Артемис Мантикор – Принц мародеров (страница 31)

— А я думал, глава книжников знает все, — не удержался Сайрис.

— Я знаю только то, что знают книги, — никак не отреагировала на колкость Лакомка.

— Хорошо, вороний посланник. Пять тысяч золотом, по одному эпическому артефакту тебе и твоим спутникам, и консультация на тему темных стихий.

— Консультация?

— Верно. Боюсь, ты действительно не понимаешь суть того, о чем просишь. Когда-то давно, до того, как в этом мире появился ты или я, хаос считался древним, непонятным и запредельным злом, которого боялось все сущее. Так было многие века до тех пор, покуда в мир не явилась пустота проклятого бога.

— И…? К чему ты клонишь?

— Есть несколько хитростей. Те, которые подойдут в вашем случае, станут известны и вам. Если для этого потребуется мое личное участие — так тому и быть. Но скажу сразу — почти все известные мне способы, относятся к самому зараженному. Ни тебе ни мне не дано исцелять душу. А манипуляции с ней — единственный способ бороться с темными стихиями.

Повисла новая пауза. На этот раз пришел черед удивляться ворону. В словах девушки была маленькая оговорка. Вернее, отсутствовала оговорка, которую почти всегда оставляли за собой, говоря о стихийном проклятии.

— Всеми темными стихиями? — уточнил инженер.

— Всеми, — кивнула Лакомка, не заметив состояния собеседника. — Одержимость демонами выглядит, как грязь на душе. Одержимость хаосом — напоминает ее искажения, а одержимость пустотой — это ведь дыра в ней, не так ли? Разве не очевидно, что исцелить пустоту можно лишь заполнив ее чем-то?

Разговор потек в совершенно неожиданное для пустотника русло. Коснулся тех тем, которых сам он боялся касаться, но отчаянно желал обсудить. На памяти ворона это был первый откровенный разговор с кем-то на тему стихийной одержимости.

Глава книжников, хоть и не походила на типичную бесцветную тень в живом теле, все же оставалась в первую очередь точно такой же книжницей. Увлекшись, она уже не могла остановиться, принявшись читать лекцию. И ворон ловил каждое слово.

— Вы говорите о стихии Фрактала? — инженер сам не заметил, как перешел на «вы», но магистрасса не обратила на это никакого внимания.

— Таинственная якобы третья стихия света, противоборствующая пустоте? Я слышала о ней. И как, много пустотников смогло исцелиться от своего недуга?

— Ни одного, — честно ответил Сайрис, поморщившись. Слишком свежи были воспоминания о черном дыме, забиравшем разум и убивавшем тело.

— В случае с иномирными стихиями глупо искать противоположности. Разве демоны бездны являются таковыми по отношению к призрачным духам? Или противоположностью хаосу будет астральная милота, с которой заключали контракты тари?

Про стихию астральных стражей ворон тоже ничего не слышал.

— Я думал, противоположностью хаосу будет порядок, — заметил Сайрис, просто чтобы толкнуть разговор чуть дальше.

— Вот именно! — улыбнулась Лакки. Ворон впервые увидел её улыбку и от нее действительно становилось чуточку теплей. За такую, пожалуй, можно и заплатить семь медных монет, если б предложили. Особенно, после выплаченных пяти тысяч золотом. Все-таки Сайрис был откровенно паршивым романтиком и предпочитал материальный подход. — У меня есть теория, что иномирные стихии существуют где-то вне нашего плана, и что мы просто еще не нашли путь ко стихиям того же порядка, или к какому-нибудь плану ангелов. Все, что мы можем с точностью утверждать, это факт, что чем дальше от нас находится та или иная сфера, тем более разрушительна она для душ нашего мира. И не важно, исходит она от света или от тьмы. Разве созданию природы не полагается жить в гармонии со стихиями своего родного мира? Огня, земли, воды, ветра и звезд.

— Хорошо, тогда как восстановить душу, исцелив от хаоса… или от пустоты? — лекция магистрессы начала уходить немного в иную сторону, и ворон поспешил поправить вектор направления ее мыслей.

— Вот здесь заключается самое интересное, пустотник. Больной демоническими силами дух лечится экзорцизмом, как и одержимость злым призраком. Снять искажение хаоса проще всего изолировав искаженные участки, но здесь нужно смотреть, какие именно части души были извращены стихией. Что же до пустоты — нужно ровно наоборот — найти отсутствующую частицу души и вернуть ее на место.

— Как можно найти и вернуть то, что было давно уничтожено?

— Я думала, мы обсуждаем снятие одержимости хаосом, — улыбнулась Лакомка. — Но твой интерес мне понятен и даже оставляет некоторые надежды на то, что с тобой действительно можно вести дела.

— Просто скажи мне сразу, существует ли вообще способ избавиться от пустоты? Все, кого я встречал в этом мире, как один твердили, что «нет». Дай ответ мне и ты, тогда я окончательно в это поверю.

— Еще никому это не удавалось, — уклончиво ответила магистресса. — Здесь действительно есть некоторый парадокс. Нельзя вернуть то, чего больше нет. Но чисто теоретически, если где-то отыщется стихия, что правит именно тем, что отсутствует конкретно в твоей душе, то она смогла бы излечить пустоту. Вот только боюсь, открытием новых стихий занимались разве что древние расы вроде тари и чиффа. Кстати, и те, и другие сделали это исключительно благодаря личной расположенности к ним.

— А темные стихии? Кто и зачем призвал их?

— Глупцы, алчущие до власти. Но в отличии от светлых, темные стихии сами рвались в этот мир, так что и задача у них была попроще.

— Хорошо, — севшим голосом ответил Сайрис. — Похоже, вы действительно знаете все.

— Не все. Лишь то, что знают книги, — поправила Лакомка.

— Ладно. Тогда вместо двух артефактов, упущенных в ваших словах, докиньте эпических заклинаний, и по рукам.

— Твоя алчность и жажда усилиться за наш счет мне понятна, хоть и противна. Должно быть, дыра в твоей душе покрыла собой совесть. Но пусть будет по-твоему. Однако и у меня будет небольшая приписка к нашему договору. Ты должен будешь сделать кое-что лично для меня, вороний посланник.

— Если это не повредит мне и моим спутникам, не вопрос, — беспечно ответил инженер, но внутренне сжался, ожидая подвоха.

— Как и прочие посланники, ты ведь собираешься присоединиться к рейду в храм бога-монстра, не так ли?

Сайрис кивнул.

— Среди прочих в рейде будут три моих ученицы и… мой друг, — продолжила девушка, но в конце голос ее невольно дрогнул, а ворон сразу понял, о ком идет речь.

— Постараюсь по возможности прикрыть Лесата. Тем более, что он и мой друг.

Книжная Лакомка залилась едва заметным румянцем и скрыла лицо за чашкой чая.

— Уходи, пустой дух. Встретимся вновь, когда с тобой будет твой зверянин.

— Значит, я получу право свободного входа в домен?

Книжница тяжело вздохнула, но протянула тонкую руку:

— Ты сможешь войти в этот домен снова со своим хаоситом на консультацию. Затем ты поможешь нам перейти в Разорванный Домен. О правах свободного входа поговорим, когда вы с Лесатом вернетесь в Доминион. Живыми и со звериным именем.

9. Луч, застрявший в Подземье ⅕ ̶(̶с̶о̶л̶н̶е̶ч̶н̶а̶я̶ ̶г̶л̶а̶в̶а̶)̶

Пройди через брошенные земли новой смерти, что взял себе силой Танатос, но остерегайся бандитов. Тот, кто отчаялся и не ищет себе места среди живых, легко присоединит тебя к мертвым. Разум слаб, и подчиняется зову греха.

Отыщи озеро труб и через него проникни в мир клеток. Но остерегайся на своем пути похищающих имя. Они давным-давно потеряли свое и из зависти пожелают похитить чужое, не понимая, что это уже никогда не вернет им их самих.

Там отыщи путь к железному небу. Живущий под ним народ безымянных есть вход, а над ними раскинулись дворы Хаоса. Но остерегайся пустотных чудовищ. Эти бездушные твари не оставили в себе ничего человеческого и всегда голодны, сколько бы душ невинных они не пожрали.

Сердце бывшей богини билось, как сумасшедшее, боясь вырваться из груди. Обычно в такие моменты она похвалялась собой, пытаясь скрыть этим неуверенность и закопать волнения, аки кошки закапывают лапкой кошачьи дела.

Жизнь прежде имела разнообразие разве что в… да ни в чем. Она была наедине с собой так долго, каждый день засыпая и просыпаясь в одном и том же месте, что сейчас она едва успевала улавливать все происходящее.

Благо, перерожденное тело всячески в этом ей помогало.

Но жизнь не готовила ее к таким искушениям. Искушениям красотой, чистотой и светом. Нейтральные земли заброшенного домена, распавшегося ныне и смешавшегося с другими такими же, породив владения Танатоса, Книжной Лакомки, а также квартал пустотников, дворы хаоса и земли разлома.

Последние были необитаемы, о чем сообщил ей Сайрис, как и обо всем ином, связанным с ее задачей.

Но что может передать какая-то абстрактная точка на карте? Какое-то мутное название, что может совсем не отражать реального места? Как много людей могут узнать в знакомых созвездиях тех зверей, что видели там те, кто давали им такие имена?

Однако она не могла позволить себе насладиться ни пролетавшим мимо косяком золотистых огоньков, ни странным светящимся зверьком, что словно призрак промелькнул мимо нее, ни обилия белоснежных цветов, что завоевали себе право жить и развиваться на руинах древнего города.

Мимо ряда изломанных древней битвой строений шел отряд неприятного вида разумных, промышлявших явно не добрым делом. Суровые уровни, самый меньший из которых был равен шестидесяти трем, давали понять, что шансов в бою с ними нет никаких.