Артемис Мантикор – Восход Черного Солнца (страница 79)

Тум.

Белесая молния впилась в тело темного крылатого силуэта, вбивая пятисекундный паралич. Дернувшись от резкого звука и болезненного ранения, беспечно сидящая на самом краю тварь сверзилась вниз. Надеюсь, ей не хватит времени прийти в себя и что-то предпринять до того, как гравитация сделает свое дело. Против летающих целей воронье оружие было по истине смертоносно.

Уровень и имя неведомого монстра я угледеть не успел, но достаточно было и ее внешнего вида — длинная помесь ног кузнечика с птичьими лапами, острые заменявшие руки крылья с хищно блестящими острыми перьями на них, верхняя часть торса, отдаленно напоминающая разумного и голова с длинным топорообразным клювом, едва ли не в пол метра длиной.

Где-то за костяной броней мелькнул хищный, горящий злобой глаз.

— Где второй? — требовательно спросил Сайрис, не оборачиваясь.

— Это был один монстр, ворон. С двумя работающими в разном ритме сердцами, — пояснил я всем, включая самого себя. Понимание пришло, когда вместе с птицей улетел стук обоих.

— Рин, смотри в оба и держи наготове трисп.

Девушка молча кивнула и вынула из-под слова силы оружие. Продвижение чуть замедлилось — теперь ворон тщательно осматривал предстоящий путь. Среди собранных у крыс зелий было много лечилок, несколько регенераций и множество дешевых ядов, но как на зло — ни одного зелья зоркости или баффа.

Вскоре после этого появилась и вторая проблема — усталость. Неаккуратно выбитые ступени были достаточно крутыми, и шли мы уже весьма долго. Все время по ступеням и вверх. В начале подъема никто не подумал об этом, а стоило. Впрочем, что бы это могло изменить?

Дальнейший наш подъем не принес никаких приключений. И слава Забытым, ибо главным врагом стал по итогу сам путь, существенно истощивший наши запасы воды и заставивший пролить литры пота. Если описать одним словом — это было долго.

Наверху все мы четверо живых разумных просто повалились без сил и минут пятнадцать ни о чем не говорили вообще. Просто смотрели в ставший внезапно очень близким потолок и не могли поверить, что испытание подъемом позади. Где-то там, на задворках сознания, витала мысль о том, что предстоит еще и отыскать удобное место для спуска за пределами маяка и сталактитового леса, под которым начинались изломанные земли.

— Предлагаю фигачить привал тут. Еще пол часа-час, и мне хватит сил подняться, да замашнить нам славный ужин!

— Ты верно шутишь, друг хоббит. Часовая стрелка не сделала и двух оборотов. Прошло около половины дня, — заметил я.

— Верно мыслишь, хвостатый падаван, — раздался довольный голос Сайриса. — Как собиратель легенд Подземья, ты должен разделить мое предвкушение от знакомства со змеиным логовом.

— Брось, его уже наверняка десять раз ограбили. Этот твой тайный домен совсем не тайна для целой прорвы разумных. — усомнился я в словах друга. — Хотя ты прав, мне действительно любопытно. К хаосу добычу, посмотрим на то, как жили ассари.

— Может и так. В любом случае нужно внутрь. Хоть бы и просто чтоб найти нужное место или дорогу дальше.

Не знаю, сколько бы мы так лежали и дальше, переводя дух, если бы не хлопки крыльев, что донеслись до моего слуха. Пока еще далеко, но я отчетливо улавливал их приближение. Противник направлялся именно к нам, в этом сомнений не было.

— Враг. Где-то там, — неопределенно ткнул пальцем я в темноту, поднимаясь и обращаясь в звериную форму, чтобы расслышать точнее.

— Рин, Матиас, не дергайтесь. Лин, не меняй форму и замри, но будь готов метнуть свою хрень.

Хлопки крыльев становились все отчетливее и громче. Стали различимы шесть отдельных крылатых туш, но темнота камней ничем мне не выдавала противника. В звериной форме зрение сиин становится еще хуже, насколько и усиливается слух. К тому же часть теплых оттенков становятся серыми и вдали начинают сливаться.

— Готовь трисп, Рин. Но сильно не шевелись. По команде подхватываемся и палим. Лин, постарайся кидать туда, где их побольше. О, точно, чуть не забыл. Дружище, лови. В аренду.

— Ух ты, но я… — послышался удивленный голос хоббита.

— Просто смотри в оба и жми на курок.

Я краем глаза проследил, как Сайрис, не поднимаясь, протянул хафлингу свой старый трисп. Тот, с которым ходил до Каменного Облака. Давно пора было это сделать, хотя я напрочь забыл о том, что он у друга вообще есть.

— Сейчас! — крикнул ворон и трое разумных как по команде, приподнялись и принялись выцеливать противника.

Я успел увидеть опасность своими глазами только сейчас. Шесть крылатых фигур с тонкими лапами и длинным тупым клювом. Прозвучали три нестройных выстрела, и два крылатых упыря полетели вниз, парализованные силой молнией.

Пришла моя очередь. Сменив форму и вынув рейлин, я с размахом запустил его в сторону врага. Как и было сказано, без конкретной цели. Скорее всего ворон хотел так выиграть немного времени, и это нам удалось — оставшаяся четверка разлетелась в стороны, стараясь не попасть под металлический диск.

— Там есть рычажок слева, проверни. Ему нужно время набрать статический заряд на катушке. Как засветится индикатор, хренач! — наскоро проконсультировал друг хоббита.

Вскоре ко мне вернулся рейлин. Как раз вовремя, чтобы встретить врага лицом к лицу.

Тум. Тум. Тум. Теперь выстрелы прозвучали почти одновременно, и на сей раз все три нашли свои цели — враг оказался достаточно близко, чтобы даже без должной меткости угодить в цель. Остальное же довершит электричество.

Последний оставшийся целым крылатый монстр сумел заметить неладное, и резко развернулся, бросаясь в бегство. Я размахнулся и послал ему в след кошачье оружие, но промахнулся. Зато не промахнулся усиленный трисп ворона.

Рин озарилась сиянием полученного двадцать пятого уровня, в то время как Матиас получил сразу несколько. Но даже так он был всего лишь шестнадцатым. Сайрису же не перепало ничего, не смотря на то, что половину врагов он лично отправил к Мортис. На его нынешнем семьдесят втором это уже не так просто.

— Падальщики, — пояснил Сай. — Прилетели, сочтя нас дохлыми.

— Так ты специально сказал не вставать, чтобы приманить их к нам? — в словах хафлинга был такой неподдельный упрёк, что я улыбнулся.

— Бро, ты получил два уровня, и наша подруга еще на один подросла. Что не так?

— Ну так-то все так… — растерялся Матиас. — Просто предупреждать надо.

— Ладно-ладно. В следующий раз скажу. А то Лину тоже должно быть обидно, что своими руками ни одной тварюшки не завалил. Такой-то трофей для юного мясоеда!

— О боги, ворон… просто пошли внутрь, пока сюда не прилетело их столько, что трофеем станем мы сами.

* * *

Отблески белесого света кристаллов, что снизу у маяка создавали ощущение сияющего неба, здесь казались безжизненными пятнами белизны, что искажала тени и делала вид каждого из нас немного иным.

Каменный уступ по которому мы шли, был странным местом. Это была идеально ровная каменная площадка метров десяти в ширину, на которой природа уже начала растить сталагмиты. Выглядело это необычно — тонкие острые шпили, не успевшие дорасти даже до роста Сайриса, они торчали, словно колья посреди площади.

Змеиное логово было рядом. Мы видели его очертания неподалеку, даже я отчетливо видел разбитый купол и искусные колонны, вызывавшие мрачные ассоциации с храмом безбожников в Геотерме.

— Чего скис, дружище? — весело спросил Сай. — От тебя прям физически чуется негатив.

Все же навык чтения чужих эмоций совсем не подходит этому мрачному грубому типу.

— Вспомнил одно похожее место, — не стал скрывать свои мысли я.

Ворон ничего не стал говорить, лишь похлопал меня по плечу и направился к Серпентарию. Следом поспешила Рин и Матиас. Я обернулся к своей каменной армии. Все время сражения с крылатыми монстрами они просто стояли рядом, уставившись в никуда. Даже более смышлёные Бирюза и Ларимар притворялись простыми булыжниками.

— Пошли уж. Вот вам, — с этими словами я призвал бирюзу. Одного заклятия на всех более чем достаточно, чтобы повысить им настроение и боевой дух. Вот бы меня сейчас видел кто в Геотерме.

Хотя нет, если вспомнить мой нынешний вид, то лучше не стоит.

Я обернулся зверем и начал передвигаться короткими перебежками вокруг друзей. Каждый раз остановившись, я замирал и прислушивался к миру вокруг. Выискивал угрозу, хлопки крыльев и стук сердец затаившегося врага. Пытался выискать возможную засаду чудовищ нюхом, но все оставалось так же пустынно и безмолвно, как и прежде.

Крылатых монстров я видел издали еще несколько раз, и каждый раз мы готовились к битве, но ворон был прав — это падальщики, не готовые рискнуть жизнью в борьбе со здоровой и сильной добычей.

Ближе к выбитому в камне строению стали попадаться и другие признаки рукотворности этого места. Сначала это были странные круги и символы, выложенные белым камнем поверх тропы. Следом за ними нам встретилось несколько статуй.

Наученные горьким опытом, мы внимательно их осмотрели, но ни мое чутье, ни чутье ворона не дали нам прав усомниться в том, что это действительно лишь элемент архитектуры.

Большинство скульптур не сохранилось. Единственный уцелевший каменный образец изображал укутанную в балахон с глубоким капюшоном фигуру. Подойдя ближе, мы увидели, что под капюшоном мастер очень точно изобразил волевое и хищное лицо со вставленными в качестве зрачков янтарными камнями.