Артемис Мантикор – Кронос - 3. Битва титанов (страница 7)
Декоративные клумбы на крыше ожили вновь, и из них по камню поплелись растения с ярко-синими листьями.
Очень знакомая сила.
Перерубив ветку, я выбрался и устремился прочь от клумб. Поодаль Эльза вырвала опутавшую её лиану, и теперь когтями перерезала опутавшую её ноги синюю лозу.
На этом этапе на крыше оставалось совсем немного каменных статуй. Те, что отвечали за демонов, огонь и ветер. Все три были под наблюдением, так что едва одна из них проявилась, как мы атаковали.
Но ни одна из них не отвечала за растения.
Это была сила… Фролмана.
А ведь точно, это ведь его любимый приём. Я много раз видел эти лозы, когда сражались с шестируким в Минглейсе.
По словам птиц, травяной титан должен быть здесь.
Я ещё раз осмотрел крышу. Во владениях Берсуа она сходилась на широкой площадке со статуями. А в центре, посреди ставшего синим парка, был дом самого Синего Странника.
Он больше напоминал храм с чуть изогнутой синей крышей. Разве что размерами он давал понять, что титан предпочитает даже дома находиться в своей титанической форме. Дом был поистине огромен, при том что для Берсуа в нынешней форме он казался даже наоборот, очень скромным.
— Эльза! Если появится — задержи его! — крикнул я, а сам устремился в сторону дома.
Для бога-титана жилье было обставлено даже излишне строго и скудно. Только самое необходимое. Зато почти все стены были заменены на громадные окна. С возвышения, на котором он находился, было видно весь Монолит, скрывавшийся за облаками.
Берсуа подтвердил мои подозрения, когда на моём пути появился разлом, откуда полезли теперь уже растительные щупальца и многоглазые зубастые кусты. Я ударил росчерком в самое крупное скопление врагов, и рывком преодолел не успевшую как следует сформироваться защиту.
Затем удар клинком, чтобы разбить стекло, и ещё один росчерк на стену. Что-то подсказывало, что лучше поспешить, пока весь дом не заполонили какие-то монстры.
Большие пространства говорили о том, что хозяин дома предпочитает не быть в тесноте.
Но для каких интересно целей в центре дома находится вход в огромный подвал⁈
Берсуа собрался передо мной из синих побегов, и сразу же ударил ногой по полу.
Ко мне устремились синие лозы, от которых я отмахнулся рубящим ударом клинка.
В комнате на этой стороне была целая стеклянная стена, за которой угадывался просторный внутренний дворик дома титана. Место, которое бог-титан превратил в свою лабораторию
Фролман застыл в геометрическом центре Белой Башни на самой её вершине. Вид у него был, мягко говоря, очень паршивым. Беднягу будто пытали, а всё тело сковывали светящиеся синие нити. Они оплетали его, словно паутиной, не позволяя подняться. А присмотревшись, я увидел, что они идут и дальше, под кожу травяного титана, пиявками впиваясь в набухшие и засиявшие синевой вены.
Сперва я испугался, что он уже мёртв, а значит все наши старания напрасны. Берсуа сдержать невозможно. Я уже видел, на что он способен. А убить его в таком случае, мы не могли, иначе обречен на гибель сотни тысяч невинных людей.
Но затем травяной титан с трудом повернул голову ко мне. Во взгляде Фролмана читалась мольба, но произнести он не мог ни слова.
Здесь даже то зелье, что мне дали птицы, не понадобится. Бедняга и так сейчас в таком состоянии, что он бы не смог сопротивляться и ребёнку.
На входе во внутренний дворик во вспышке синего света начали проявляться очертания синего портала, через который наружу потянулась синяя рука в бронированной перчатке. Её обвивало множество щупалец монстров.
А затем они мгновенно захлопнулись, оставив руку истекать синей кровью на полу.
Снова грохот. Эльза снаружи прикончила статую, отвечавшую за тварей со щупальцами. Зря он утратил бдительность, забыв о девушке и бросившись сюда. Теперь у него остались лишь три силы — пламя, растения травяного титана, и его собственная, если она на что-то особое в бою, кроме подчинения чужих способностей.
— Кажется, ты проиграл, Берсуа, — не удержался я, глядя в пылающие лазурью прорези в шлеме.
По виду титан не выказывал никаких эмоций, будто машина. Каково это, мнить себя богом, первым существом на континенте, которое вольно распоряжаться судьбами и жизнями других, а потом вдруг за миг оказаться в шаге от полного краха.
Синий странник молчал. В руках его по-прежнему был меч, а у ног стелилась заёмная сила.
Берсуа сжал клинок. Я приготовился завершить всё одним ударом.
К его чести, он не пытался бежать, или молить о пощаде. Не пытался договориться. От начала и до конца поединка, это был достойный враг. Хоть по большому счёту и редкостная сволочь — судя по статуям и участи ни в чём не повинного Фролмана, Берсуа было плевать на своих. Синий Странник всегда думал только о себе.
Он поднял левую руку, и вслед за ней вверх устремились синие лозы. Затем он замахнулся клинком, одновременно с этим перекрывая растениями все пути к уклонению. Любая попытка отпрыгнуть в сторону означала оказаться во власти растений.
Но он не мог перекрыть ими небо.
Прыжок. Взмах двумя клинками. Росчерк со щедро отмеренной силой Демона карателя.
— Это ещё не всё! — предупредил Александр.
Я не поверил своим глазам, когда тело Берсуа начало осыпаться пеплом. Нормальным пеплом, каким обычно рассыпаются все титаны, кода погибают по-настоящему
А из спины мёртвого врага выскочило трёхметровое нечто, напоминавшее ночного титана со светящимися оленьими рожками и изящной тонкой короной. Впрочем, даже здесь была броня — торс титана полностью обнажен, но его голову закрывал плотный синий шлем с прорезями для рог.
Атаковать напрямую титан не стал. Он послал в меня поток концентрированной синей энергии, отбросив в сторону.
Меня как следует приложило спиной к стене внутреннего дворика. Изо рта вырвался сгусток крови. Сил не оставалось. Этот бой истощил меня так, что всё тело, каждая мышца горела огнём. Не говоря уж о том, сколько сил потратил Демон-каратель.
Если мне предстоит ещё раз выкладываться на полную, чтобы справиться с его второй формой…
Мысль оборвалась, когда из-за разбитого стекла показалась скованная чёрным металлом когтистая перчатка, хватая Берсуа за голову и с силой вбивая в каменный пол.
Послышался хруст. Этого оказалось достаточно, чтобы бесславно окончить путь повелителя континента. А дальше бесформенное нечто было съедено Эльзой. Я смотрел на это зрелище, хотя в пору было отвернуться. Но хотелось своими глазами убедится, что это полный конец Берсуа. Уж слишком много раз он обретал новые формы.
Эльза положила своего титана на живот и вернулась в человеческое обличие. Значит она больше не чувствует угрозы от бога-титана. Берсуа действительно мёртв.
Сейчас даже до конца не верится, что бог-титан повержен. Мог ли я об этом думать, отправляясь в путь из Адуа?…
Я с трудом улыбнулся и медленно шагнул к связанному в центре Фролману.
Вот и всё.
Вдруг невдалеке раздались жидкие аплодисменты.
Подняв голову, я с удивлением обнаружил незнакомца. Он сидел на крыше, свесив ноги вниз, и глядя на меня.
— Ну здравствуй, Аластэр Кейг, — сказал мужчина, сдвинув шляпу ниже.
— Ты ещё кто такой?…
— Меня зовут Константин, — улыбнулся он. — Я хорошо знаю кто ты такой.
— Алас, — очень серьёзным тоном произнес Александр. Пожалуй, никогда на моей памяти он ещё не казался мне настолько серьёзным и собранным. — Это охотник. Точно такой же как и я. Похоже, его прислала по мою душу Бишамон.
Константин оттолкнулся от края крыши и спрыгнул вниз. Я устремился ему наперерез и приготовился использовать метку, но враг и не думал атаковать. Он рывком ускользнул в сторону и взмахнул своим мечом — оружие покрылось знакомым усилением, говоря о том, что в удар вложена минимум пара проклятых меток.
Росчерк был направлен на Фролмана.
Взбрызнула кровь. Голова ослабевшего травяного титана упала на пол. Я остановился, понимая, что уже опоздал…
Я сглотнул. Сердце бешено колотилось.
Пожалуйста, только не это…
Несколько секунд сохранялась тишина, а затем отовсюду послышался нарастающий гул. Земля под ногами задрожала.
Вершина Башни пошла трещиной. Пока небольшой, но грозившей вот-вот стать огромной и разломать всю Башню пополам. Мавнер мне не солгал. Со смертью последнего титана этого континента, он стал погружаться под воду…
— Упс, — произнес Константин со злорадной усмешкой. — Кажется, Монолит и весь континент вместе с ним уходит под землю. Кейг, однако несмотря на всё это поздравляю с победой над Берсуа! Я не думал, что ты справишься с ним. Но это последняя твоя победа. Ты потратил слишком много проклятых меток и теперь стал для меня легкой добычей. С самого начала у тебя не было шансов победить. Но я отдаю тебе должное — ты протянул гораздо дольше, чем смог бы кто-либо другой в твоём положении. А теперь, — Константин вытянул в мою сторону острие клинка, который пылал темной энергией. Все его лицо было в проклятых метках. — Приготовься к смерти.
— УБЛЮДОК! — проорал я во весь голос, тоже заряжая оба меча энергией.
Меня брала дикая злость. Константин принес в жертву весь континент, чтобы я не смог объединиться с людьми Монолита и уничтожить других богов-титанов. Мои силы не безграничны и он это прекрасно знает.
С грохотом стала разрастаться трещина по самой середине Белой Башни. Эльза съела Берсуа, но не стала хранителем континента по крови.