Артемис Мантикор – Истинный враг (страница 80)
Материал: железо, медь, стекло, никель, хронос.
Технологии: культура сорамин, культура ионитов. Клеймо мастера: Железный Дровосек.
Требования: нет.
Свойства: связывает эффект удачи с ионическим вычислением.
— Странно, что у тебя его Сайна не отжала.
— Она его и нашла. Изучила и оставила. Сказала, что к нему нужно приделать что-то для полёта.
— Это аура, — раздалось из динамика зависшего над нами дрона с проекцией пустующих улиц двадцать третьего сектора. — Его нужно носить над рейдом, и он даёт бонусы к удаче. Но в бою в условиях ниже тридцатого это неудобно. Скорее как аура для обороны. Леви кстати его сам тоже не использовал, хотя там нет ограничений по классу. Я раскрывала над городом во время обороны. Как видишь, исход боя он поменять не способен.
— Кстати, а где ты сама?
— Ох… — донеслось из динамика. — Уста-ала! Чиню всё что поломал Гон и Всадник. К утру буду. Завалюсь спать… лишь бы третий не пожаловал. Тогда я обрушу на него всю мощь принцессы ионитов и умножу на ноль!
Начали прикидывать, чем ещё можно было бы усилить рейд на спуске, перешли к закупкам расходников и недостающих артефактов, чтобы снарядить весь рейд в лучшее из доступного.
Да, я уже начал планировать его. Но на этот раз не спешил и хотел учесть всё. Там, куда нам предстоит спуститься, это мелочь, но даже мелочи порой спасают жизнь.
Ближе к вечеру, спохватившись, что совсем позабыл о нашем враге, вернулся в зал с проекторами и с удивлением покачал головой. Это странно, но третий Всадник не спешил показываться нам на глаза.
В двадцать втором третьим Всадником, Голодом, был Змей. Легендарный проходчик, изучавший Стену, стал воплощением магического голода. Здесь, по идее, должно быть что-то связанное с пустотой.
Но камеры не фиксировали никакой активности.
— Почему они медлят? Где третий? — задал я риторический вопрос.
— Вообще-то, так и должно быть, — заметила Белая. — В нормальном Ивенте всегда были паузы между пришествиями Всадников.
— Хм. Может, это конкретно второй был таким нетерпеливым и пошатал систему? — предположила Сайна.
— Может, и так… — ответил я, но сам в это не сильно верил. И был прав, как выяснилось позже.
Вечер и ночь мы провели спокойно. Я даже приготовился к отпуску. Всё ещё не верилось, что я не в Оазисе, а на свободе. И казалось, ещё не скоро привыкну.
Утром проекторы всё так же показывали пустынные улицы двадцать третьего. В их обществе я перекусил и принялся за накопившиеся дела, чтобы после насладиться отдыхом и в полную силу приступить к подготовке к спуску. Проведал дочь и, наконец, познакомился с сыном Ильгора. В последний раз мы с ним виделись ещё в утробе матери.
Теперь маленький беловолосый энирай уже бегал вокруг матери с деревянным мечом. Один из артефактов оставался с Авророй, и менять это я не собирался, так что его можно было и не считать…
Настроение было отличным, когда пришли первые тревожные новости.
— Так, всем лучше собраться в зале с трансляцией, — сообщила Сайна. — Это не срочно но срочно. А-а… в общем, у нас проблемы, как все уже поняли.
С таким вступлением вскоре большинство членов Ордена уже были там. На экранах всё так же транслировалась безмятежность города в двадцать третьем секторе.
— Всадника ещё нет? — с удивлениекм спросил я.
— Всадник уже здесь, Арк, — ответила она. — Всадник — это миазм. Все его миньоны — бестелесные существа, способные становиться невидимыми!
— И это в нашем городе?
— Хуже! Их нашёл Тумор когда восстанавливал лифт на верхних этажах. Шахту заблокировал как мог, но, думаю, они уже идут по локациям.
— У тебя есть что-то следящее там?
— Они невидимы, Арк. И в большинстве спектров я их тоже не вижу. Их основа — цепь энергетов и призраков. Я пока даже не знаю, чем их убивать!
— Зато монстры видимы. Они же вступят в противостояние со стражами локаций.
— Точно! Уже работаю, Арк. Выслала дроны. И поставила строиться новые.
— Передай инфу архитопам, пусть готовятся, — мрачно сказал я, думая о том, как мне запихнуть третьего Всадника в лангольера, чтобы вырубить.
Затем, откинулся за столом и вздохнул.
— Что-то не так? — спросила Тия.
— Не заметил, как ты пришла…
— Я тоже буду думать, как победить таких существ. Дух — это по моей части.
— Думаю, стоит ли вообще с ними воевать.
— Что ты имеешь ввиду? — спросила Тия с удивлением. — Хочешь оставить всё на архитопов? Спускаемся вниз?
— Всё закончится, когда будет открыт путь из Стены, — сказал я задумчиво. — Сейчас система зла на меня за побег из Оазиса. Поставила на первое место в своём списке. Но она всё такая же беззубая, как и всегда. Система может только обещать награду за мою голову, но если некому эту награду принять, всё это бессмысленно. Она просто будет натравливать на меня нового Хостера, или вот Ивент соседнего сектора как-то натравила.
— Думаешь, Ивент начался из-за тебя?
— Знаю… — тяжело вздохнул я. — Это моя вина, хотя мы, конечно, понятия не имели, что это так работает. Выход из Оазиса почему-то начинает Ивент «досрочно» и немедленно. Вон, даже из другого сектора Система готова прислать, хотя это явно против правил.
— Вот как… — вздохнула Тия.
— Система зла конкретно на меня. Может, на Альму ещё, хоть её и не афиширует. Но если я уйду, то двадцать второй будет для неё обычным сектором, который не нужно как-то особенно угнетать.
— Ты решил перейти в двадцать седьмой?
— Я хочу вернуться к делу проходчиков. Пускай Система ищет меня за тридцатым. Осталось придумать, как выполнить своё обещание и провести с тобой отпуск.
32. Проблемы, ведущие к лучшему
Отравленный воздух сводил всех, кто с ним соприкасался, с ума, вызывая голодное бешенство. Все вдохнувшие яд существа чувствовали невыносимую жажду к тому источнику, который считали своей пищей. Кому-то мясо, кому-то электричество, кому-то магические энергии.
Это действовало в том числе на монстров, так что Гон в этот раз был бесполезен. Монстры входили в ядовитые облака и теряли контроль.
Удивительно, но это действовало даже на роботов. Сайна с удивлением сообщила, в воздухе содержатся крохотные наниты, которые передают технике вредоносный вирус.
Враг действовал сразу по всем фронтам, но это не было для меня чем-то новым. Вспоминался Хостер. Он действовал тем же методом, массовой ассимиляцией всего, даже стены делая частью себя. То, что мы его победили — до сих пор я считаю самым большим чудом.
Фактически, монстр был одной большой разумной сетью миазмов, объединённой единым аспектом — заставлять всё живое и не очень чувствовать невыносимый голод.
Всадник же был, фактически, переродившимся проходчиком в газообразном состоянии. Действительно, я бы испугался, если б не виделся ранее с Хостером и не проходил позднее сверхмиазмы.
Я слегка адаптировал концепт собственного миазма-лишайника и миазма из спор. Всё магическое будем просвечивать алым, в состав растений постараемся добавить серебро, металл отторгающий магию… что ещё? Можно добавить модифицированную незримую плесень, которая бы обходила мои растения, но поглощала всё живое под контролем противника.
Подобные вещи мы уже делали по отдельности. Теперь нужно просто сделать всё сразу. Рецепт мы опробовали, концепт передали архитопам. У них были свои методы очищения воздуха. В текущем случае выходило так, что главное знать врага и тогда можно успеть подготовиться. Пушкой миазм не расстрелять…
Я же решился на небольшой эксперимент. Орден в полном составе вышел с десятого и направился через верхние локации в сторону двадцать первого сектора. Мы удалились от города, в то место, куда ещё не заходил миазм. И там развернули небольшой лагерь, поставив защиту от летунов и приготовившись к обороне.
Впрочем, летуны это место облетали десятой дорогой, чтобы не встречаться с лангольером, который мирно дремал в центре лагеря.
Миазм тоже долго ждать не пришлось. Сканеры Сайны сработали, и мы узнали, что к нам приближается невидимая смерть, которая заставила бы нас сожрать друг друга.
Вскоре мы покинули лагерь и углубились в Стену. Где-то на четвёртом этаже я призвал Систему и задал ей самый главный вопрос:
— Система. Аудитор Арктур. Скажи, если этот ивент будет пройден, какова вероятность что за ним сразу же последует второй?
Информация недоступна для инфо-терминала.
Значит, нужно подниматься в Обсерваторию? Это казалось то ли издевательством, то ли посылом к чертям, то ли попыткой стравить меня со Всадником. Но методы борьбы с миазмом работали.
К утру следующего дня рейд вернулся на десятый, и все желающие занялись зарядкой батарей для лангольера, в то время как на самом лангольере я с небольшим мобильным отрядом отправился к главному терминалу.
Запустил незримую плесень и лишайник. Очистил небольшую область, на которую приземлился. На всякий случай — в растительном скафандре, который разрабатывал под сверхмиазмы.
Здесь меня ждал сюрприз — некоторые монстры умели уплотняться и в этой форме какое-то время выживать под плесенью.