Артемий Троицкий – Рок в Союзе: 60-е, 70-е, 80-е... (страница 37)
Тут дело не столько в "совке". Я впервые съездил на Запад в конце 1987 года и воочию убедился, что тамошняя ситуация тоже не сахар. Радикальные, некоммерческие музыканты, даже знаменитые и легендарные, обретаются на задворках системы… Тогда я вынашивал идею о некоем "третьем пути", лелея надежду на то, что наш рок, вырвавшись из-под пресса культур-бюрократии и идеологического контроля, не попадет тут же во власть коммерсантов. На что я рассчитывал? На стойкий идеализм и духовную сплоченность рокеров, на образование новых художественных институций, на ум и хороший вкус госчиновников нового поколения, в конце концов[93]… Полагаю, что ожидания эти были наивны. Экономическая реальность оказалась сильнее. Неуклюже, со скрипом и перекосами, телега нашего рока начинает путь по западной автостраде. Тем более интересно, как складывается за границей судьба советских рок-артистов.
Слюнь (Олег Гаркуша, "Аукцион")
Ржавый "железный занавес" висел очень долго, подвергаясь отчаянному натиску с обеих сторон. Первые пробоины появились в 1986–1987 годах, когда на Запад по каналам Минкульта были выпущены некоторые заслуженные филармонические коллективы. Большого эффекта это не произвело — группы отличались от расхожих мировых стандартов разве что некоторой скованностью и старомодностью. С модными словами "перестройка" и "гласность" ни "Автограф", ни "Диалог", ни "Группа Стаса Намина" никак не ассоциировались, ничем новым и революционным там и не пахло. Этот рутинный "культурный обмен" (обман?) мог бы продолжаться еще долго, если бы не долгожданное известие: рухнула монополия Гос-концерта на организацию заграничных гастролей! И плотину прорвало: "Браво", "Ва-Банк", "Бригада С", "Окна РОСТа" и "Сингер Вингер" поехали в Финляндию, "АВИА" и "Круиз" — в ФРГ, "Аквариум" — в Канаду, "Машина времени" — в США, "Антис", "Телевизор" и "Звуки Му" — в Италию, и т. д. В
Первый подход можно назвать идеалистическим, или же творческим. Не секрет, что в последнее десятилетие (или около того) западный рок катился по инерции, все теснее смыкаясь с ширпотребом и не осененный никакими особенными вдохновениями, кроме благотворительных порывов. Так что очень многие музыканты, с одной стороны, одержимы ностальгией по недавнему прошлому, когда рок был менее буржуазен и в социокультурном отношении более значителен, с другой — маются без новых художественных впечатлений и свежих идей. Большая, десятилетиями закрытая, а ныне овеваемая революционными ветрами территория на востоке интриговала и манила. Казалось, там есть многое из того, чего на Западе стало не хватать… Именно это чувство привлекло в СССР таких абсолютно не похожих друг на друга людей, как, скажем, Брайан Ино, Фрэнк Заппа или Билли Брэгг.
Для того чтобы "повторить 60-е", они, пожалуй, опоздали. Вихри враждебные стихли, и проектам о переустройстве культуры или основании новых Вхутемасов рокеры однозначно предпочитали твердую валюту наличными. Что касается свежей художественной информации, то тут исследователи рок-России явились, скорее, слишком рано. Наше главное достояние — тексты — от них почти целиком ускользало, а все остальное звучало вторично, не содержало того национального, этнического элемента, который западные эксперты так предвкушали. Я уже достаточно говорил о полной непроработанности музыкальной доктрины нашего рока, так что
Были и счастливые исключения. Наиболее успешным из "художественных" альянсов оказалась работа Б. Ино со "Звуками Му". Когда я впервые показал Брайану их видеозапись, он был буквально заворожен движениями и мимикой Пети Мамонова. Он оценил их на уровне "боди-арта" — создания произведения искусства посредством собственного тела. "В том, что делает Петр, я почувствовал мощь доподлинной древней традиции. Он — точно как средневековый непристойный скоморох, непонятно каким образом оказавшийся в нашем веке" — так он описал свои впечатления. Спустя некоторое время, послушав записи "Звуков Му" внимательно, Ино отдал должное и оригинальности, "своеобразному минимализму", как он выразился, их музыкальной фактуры. Как результат — совместная запись и выпуск весной 1989 года первой пластинки группы. ("Мелодия" сохраняет полную пассивность до сих пор.) Оценки мировой музыкальной прессы — "хорошо" и "отлично".
К сожалению, другим нашим рок-новаторам — "АВИА", "Аукциону", "Поп-механике" — так и не удалось пока заняться работой с хорошим продюсером. Их гротескные шоу проходят "на ура", визуально они неотразимы, но вот когда заходит речь о чисто музыкальной стороне дела, начинаются сомнения… Впрочем, все в руках самих музыкантов.
Негромкий, но солидный международный успех "Звуков Му" — во многом следствие деликатности, вдумчивого отношения к ним западного партнера. Ино не пытался им чего-то навязать, переделать их по своему усмотрению. Он в первую очередь пытался сам понять неведомый феномен. И самое главное: человек, продюсировавший "Ю Ту" и "Токинг Хэдз", в данном случае совершенно не рассчитывал на коммерческий успех. В этом принципиальная разница между "художественным" подходом и подходом, который можно назвать "коммерческим".
БГ: до Америки
и после
Итак, вторая категория "открывателей советского рока" — музыкальные бизнесмены. Их рвение тоже можно понять. СССР — моднейшая страна, Горби — популярнейший лидер, майки с серпом и молотом продаются отменно. Пока волна не прошла, надо скорее выбросить на рынок и "красные" рок-группы…
Тем более что славные русские ребята только о том и мечтают.
По ряду причин бюрократическо-экономического характера, а также в силу недостаточной кондиционности наших экспортных рок-товаров дела в коммерческой сфере шли медленно и туго. Но все же первые блины — пластинки "Ва-Банка" и "Круиза" — были слеплены осенью 1988 года. Вскоре увидели свет и плоды более серьезных усилий: 1989-й стал годом исторического прорыва советского рока на широкий западный рынок.
Самая значительная из всех историй с куплей-продажей разворачивалась на моих глазах. Я имею в виду сделку "Си-Би-Эс" — Борис Гребенщиков. Начиналось все с маленькой посреднической фирмы "Белка" и вполне душевных разговоров о мире, дружбе и взаимопонимании. Однако чем дальше, тем жестче становились американцы. Акулий оскал шоу-бизнеса, о котором советские артисты столько читали, но никогда не видели воочию, наконец явился во всем своем хищном прагматизме. Для начала Борису было рекомендовано, чтобы все песни исполнялись по-английски. Затем без зазрения совести американцы отсекли нужного им Гребенщикова от ненужного им остального "Аквариума"[94]. Лидер был увезен в США, а обезглавленная группа брошена на произвол судьбы, в контракте даже не упомянуто название. Так идущие напролом бизнесмены походя разрушили любимейший миф русского рока и своеобразный культурный институт, каковым являлся "Аквариум". Какое уж тут "взаимопонимание"…
Василий Шумов: "а-ля рюсс"
Уже в Штатах достаточно случайно возникла фигура продюсера Дэйва Стюарта. Прекрасный музыкант и милейший человек, он был явно иного розлива, чем БГ, и существовал в несколько ином измерении. Проблемы культурной совместимости нисколько не волновали "Си-Би-Эс", важно было лишь то, что Дэйв Стюарт — это "имя". (Борис вновь плыл по течению.) Неудивительно, что альбом ("Радио Тишина") получился совсем невнятным: с западным качеством, но без западного блеска; с русскими претензиями, но без русского нерва. Учитывая сумму затрат на производство и интенсивность рекламной кампании, можно сказать, что диск провалился. И это, мне кажется, лучшее, что случилось с БГ за последние несколько лет. Он стал вновь обретать себя… "Страшно надоело играть с наемными музыкантами", — было первое, что я от него услышал по возвращении домой осенью 1989 года. Вспомнилась фраза, которую он часто произносил накануне отъезда на Запад: "Страшно хочется поиграть с хорошими музыкантами…" Теперь он вновь созвал "не хороших", но и "не наемных" старых соратников и возобновил "Аквариум".
История альянса БГ с "Си-Би-Эс" еще далека от финала, но один вывод можно сделать уже сейчас. А именно: советский рок и западный рок — все же очень разные вещи. Наивно было бы ожидать от нашего любителя лапты чудес в американской профессиональной бейсбольной лиге; не удалось сделать в один сезон и звезду шоу-бизнеса из "неофициального" советского музыканта… Фактически одно короткое слово "рок" объединяет два явления с совершенно разной подоплекой: психологической, социальной, экономической — не говоря уже о культурных традициях. Только люди с абсолютно выхолощенными мозгами, без намека на какие-либо "корни" могут безболезненно трансплантироваться из одной почвы в другую. (Поэтому проще всего, как выяснилось, иметь дело с "хэви метал" — "Круиз", "Парк Горького", "Шах".) БГ же при всем его англофильстве — сугубо русский человек, и это, как говорится, нашло отражение в его творчестве. Не смог он изжить в себе российскую тоску, а заморская публика не смогла ее оценить.