Артемис Мантикор – Город, которого нет 7 (страница 38)
— А мы собирались раньше у меня дома? Не у Тани?
— Кто такая Таня?
Я замер, едва не выпустив телефон из рук.
— Полярник, ты там?
— Д-да. Как зовут мою девушку?
— Рита. Ты чего, приятель?
— Видел девушку с короткими чёрными волосами и эмовской чёлкой? У неё ещё сумка с кучей значков.
— А-а. Прости, я не запомнил как её зовут. Марту только. Блин, красивая! Слушай, а у неё парень есть?
— У неё есть девушка, — буркнул я. — Из зеркала.
— Это локальный мем в вашем клубе?
— Нашем, Полоскун, нашем, — со вздохом сказал я. — Ладно, давай, встретимся и поговорим на месте.
Забив на всё, вызвал прямо отсюда такси. Пока ожидал, набрал Маруславу.
— Привет, шеф. Я увидела единицу и выставила семь дней, как мы договаривались.
— Да, всё правильно. А вот я, кажется, влип во что-то непонятное. Я сейчас заеду?
— Конечно, жду.
Так спешил, что даже не взял никаких гостинцев с собой. Таксист был молчаливым и пасмурным, как моё настроение.
Маруслава встречала меня в халате. Сговорились они, что ли?
— Чай? Кофе? — спросила она вместо приветствия.
— Воды, — ответил я. — Хотя потом и чая можно.
— Вижу, случилось что-то серьёзное. Обычно ты сам всё решаешь лучше других.
— Ты вряд ли мне поможешь. Скорее… знаешь, хочу, чтобы кто-то знал и сказал своё мнение.
— Ну давай.
— Маруслава, как зовут мою девушку?
— Маргарита. У меня не так плохо с памятью. Мы вместе, плечом к плечу, охотились на духов в астрале. Я учила её магии. К чему вопрос?
— Потому что вы с Ритой даже знакомы не были. Вы встретились в последний день перед апокалипсисом.
— Хм. Ложная память? Разве на первом эхо возможна магия?
— Никакой магии. Хотя… хрен его знает, на самом деле. На прошлом цикле я был с Таней. Ты должна её помнить.
— Та серая мышь? Ну, как по мне, Рита намного лучше. Фигура так точно. Да и мордашка…
— Нормальная она. Вопрос не в этом! Изменился сценарий реальности, понимаешь? Это единственное объяснение. Но это касается первоуровневых. Как жена Литавра, которая создавалась под него. Она же не может быть… — от догадки брови поползли на лоб. — Она что, мой спрайт? Город для меня её создал, как Элли Литавру?
— Ну, тут я тебе действительно ничем не могу помочь, — пожала плечами невозмутимая Маруслава. — А подобные случаи уже бывали? Как такие изменения вообще происходят?
— Личная история, — ответил я, и меня осенило. — Навык Лёши. Он говорил, что меняет ключевые точки своего прошлого, чтобы менять предысторию. Но это касается неписей, а не пробуждённых.
— Хм. А чем ключевым обладают спящие жители города, что отличаются от пробуждённых?
Я задумался.
— Они не понимают, что Город во временной петле. А мы это знаем.
— А чем вы отличаетесь с… Таней, да?
— К чему ты… — начал я и замер. — Погоди, уровень инкарнации. Дело в этом? Мой сейчас три и девяносто девять сотых. А у неё чуть выше двойки…
— Разница между пробуждёнными и спящими — единица в параметре уровня.
— Думаешь, это как-то связано?
— Нет, просто у меня в школе преподавалась логика, а в академии — тактическое мышление. Маг должен уметь встречаться с неизвестным и превращать его в знание.
Нас отвлёк звонок в дверь. Прибыл Полоскун.
То, что он изменился, я понял уже по его походке и взгляду. Держался он не как человек, внезапно оказавшийся на семь дней назад в новом мире.
— Боже, как я по вам скучал! — воскликнул он. — Здесь тоска беспросветная, на самом деле. Хотя, проживать жизнь заново очень интересно.
— Я вроде бы говорил, чтобы ты завёл время на семь дней. Сколько ты уже здесь?
— Два года. Это моё сознательное решение. Хотелось… ну знаешь, понять, что это вообще за чувство такое — быть путешественником во времени.
— И как?
— Я думал, будет лучше.
— Пробовал плыть по течению? Говорят, Город подстраивает тебе все приключения, о которых ты только мечтал.
— Наверное, на третьем уровне, а не на втором. У меня жизнь один в один такая же, какая была. Все памятные события те же, за исключением того, что вас не было в этом мире. Но я не жалею, мне стоило провести это время здесь.
— Ну если ты так считаешь. У нас первое эхо пользуется дурной славой.
— О, вот ты только слово сказал, и уже тайной запахло! — улыбнулся Полоскун. — Вот поэтому мне тебя так не хватало.
— Никакой тайны. Просто на первом нет магии и чудес. Ну, почти.
— Это я уже понял. Даже игры не те. Я пытался собрать симулякр сам, но у меня не получается создать даже контур. Наверное, знаний не хватает…
— Это первое эхо, — кивнул я. — Многое здесь будет не работать. Из всего моего арсенала только осознанные сны работали, да и то слабо.
— Тогда понятно… — вздохнул Полоскун.
— Ты лучше скажи, какие способности тебе достались? Одна должна быть связанной со временем. Одна, скорее всего, завязана на эхо. Третья даже не рискну предположить.
— Таймер фиксации искажений, — сказал Полоскун. — Я туда время вбивал и сработало. Второй — уровень эхо. Третий — коэффициент содействия. Последние два я не очень понял. Эхо — это вроде версия мира? Или удаленность от мира?
— Почти. Считай её уровнем странности относительно некоей нулевой точки отсчёта. Мы называем её нулевой мир, гипотетическое место с нулевым эхо.
— А мой был на каком уровне?
— Шесть. Это довольно мало, поэтому отличия между этим миром и твоим незначительны.
— А, ясно. Честно говоря, я одно время начал думать, что у меня шиза. Город тот же, родители, друзья — всё будто одно сплошное дежавю. Все действуют, как я запомнил. Хотя интересно, конечно. Сделал те вещи, которые в своём мире не успел… А так, один в один наш Город, только симулякры не изобрели и косятся странно, когда я вспоминаю про них. Но ведь это всё было!
— Было, было, — согласился я. — Скоро привыкнешь. Зря ты на два года ушёл. Ну да ничего страшного, живём мы вечно.
— А почему нельзя было?
— Можно, просто ты же сам сказал, что здесь скучно. Было бы эхо под двадцать-тридцать единиц, изучал бы магию. А если под сотню, то ещё и в Хогвартсе.
— Ух ты. Я могу прожить даже такую жизнь?
— Следи за параметром уровня эхо. У меня точно такой же параметр. Говорят, он один из самых распространённых.