась вокруг и провела ладонью по верхушкам ромашек. Тоненькие стебельки чуть дрогнули, подогнули свои головки под её прикосновениями, а затем снова встрепенулись и величаво вытянулись. На ромашках не осталось никакой черноты от её руки. Такие же белые и невинные.
– Ты права, что-то здесь не ладится, – задумчиво ответил я.