Артемис Мантикор – Клинковых деревьев край (страница 43)

Последний монстр прыгнул. Готовый к этому ворон резко шагнул вправо, уходя с траектории атаки и вытягивая горящую лиловым руку в сторону врага. Но похоже, ранение в ноге было намного серьёзнее, чем он полагал изначально. Силы подвели Сайриса, и вместо эффектного добивания последней зверушки, он повалился на холодный пол пещеры.

Кусаил остался ни с чем, но и ворон ничего не смог ему сделать. Монстр был достаточно здоров и полон сил, чтобы развернуться и сразу же броситься к лежачему сопернику. Сайрис увидел над собой раскрытую пасть и хотел было выставить руку, надеясь поймать врага на силовую броню, но отброшенный в начале боя верный трисп оказался как раз рядом с правой рукой. Ворон поднял оружие и едва успел в последний момент нажать на курок.

Медный трезубец впился в открытую пасть твари в прыжке, прошел разряд молнии и ворон едва успел в последний момент перекатиться, чтобы обмякшая туша не придавила его своим весом. Из инвентаря появился меч. Подняться не было никаких сил, но пасть чудовища с крепкой шкурой всё ещё была открыта, и клинок вошел точно в нёбо. Мигающая полоса здоровья противника окончательно исчезла.

— Даже уровня не дали, с-суки, — поморщился ворон. Опыта за слабого противника было недостаточно, и плевать системе, что при этом его едва не загрызли.

Пришло время вынуть зелье регенрации, быстро пополняя просевший запас здоровья. И что не менее важно — восстановить моральное состояние. Как пустотнику, ему постоянно приходилось следить за контролем собственных мыслей и эмоционального состояния, чтобы самому не обратиться в чудовище.

Следом за зельем из инвентаря вынырнул Ловец Цвета. Артефакт осветил мрачное измазанное в крови и почерневшее от копоти поле боя светом аспекта Радости, и на душе сразу же полегчало. Даже дышать стало легче.

Огонь к тому времени уже почти потух, и за ним открывался вид на светящуюся долину Кларифны.

— Ебучий ваш случай… — выматерился ворон себе под нос. За коротким перешейком тоннеля открывался прекрасный вид на светящуюся долину, по которой в сторону его тоннеля неспешно шли тёмные тени. Отсюда сложно было рассмотреть детали, но он отлично помнил манеру передвижения ингенов. Нарочито неспешно, они шагали строем, будто взвод солдат.

Вот почему эти ублюдки решили пойти именно этой дорогой? Тот проход, через который недавно шел рейд и куда устремилась группа Джафсара, был в разы шире, а здесь им придется идти в лучшем случае в колонне по трое.

Сжав зубы и превозмогая боль в регенерирующей заднице и ноге, ворон похромал к ним на встречу, вызывая инвентарь. Липкая взрывчатка вампира, напоминавшая серый пластилин, могла рвануть в любой момент.

Было большое желание просто бросить её вперед, чтобы не тратить время на спешный отход. Но была немалая вероятность, что от удара субстанция детонирует намного быстрей, и вместо меньшего риска, ворон наоборот не успеет скрыться, оказавшись под ударом.

Пересилив опасения, он добрёл до самого узкого участка тоннеля и выложил взрывчатку на камни, после чего устремился прочь со всей возможной скоростью, не оборачиваясь. Лишь вернувшись к черному пятну, освещаемому артефактным фонарём, он подхватил его и спрятался за поворотом тоннеля.

Взрыва всё не было. Взрывчатка, не смотря на опасную строчку в описании, не подвела до самого конца. Ворон взвёл трисп и выглянул через край. Первый инген уже входил в тоннель, и не смотря на медлительность, сразу же поймал в фокус зрения потенциальную жертву.

Инген застыл, как они всегда делали перед рывком. Сайрис поймал его взгляд и подмигнул чудовищу, нажимая на спуск. Наэлектризованный трезубец мелькнул вспышкой, и пещера взорвалась шумом и пламенем.

Тряхнуло не слабо. По тоннелю пробежало пламя, опаляя и самого инженера. Едва восстановившееся здоровье вновь опустилось наполовину. Он не ожидал, что взрыв будет настолько мощным, хотя здесь скорее дело в месте, сконцентрировавшем огненную волну в узком пространстве.

Рука сама потянулась к новому фиалу красноватой жидкости. Благо, на этот раз можно было обойтись простой хиллкой, а не дорогим зельем регенерации. Но прежде чем расслабляться, следовало удостовериться, что ему больше ничего не грозит. Ворон снова заглянул за поворот, но теперь там было абсолютно темно. Даже редкие световые кристаллы раскололись во взрыве.

Ворон вытащил Ловец вновь и в его свете удовлетворённо констатировал успех задумки. По крайней мере через этот тоннель они точно не смогут пройти. Джаф наверняка тоже справился. Осталась только надеяться, что и у Рены всё будет как надо.

Не смотря на все недостатки, взрывчатка вампира была как-то ближе к душе инженера, чем непонятная сфера с энергией бездны, потому он с лёгкой душой передал её той, кому выпал паршивый жребий. Да и проход для друида был выбран самый дальний, так что она последней должна была достигнуть нужного тоннеля.

Можно, конечно, сходить и проверить как там у неё дела, но что-то желания у ворона для этого не находилось. Он честно пошарил в сознании снова с тем же результатом, и развернулся в сторону Леса Секретов.

Неладное ворон почуял уже на подходе. Под потолком переходной суб-локации на самой границе с Лесом чадил черный дым.

Никто из лидеров рейда не был настолько глуп, чтобы остановиться на привал под самым носом у ингенов. Да и не пах дым едой. Разве что самую малость жареным мясом.

Сайрис вынул было трисп, но затем сразу сменил на купленный арбалет. Незачем лишний раз привлекать внимание.

Часовой был выставлен, но слишком близко, да и смотрел в противоположную сторону от потенципльной угрозы. Вытащив фиал зелья сокрытия сущности, ворон опрокинул его и парой глотков подавил внешние проявления проклятой силы.

Затем ворон положил руку на плечо неопрятного вида мужика. Кажется, он был из приближённых Фали Крыса. Тот вздрогнул, а повернув голову к высокому бородатому инженеру, как-то испуганно заозирался.

— Ты это, мужик, не серчай, что псину твою пнул. Она это… сама…

Псину? Сайрис скривился — от мужчины сильно разило спиртным.

— Да успокойся ты. Лучше скажи, какого хрена там происходит?

— А, в рейде? Ну дык, монстров жгут, мужик.

Ворон похолодел.

— Фали Крыс тоже в этом участвует?

— Две херни вообще среди наших оказались, прикинь? Босс чуть при всех не обосрался! — тёплое воспоминание сменило испуг на мечтательную улыбку.

Отпустив бандита, он сам устремился к источнику дыма, подозревая худшее. С каждым шагом он всё меньше верил, что бандит просто перебрал с алкоголем. Запах палёной плоти усилился, а затем к нему добавился и шум разъярённой толпы.

Ему с трудом удалось сохранить самообладание при виде раскрывшейся перед его глазами картины. Захотелось вмешаться в безумие немедленно, но умом ворон уже понимал, что в этом нет смысла. Если линчевание монстров происходит прилюдно, то твари среди рейда уже должны быть в курсе.

Намного лучше сейчас обратиться к кому-то адекватному и распроститься как следует.

Чуть пошарив взглядом, он остановился на знакомом танке из группы Джафсара. Прежде он с ним не общался, но люди хаосита должны хорошо его знать.

— Аргель?

— А? Привет, Сайрис. Значит, твой тоннель тоже обрушен? Рад, что с тобой всё в порядке.

— Ага, — отмахнулся ворон. — Только вернулся. Хули тут происходит?

— Среди рейда были скрытые ингены. Уже двоих нашли. И ещё скрытые пустотники. Ты хоть как, не пострадал?

— Нет, всё…

— Сайрис! — послышался властный женский голос. Толпа расступилась, давая ему возможность лицезреть довольную Тиару. — Рада, что ты жив. Если это, конечно, ты.

— Чего? Что за цирк ты здесь устроила?

— Цирк? — невинно захлопала ресницами Змейка. — Что ты, я лишь спасаю наши жизни, милый Сай. Это ведь ты? Как тебе удалось в одиночку обрушить тоннель?

— Ты прекрасно знаешь, что я — это я, — рыкнул ворон, избегая говорить слово «пустотник». Тиара обладала точно такими же навыками тёмной эмпатии и должна была сразу понять это.

— Не спеши, Сай. Ты должен пройти испытание огнём, как и все здесь.

— Чего? Хочешь спалить меня на костре? Совсем уже крыша поехала?

— Зачем же так грубо. Я ведь могу подумать, что ты и вправду не ты. Прежний Сайрис был мил. Помнишь наш поцелуй?

— Завязывай, — настроение окончательно ушло в минус, и ворон нацелил арбалет в голову змеиной посланнице.

Прежде, чем он успел что-то предпринять, его повалил на землю какой-то незнакомец, а двое других заломили ему руки за спину. Оружие упало на землю, непроизвольно заставляя сработать механизм. Стрела ушла в твёрдую землю недалеко от его лица.

— Прости, милый Сай, но мы должны убедиться. Ингены и пустотники всегда бросаются, когда раскрыты, и не способны долго терпеть боль.

Ворона силком подняли, заставив идти вперёд в позорном положении сгорбленного пленника. Вот чего она добивается. Пустота всегда ищет слабые места, и если он даст слабину, позволит дать ей пищу гневом, яростью или страхом, она возьмёт верх, и вырвется на свободу. С проклятой силой вырваться и преподать смертельный урок конвоирам он мог бы, но тогда его сущность будет сразу раскрыта.

— Смотри, рейд! Сейчас мы узнаем, является Сайрис одним из нас, или же он — порождение зла?

Под руку уткнулся горящий факел и ворон от неожиданной боли закричал. Тиара постаралась сделать это достаточно болезненно и неожиданно. Он попытался вырваться, но конвоиры продолжали его держать достаточно крепко.