Артемис Мантикор – Истинный враг (страница 42)
Затем с Селеной разрабатывали растение, которое будет доставлять кирпичи на место. После — поняли, что это была тоже плохая идея, и я предложил конструктор из металлических рельс. Никто из нас троих не смыслил в строительстве в текущих условиях, как и в обтёсывании камней. Так что мы просто выплавляли угловатые штыри, напоминавшие изогнутые рельсы. На них плариновалось укладывать бруски расплавленного аделита.
После этого начался этап ещё более нервный — заставить трипофию прожрать проход и не свалить при этом. Удалось это не с первого раза — в тот день монстр был на редкость вялым и жрать не хотел.
Продевать эти штыри через дыру в барьере — извращение. Особенно с учётом того, что поднять адамантитовую рельсу мы не могли, и это делали грузовые древни. Но мы мужественно с этим справились. Итоговая конструкция выглядела убого, но вроде держалась.
Когда Стена зарастила барьер, продетые наружу аделитовые рельсы остались висеть с той стороны. Было опасение что барьер просто отсечёт конструкцию, но обошлось. Барьер просто прошёл поверх. Значит шансы сработать у плана всё таки ненулевые.
Нервов, времени и сил это заняло по итогу массу. Воплощать план оказалось невероятно морочно. При этом никто не верил в успех. Просто делали на автомате.
По вечерам Селена читала. Кажется, она уже изучила дневник Ёрша глубже, чем Альма, перечитав раза три. Я же шёл заниматься с лангольером, пробуя различные решения из царств грибов и растений.
Использование люминорных мхов, которые живут паразитируя на металле, может быть теоретическим выходом на металлическую цепь. Хаос… хаос был управляющим элементом организма лангольера. Именно он запускал зубы-пилы и он же запускал источник с фракталом или энтропией, которые были нужны для прогрызания барьеров нужно было.
Альма по большей части гуляла по локации после того, как прочла все книги Ёрша. Так же она часто сидела рядом с телом чудовища и смотрела, как я работаю. Её помощь со стазисом и магией жизни часто была кстати.
Минул семисотый день нашего заключения. Селена весело шутила «из долгих сотен тысяч таких же». Проект с трубой двигался невероятно медленно. На каждом этапе нас сопровождали палки в колёсах.
Две торчащие из Стены металлические рейки не могут просто так торчать из дыры. Очень скоро их облюбовали летуны и начали гнездиться.
Пришлось из-за барьера отоваривать светом балки вместе с незваными гостями. Это перечеркнуло много дней работы, но кажется мы начинали привыкать.
Селена с концентратом мрачности на лице непрерывно пила чай и качала головой, как будто иного и не ожидала. Альма злилась. А я — искал новые решения.
Ими стали балки с тонкими ядовитыми шипами. Сесть на них было просто негде. Это сработало, и какое-то время мы нормально строили путь. Долго, доставая трипофий. Существо, к слову, снова разродилось. Теперь двумя мелкими. Следить за ними становилось сложнее.
Это ещё одна потенциальная угроза — однажды нам придётся тратить слишком много маны на прокорм здоровенного стада. Потом нужно будет думать, как выводить лишних наружу.
Казалось бы, вокруг были одни проблемы. Далее Альма как-то затосковала и подолгу пропадала где-то на окраинах Оазиса, в той части, где монстры сожрали всю зелень и был лишь песок. От кого она пряталась, от меня или Селены — не знаю.
Но тем не менее, я чувствовал себя полным оптимизма, погружаясь с головой в работу над лангольером.
— Скорее Стена развалится, чем ты сможешь сделать дендроида из тела с таким количеством цепей, — посмеивалась Селена.
Я лишь загадочно усмехался, делая вид, что у меня есть план.
— Не веришь, что справлюсь?
— Почему? Верю. Я бы тоже справилась, наверное. Поэтому я представляю объёмы работ. Растением этот лангольер станет не раньше чем через сто-двести тысяч дней. Да и то, если найти подходящий набор генетики.
— Минор-ами… Как тебе удаётся сохранять такую веру в побег отсюда? — спросила молчаливая Альма.
— Просто пытаюсь поднять вам мораль.
— Не получится, Арк, ты друид, а не некромант, — устало улыбнулась Альма.
Селена рассмеялась.
А я задумался.
Некромант… — задумчиво повторил я в голове.
— Можем поспорить, если хотите, — ответил я.
— На что? — спросила Альма.
Я хотел было ответить, но меня прервал скрежет со стороны нашей строящейся трубы.
Подозревая худшее, мы втроём спохватились и побежали к ним, и опасения подтвердились.
— Ну и мразь же ты, — наверное, впервые в своей новой жизни я почувствовал такую неприязнь к живому существу. Хотя нет, гоблин Залунямс был ещё хуже.
— Пу-гу, — прокричала в нашу сторону двенадцатиметровая чёрная рогатая сова, вокруг которой бледнели краски и ослабевал свет.
Половины конструкции уже не было. Тварь наклонилась и взялась клювом за длинную шипастую рельсу. Клюв был достаточно большим, чтобы наши иглы были не более чем шипами на цветке.
Птица взмахнула дюжиной торчащих в разные стороны отовсюду крыльев, и мгновенно исчезла из виду вместе с длинной металлической рельсой.
— Сволочи, — подтвердила Альма.
Рядом с нами по ту сторону появилась ещё одна фигура. Может той же, а может другой твари, ухватила длинной когтистой лапой сиротливо торчащий последний кусок рельса, и унесла наверх.
Селена истерично расхохоталась. До слёз. Или просто рыдала и смеялась. А затем выдала:
— Я пить чай. Больше я в эти игрушки не играю.
И потащилась к дому Ерша, волоча длинное зелёное платье.
— В следующий раз нужно делать шипы длиннее.
— Тогда мелочь гнездиться будет.
— Можно делать и большие, и малые. Или… Хм, длиннее и тоньше, как иглы.
— Тогда очищать аделит и выплавлять адамант. Тонкое мы пытались отливать. Аделит становится хрупким при малой толщине.
— Я прочитала тут книгу по ритуалистике, — задумалась Альма. — Можно попробовать собрать алтарь… это агония, Арк. Метод очевидно не работает.
Я кивнул.
— Проблема пришла откуда не ждали, хотя попробовать стоило. Ну ничего, мне тут в голову пришла ещё одна мысль. Может, и ну его, эти сложные конструкции. Может, сыграть на скорости? Быстро прорастить деревянную платформу, выйти наружу и уйти наверх по Стене снаружи астральной тропой?
— Нужно ещё пробить дыру, куда прыгать, — напомнила Альма. — Это нужно выходить с линзой, ставить её снаружи, расплавить аделит над этажом, и только потом делать портал.
— Можно попробовать разрушить тем фиолетовым люминорисом. Как минимум будет более хрупкой. Жаль, взрывчатка пошла на храм. Хотя можно бафнуть мох магией жизни, будет быстрей.
— И его сожрут, мох. Может и в локацию заберутся сами…
— Надо пробовать.
— Да, — согласилась Альма. — В теории может сработать, но попытка будет только одна. Я сомневаюсь что мы успеем всё это провернуть, а вернуться назад мы уже не сможем. Это билет в один конец.
— С этим не поспоришь, — пожал я плечами. — Ещё подумываю, что будет если устроить свидание нашей хтони из оазиса с Ёршем…
— Боюсь, Стена может такого боя не пережить. Они легко ломают барьеры, спасает только то что они тупят если не видят циль напрямую. Но если они подерутся…
— Или вообще окажутся союзниками и сожрут нас вместе, — согласился я. — Это так, мысли вслух. Буду думать дальше.
— Ладно, — махнула рукой целестин. — Пойду покурю…
— Ты куришь? — удивился я.
— Златоцветы Селены… успокаивают нервы. Спроси у неё, если хочешь, я их сама не ращу.
— Дело твоё. Я к лангольеру. Если хочешь — присоединяйся.
— Не сегодня. Лучше ты приходи ко мне, вон на тот холм, — она указала пальцем. — Будем смотреть на ненастоящее небо.
Я поднял голову. В мире Ерша были вечные облачные сумерки. По-своему красиво, когда привыкнешь к тому, что они плывут вокруг дома.
Любимое занятие меня радовало сегодня больше, чем спутники и планы побега.
Недавний разговор натолкнул меня на мысль, которая прежде мне в голову не приходила. Должно быть мудрость природы вообще отказывалась думать в эту сторону, потому как эта идея пришла ко мне без усиления мудрости.
После получения второго уровня тёмного леса я стал некромантом чуть больше и мог поднимать мёртвые растения. Не оживлять, а именно поднимать как нежить. Внутри лангольера не было некротической цепи. Но была живая плоть. Черви имеют слишком искажённую структуру и растения их плохо контролируют. Но вот муталиск — потенциальный кандидат для некромантии.
Чем контролировать магию хаоса, которая обеспечивает работу пасти лангольера?
Хаос — это энергия. У существа есть источник, свой от хаоса, и отдельный, в котором лангольер меняет стихии. Против барьера — фрактал или энтропия.