Артемий Лукин – Вор и немного неудачи (страница 1)
Артемий Лукин
Вор и немного неудачи
Подготовка
Слабый вечерний луч света пробивался сквозь узкое окно наверху стены. С трудом раскрыв глаза, я перевернулся на другой бок. Все тело ломило, будто по нему пробежался табун лошадей.
Когда-нибудь придется встать – сказал я себе и, собравшись с мыслями, поднялся с кровати.
Небольшая комната была аскетична, кроме кровати в ней стоял письменный стол, стул и комод с немногочисленными вещами. На письменном столе лежало несколько книг, явно не образовательного характера, рядом стояли пустые чернильницы. Несколько перьев валялись под столом, а парочка упорхнула в другой конец комнаты. На стуле расположилась одежда, ящики комода были открыты и демонстрировали свое содержимое миру. Стены комнаты были неравномерно обмазаны глиной, через которую проглядывали красные кирпичи. Маленькое окно едва ли давало достаточно света для работы, но плевать. Прошло уже больше полугода, как за долги меня выкинули из Торговой Академии. И теперь, разочаровавшись в образовании, приходилось перебиваться скудным заработком, помогая разгружать корабли, перевозить небольшие грузы по районам и соседним деревням. Благо, права на управление повозкой всегда были при себе.
Вздохнув, я натянул штаны. По ноге ударили монеты. Запустив руку в карман, я извлек несколько флоранов. Немного, но достаточно, чтобы оплатить комнату на месяц вперед, и найти что перекусить в обед. А может и не стоит так резко завязывать с ночными подработками? Некоторые пассажиры весьма щедры на чаевые. Решив обдумать это позже, я вернул монеты в карман и отправился вверх по лестнице. Стоило подняться, как до меня донесся запах жареного бекона и яичницы.
– Шер? Наконец-то встал? – раздался женский голос из кухни.
– Да, а сколько времени?
– Да уж обед, не стоит так истязать себя ночными сменами, на тебе лица нет.
– Зато есть флораны, – кладя монеты на стол, произнес я, – А теперь, есть где спать, – и пододвинул их Лоретт.
– Верно, а я только хотела напомнить про оплату, – смахивая монеты в карман фартука, улыбнулась Лоретт.
– А что у нас на завтрак?
– Завтрак?
– Поздний завтрак?
– Уже лучше, а ты не чуешь?
– Чую, но вдруг есть какие-то сюрпризы?
– Можешь не переживать, сюрпризов не ожидается, – произнесла женщина, подвигая ко мне сковороду с остывшими яйцами.
– Ну и славно.
– Правда пока ты спал, все давно остыло.
– Ничего страшного, так вкуснее. Где Фрэнк?
– Как обычно, только встал и сразу в контору, у них сейчас много работы.
– Не удивительно, повезло мне вылететь с учебы до всего этого.
– Как это понимать? – уперла руки в бока Лоретт.
– Ну сейчас студентам продыха не дают, только и знают, что бегают туда-сюда принося и унося бумажки.
– Тяжело в учении, но легко в бою, Шер. Пройдет пару лет и они будут работать на уважаемых должностях.
– Это посылать за бумажками то? А потом перекладывать их весь день туда-сюда?
– Вовсе нет, – Лоретт кинула осуждающий взгляд, – Когда же в твоей голове появится хоть что-то вразумительное?
– Ну, пока в ней появились только яйца. Спасибо, было вкусно! – бросил я через плечо, выходя из комнаты под осуждающий взгляд Лоретт
Вернувшись в свою комнату, я запустил руку в карман и посмотрел на оставшиеся монеты. Два флорана. Не густо. Вздохнув, упал на кровать, и задумался о дне грядущем. Или ночи. Проведя так несколько минут и собравшись с мыслями, я поднялся. Убедившись, что в доме тихо, я открыл прикроватный сундук и достал со дна мешочек с монетами. Посчитав их, закинул в сумку, накинул куртку и отправился на улицу.
***
Эссен всю свою историю был торговым городом, с момента его основания, корабли и караваны торговцев останавливались у его берегов и щедро одаривали местную власть налогами. А та, в свою очередь, предоставляла льготы, и когда надо закрывала глаза на ввозимый груз. Однако, в последнее время, количество кораблей, останавливающихся в порту, снизилось. А виной тому были закрытые глаза чиновников и разгул пиратов. В итоге, в порт приходили только тяжеловооруженные галеоны и совсем захудалые суда, грабить которые, не было никакого смысла. А торговцы, у которых не было денег на охрану, предпочитали соседнее устье и шли в другой торговый город.
Изначально, город был небольшого размера и тогдашний король совсем не думал защите, однако после нескольких чудом отбитых атак, пришлось задуматься о стенах. В течение нескольких лет была возведена крепость, а спустя десятки лет, стена разрослась и закрыла собой большую часть поселения. Но время шло, город продолжал расширяться, росло и количество желающих торговать, в результате чего порт был перенесен вниз по течению, а старые здания снесены. На их месте выросли шикарные дома и усадьбы. Однако, денег на очередное расширение стен уже не нашлось, и Совет придумал отличную байку, о том, что с юга город защищают горы и никто даже не подумает сунуться туда. И, отчасти, это было правдой: город находился в ущелье, проникнуть в которое можно было только через стены с севера, либо против течения реки с юга, что не под силу большим военным кораблям. Вскоре, вокруг портового района начали появляться трущобы. Многие люди не могли позволить себе жить внутри стен, а строить хорошее жилье рядом с портом никто не хотел – пьяные моряки то и дело громили всю округу. Так образовались долины Нищих, располагавшиеся по левому и правому берегу Берна.
В Портовом районе располагались лавки, мастерские и кузницы. Шагая по узким улочкам, специально избегая людного проспекта, я наблюдал за толпой работяг, что бурным потоком спешила по своим делам. Нищета проникала в землю и пускала свои корни вплоть до крайних улиц Торгового района. Раньше, даже на самой захудалой улочке шла оживленная торговля, сейчас же, все первые этажи были заколочены, а лавки закрыты. У большинства не хватало окон, дверей и других, необходимых жилому дому элементов. Вторые этажи занимали притоны. Совету было плевать на них, поэтому стражники закрывали на это глаза. Но постоянным жителям данное соседство было не по душе, и раз в неделю сгорало несколько домов, внутри которых находили несколько обугленных трупов укурков и проституток.
Вывернув из переулка на главную улицу я оказался напротив кузницы. “Три молота” была одной из самых древних кузниц в городе, и только благодаря обширной цепи поставок и заказов, она оставалась на плаву. Разрезая людской поток, я заметил юношу, который раздавал листовки всем желающим. В какой-то момент наши взгляды встретились, повинуясь минутному порыву, я протянул руку к листовке. Смяв и засунув листовку в куртку, я решил рассмотреть ее позже, в более уединенной обстановке. Спустя мгновение, я оказался под крышей кузни.
Внутри было прохладно, несмотря на близкое соседство с кузнечной печью. Заказов не было, и кузнец не растапливал горнило, а лишь поддерживал пламя.
– День добрый, Вилкас, – крикнул я в темноту прилавка.
– Сейчас, – послышался бас.
Через минуту, в проеме появился детина на голову выше меня. Вилкас был чистокровным гномом. Казалось, его предки жили в Эссене с момента его основания. Оттого, он не растерял ни грамма той внешности, что даже самых бесстрашных орков заставляла задуматься, прежде чем связываться с ним. Огромный нос и губы обрамляла густая рыжая борода, спускающаяся ему по грудь. Маленькие голубые глаза прятались под кустистыми темно-рыжими бровями.
– А ты ранняя пташка, обещался же быть утром?
– Меня задержали непредвиденные обстоятельства.
– Если эти два непредвиденных обстоятельства помещаются в твои ладони, то подумай, стоило ли оно того, – усмехнулся гном.
– Уверен, что стоило, ты сделал что я просил?
– Разумеется, ещё вчера. Не в моих привычках задерживать заказы.
– Будто у тебя их много, – ехидно заметил я.
– Много или мало, не твоё дело. Даже если нет заказов, нужно быть всегда готовым, а так расслабишься и все, пока прощай, – отрезал гном.
– Верно, ну давай, не томи.
– А я и не томлю, это ты здесь решил поумничать, – подметил Вилкас.
– Как скажешь, – закончил бесполезный спор я.
– Черт вас разберет, людей. Вот, смотри, – произнес великан, доставая из-за прилавка кинжал.
Однако это был скорее не кинжал, а короткий меч. Длина лезвия была всего тридцать сантиметров, аккуратная, узкая гарда переходила в рукоять и заканчивалась простым навершием. Взяв его в руку, я едва удержал восторженный вопль. Клинок был отлично сбалансирован, навершие ощутимо оттягивало вес лезвия на себя, что изрядно добавляло маневренности клинку. Взмахнув пару раз, я одобрительно кивнул.
– Да не сдерживайся, за работу уплочено, процентов сверху за восторги не добавлю, – раскусив меня, улыбнулся Вилкас.
– Бесподобно.
– Верно. Но ты же в курсе, что в черте города ношение оружия запрещено?
– Разумеется, только вот по мнению Совета, оружием считается клинок длиннее сорока сантиметров. А это так, зубочистка.
– Иди поищи такие зубочистки, хоть он и выглядит просто, но в нем бушует пламя! Ты посмотри на эту великолепную гарду, как гармонично она переходит в лезвие с одной стороны, а в рукоять с другой. А навершие? Думаешь так просто изготовить болванку определенного веса? – укоризненно посмотрел гном.
– Я вовсе не это имел ввиду, Вилкас! Клинок бесподобен, я имел в виду законы и их нелепость, – оправдался я.